Кружащие тени - Селин Кирнан

— Cen fath an teanga choimhthioch? Nach Merron thu?

— При всем моем почтении, аойре, — тихо сказал Кристофер, — мои спутники не говорят на мерронском языке. Я не буду говорить за них.

Уголки рта черноволосого поползли вверх, и он махнул рукой, как бы говоря: «Ну давай, если ты уж так хочешь».

Кристофер вежливо поклонился:

— Мое почтение, аойре. Позволь мне сказать, что я Коинин Гаррон, мак Айдан ан Филид.

— Ты найденыш Айдана Гаррона?

Кристофер поднял голову, и Винтер увидела в его глазах опасный заносчивый блеск.

— Со всем моим почтением, аойре, — угрожающе проговорил он. — Я сын Айдана Гаррона.

— И стало быть, — переспросил его собеседник, — ты называешь себя филидом?

Все мерроны устремили на Кристофера внимательный взгляд. Похоже, им был интересен его ответ. Некоторое время он выдерживал взгляд черноволосого, затем опустил глаза.

— Я не его крови, аойре, — сказал он. — У меня нет ни права, ни желания заявлять о собственности на то, что мне не принадлежит.

Вероятно, это был очень почтительный ответ: близнецы улыбнулись, а желтоволосый меррон вскинул голову с горячим одобрением. Уголки рта Кристофера приподнялись в печальной улыбке. Аойре кивнул, и теперь Винтер с удивлением увидела у него на лице доброту и понимание.

— Что же, очень хорошо, Коинин Гаррон мак Айдан, — мягко сказал он, указывая на Винтер и Рази. — Представь мне своих спутников.

Улыбка вернулась на лицо Кристофера, ямочки показались на его щеках, и он повернулся к Рази.

— Это, — сказал он, положив ладонь на грудь Рази и гордо просияв, словно отец, гордящийся перворожденным сыном, — мой большой друг и брат моего сердца, аль-Сайид аль-Табиб. — На это Рази криво улыбнулся, и Винтер тоже не смогла сдержать улыбки. Кристофер представил Рази «господином доктором». — Можете называть его просто Табиб, — радостно добавил Кристофер, хлопнув Рази по плечу.

Близнец встал с места и протянул руку Рази.

— Добро пожаловать за наш стол, Табиб, — сказал он. — Моя сестра рада познакомиться с тобой!

Рука бледной дамы исчезла под столом, и брат ее дернулся, как от хорошего щипка. Желтоволосый человек хихикнул, и даже аойре это, похоже, позабавило. Рази пожал руки сидящим за столом.

Все повернулись к Винтер, и она учтиво поклонилась в пояс, как паж при дворе. Кристофер обнял ее за плечи и прижал к себе.

— Это, — сказал он, — Изольда Уи Гаррон, инион Лоркан.

Рази вздрогнул, когда услышал, что Кристофер назвал Винтер по имени, но она едва заметно кивнула ему успокаивающе.

— Она моя крой-эйле, — тихо проговорил Кристофер, обнимая Винтер за талию.

Госпожа вздохнула и тихо сказала что-то таким тоном, каким говорят: «Как мило».

Желтоволосый расплылся в улыбке.

— Dha luch bheaga, — сказал он, лукаво прищурившись. — Rua 'gus dubh!

Близнец склонил голову, не отрывая глаз от Винтер, и добавил:

— A gcuid paisti chomh beag bideach go gcodlaionn said i ndearcan.

Все мерроны зашлись хохотом, хитро поглядывая на Кристофера. Он отмахнулся от них, как бы говоря: «Да, да, все это я уже слышал». Но он покраснел, и мерроны расхохотались еще громче.

Винтер оглядывала их веселые лица, неуверенно улыбаясь.

— В чем дело? — прошептала она.

— Просто глупая шутка. Они смеются над нашим маленьким ростом.

— Нет, скажи, — настаивала она.

Кристофер пробурчал:

— Они сказали, что мы как два мышонка, и… — он покраснел еще сильнее, — дети у нас родятся такие крохотные, что уместятся в чашечке желудя.

Винтер тоже почувствовала, как горят у нее щеки.

Бледная дама сжалилась над обиженной парочкой. Она встала и протянула руку.

— Добро пожаловать за наш стол, Изольда, — сказала она, пожимая руку Винтер.

Винтер вздрогнула, прикоснувшись к ее руке. Этой женщине из племени мерронов было по меньшей мере двадцать пять, но ладонь ее была мягкой и чистой, как у новорожденного младенца. Винтер даже не верилось. Даже у придворных дам, что целыми днями не выходили из своих покоев, пальцы были огрубевшие от вышивания, а под ногтями виднелась каминная сажа. По сравнению с ними пальцы этой женщины были белы, как свежевыпавший снег. Это было так невероятно, что Винтер забылась и глазела как дурочка, не в силах выпустить руку госпожи из своей.

Рази с тревогой шепнул:

— Сестра!

Винтер вскинула голову, внезапно опомнившись.

— О боже! — смущенно воскликнула она. — Простите меня! У вас такие красивые руки! Я никогда…

Дама натянуто улыбнулась и высвободила руку. Мерроны за столом вдруг посерьезнели и насторожились; Винтер увидела, что они смотрят на Кристофера. Тот, застыв, широко раскрытыми глазами глядел на даму, как будто что-то понял вдруг, но не мог в это поверить. Женщина сидела прямо и неподвижно, не опуская глаз. Кристофер повернулся к ее близнецу и, медленно посмотрев вниз, взял его протянутые руки. Винтер в свою очередь обменялась с ним рукопожатием и заметила, что у него тоже невероятно чистая кожа без единого изъяна и прекрасные, ухоженные ногти. Кристофер медленно поднял глаза. Меррон печально, понимающе улыбнулся ему и кивнул.

— Каорай Бео, — прошептал Кристофер. Он обратил недоверчивый взгляд на Ульфнаора — тот встретил его с непроницаемым лицом. Мерронские знатные лорды переглядывались между собой, то и дело косясь на трех гостей.

Рази кашлянул.

— Прошу прощения, — начал он неуверенно. — Но…

— Они Каорай Бео, — коротко ответил Кристофер. — Они драгоценны для этого племени. Ими дорожат. Их… защищают.

Его тон не позволял дальнейших вопросов — Рази вскинул голову и замолчал, сделав вид, что все понял.

Последовало тягостное молчание, затем близнец протянул руку и заглянул Кристоферу в глаза.

— Со всем нашим почтением, уважаемый, — сказал он, — не окажете ли вы нам честь выслушать наши имена?

Кристофер нахмурился, серые его глаза смотрели неуверенно. Рази и Винтер с тревогой взглянули на него. Надо продолжить знакомство, разве он не понимает? Кристофер сделал глубокий вдох и задержал на минуту дыхание, как будто собирал что-то в себе. Затем он расслабился, на лице появилось приветливое выражение, и он взял протянутую руку близнеца.

— Мое почтение, a dhuine uasail, — сказал он. — Это честь для нас.