Дракон для прилежной ученицы - Алена Яковлева

– Я вчера взяла два жезла, над которыми мы работаем с фарном Элегиасом, – пояснила она. – Алмазный и призрачный. Первый очистит твою проекцию и сделает ее материальной, второй – позволит переместиться твоему сознанию в эту самую материю.

Рагон ошалело смотрел на счастливую Маори. Звучит логично… Но зачем ей понадобилось его вытаскивать? Неужели так радует возможность лицезреть путеводителя вне книги? Тем более что у эссы сейчас есть проблемы посерьезнее.

– Буду безмерно счастлив, если получится, – с благодарностью кивнул Рагон, поборов оцепенение. – Ты ведь не пострадаешь при ритуале? Это все смахивает на древнюю магию, что всегда небезопасно…

– Нисколько! – ответила Маори. – Я все уже раз сто перепроверила и перечитала кучу литературы на эту тему. Должно получиться.

– Ты просто умница! – Рагон совершенно искренне улыбнулся до ушей. – Никто для меня ничего подобного никогда не делал…

– Может, мне стало мало твоих подколок по ту сторону, – шутливо качнув головой, сказала Маори. – И теперь непременно нужно, чтобы ты высказывал все, будучи рядом.

Рагон рассмеялся.

– Мне не раз ставили в укор дурной характер, а оно вон как, оказывается!

– Только не зазнавайся, – подмигнула Маори.

Наконец чай был выпит, а детали ритуала – в общих чертах обсуждены.

Маори достала откуда-то из стола штук пять старинных, жутковатых на вид фолиантов.

– Откуда у тебя эти книги? – удивленно воскликнул Рагон. – Такого нет даже в библиотеке.

– Ну конечно, нет. – Маори вздернула подбородок. – Я их позаимствовала в кабинете ректора.

– Смотрю, ты оттуда скоро вообще все вынесешь, – с холодным смешком произнес Рагон. – Неужели покои усопшего даже не запирают?

– Запирают, просто благодаря фарну Элегиасу, мне открыт доступ туда. – Маори пожала плечами. – Не знаю уж, для чего он позволил мне расхаживать там когда вздумается, но спасибо ему.

– А тебе это не кажется подозрительным? – нахмурившись, спросил Рагон.

– Нет, – поморщившись, отрезала Маори. Она как раз перерисовывала часть здоровенной пентаграммы со страницы одной из книг прямо на пол и была очень сосредоточена. – Он это сделал, потому что для работы с жезлами мне необходимо больше информации и знаний.

– И частенько ты туда ходишь? – поинтересовался Рагон.

– Ну… Была пару раз. Что с того?

Рагон промолчал. Его не покидало ощущение, что лучше бы Маори не играла с огнем и оставила все, как есть. Неизвестно, как поведет себя столь сильная магия в руках неопытной эссы. И если уж совсем честно – лучше бы она сосредоточилась на спасении собственной жизни. Ему-то не привыкать быть путеводителем, в конце концов.

Провозившись пару часов, Маори наконец встала и, оценив результаты своих усилий, облегченно выдохнула. Пентаграмма была внушительной – почти два метра в диаметре, исписанная древними символами и украшенная насыпью алмазной пыли для лучшей проходимости Силы. Теперь осталось лишь поставить жезлы на предназначенные для них места, положить в центр круга путеводитель и прочесть два заклинания, одно за другим.

Рагон с недоверием смотрел на старания Маори. Кое-что соображая в магии, он понимал, что единой концепции ритуала, который собирается провести девушка, нет. Значит, бо́льшую часть она придумала сама, собрав воедино информацию из разных книг. Архитектура ритуалов и заклинаний – крайне сложная дисциплина. Пусть даже эсса в свое время обучалась этому. Для подобного нужны годы тренировок, опыт, а тут…

– Ты уверена, что хочешь попробовать? – в последний раз спросил Рагон, хотя уже знал ответ.

– Да. – Маори нервно сглотнула и посмотрела на часы. – Через час я должна спуститься в лабораторию, как раз успеем закончить.

Рагон восхищенно покачал головой. Вот ведь упрямая!

Девушка расставила жезлы как подобает, положила в центр пентаграммы книгу. Контрактник серьезно взглянул на Маори.

– Надеюсь, еще увидимся, – криво улыбнулся он. И добавил: – Если что-то пойдет не так, забудь обо мне.

Маори растерянно захлопала глазами.

– Я никогда тебя не забуду, – сказала она.

Избегая повисшей неловкой паузы, девушка встала лицом к пентаграмме, так, чтобы жезлы находились по обе стороны от нее, взяла лист бумаги, на котором вывела нужные формулы заклинаний, и начала читать вслух, делая сложные пассы свободной рукой.

Рагон закрыл глаза.

Сила прибывала резко, толчками. С каждой фразой Маори в него словно вливалась жизнь. Впервые за очень долгое время мужчина ощутил, как застучало его сердце. Сделал вдох – и чуть не лишился сознания, поняв, что чувствует запах хвои и снега. Это было так странно, почти неестественно! Так… радостно. Почти так же радостно, как, наверное, коснуться руки Маори. Нежной и теплой.

Как вдруг все исчезло. Рагон будто издалека услышал беспокойный вскрик Маори, закончившей читать заклинание, но уже ничего не мог сделать. Он проваливался в пустоту, и та неумолимо поглощала его, пока от Рагона не осталось совсем ничего.

* * *

На ватных ногах спустившись в лабораторию, Маори села за стол. Она пребывала в глубоком шоке от случившегося.

Заклинание не сработало… Как такое могло произойти? Она же все просчитала, буквально до каждой черточки, до каждого символа!

Одеревеневшими пальцами порывшись в сумке, Маори вытащила путеводитель и положила перед собой. Погладила корешок книги и вдруг разрыдалась, обессиленно опустив голову. Слезы капали на пустую черную обложку.