Рабыня Господа Бога - Илья Те

* * *

Йенг нажал на кнопку где-то на пульте за прозрачной стенкой, и электронные наручники на руках Катрины расстегнулись сами собой. Девушка смогла помассировать запястья.

За это время комната немного изменилась. Оказалось, что входом в замкнутый куб целиком служила свободная стена за спиной Катрины, потому и не было видно никаких дверей.

На первой стене висел ложный экран, который на самом деле являлся бронированной, но в то же время эластичной пластиной (именно ее чаще всего атаковали обезумевшие заключенные во время допросов) с вмонтированными в нее точечными видеокамерами.

За второй стеной скрывался истинный ведущий допроса, спокойно наблюдавший со стороны, как несчастные жертвы выплескивают ярость и боль на бесполезное лжестекло.

Третья, как пояснил Йенг, вела в дополнительное помещение, где заключенный, проявивший лояльность к следователям, в промежутках между допросами мог получить возможность сходить в туалет, умыться, поспать в тепле и вообще не видеть вечно взирающий на него темный стеклянный экран с недоброжелателями.

А вот четвертая стена оказалась входом.

Стеновая панель поднялась, и в комнату вошли два вооруженных охранника, а вместе с ними — третий незнакомый, без оружия, но с подносом. Все трое были почему-то в легких военных скафандрах. На подносе у третьего Кэти увидела десяток добротных бутербродов и воду в тонкой амфоре — узкой, высокой, с удобным горлышком для питья.

Поднос поставили прямо на пол, и служащие удалились.

Стена-дверь бесшумно вернулась на место, вновь превратив комнату для допросов в замкнутый темный куб, но Катрине уже не было дела до стены. Она поставила принесённый поднос на колени и жадно принялась за еду.

Йенг смотрел на это почти священное действие молча, с ярко выраженным познавательным интересом. Столь красивая женщина, столь быстро, столь жадно и столь яростно уничтожающая пищу, встречалась ему впервые за долгую жизнь реинкарнирующегося клона.

Наконец бутерброды были уничтожены, сок выпит, и Кэти села перед прозрачной стеной и скрывающимся за ней Йенгом по-турецки, распрямив и согнув перед глазами инспектора свои длинные обнаженные ноги. Сначала одну — воздев в воздух, потом согнув в колене и сложив, а затем другую.

— Ну что же, — сказал следователь, — давайте перейдём к делу.

Катрина энергично кивнула, соглашаясь. Теперь, когда были сняты наручники, а она — сыта и более или менее разобралась в ситуации, между ними установилось некое подобие «дружеского» паритета.

— Как я уже отмечал, — начал Йенг, — в деле фигурируют, как минимум, четыре злоумышленника, присутствие которых обеспечило атаке на Буцефал убийственную эффективность. Прежде всего, это, собственно, вы сами, Катрина Бета 19-725, клон-наложница, выращенная два месяца назад из протоплазмы в Высшей клонической школе Шайрона Артели. Это — раз.

Вторым соучастником, — продолжал следователь, — стал известный вам Саймон Рукс, акционер Корпорации, знаменитый на все Искусственное Мироздание специалист по инициации экстрасенсов-тшеди. Так же, как и вы, он не имел мотива для нападения на Буцефал, и, по всей видимости, участвовал в деле исключительно как привлеченный специалист для решения узкой задачи — инициации третьего участника нашего фантастического квартета.

— Не понимаю, — спросила девушка в недоумении, — что значит «инициации третьего»? Он же инициировал меня!

Йенг покачал головой.

— Вы заблуждаетесь, милая Катрина, полагая себя цельной личностью, — ничуть не смущаясь, пояснил он. — Катрина Бета — всего лишь клон с роскошными формами. Красивая, изысканная, необычайно привлекательная секс-агнатка… но не более. Однако то, что скрывается внутри вас, сикха, где-то глубоко под черепной коробкой и в формуле ДНК, есть нечто иное!

«Удивил, — подумала Кэти с ехидной усмешкой. — Да я могу работать пособием по синдрому раздвоения личности». Она вспомнила сидящего в ее черепе катафрактария Аэция Катилину, кавалерийский меч-спату, с рукоятью, украшенной свинцовым орлом, и роскошные луговые травы, вздымавшиеся под крупом огромного жеребца во время конной атаки. Каталаунское поле и море гуннов, мчащихся на остготские легионы…

Йенг уловил ее мысли.

— А еще вы существенно заблуждаетесь, — прокомментировал он, прищурившись, — полагая, что воспоминания, живущие в вашем мозгу о прошлой жизни, есть воспоминания названного мной третьего лица. Каждый программный клон представляет собой сборную солянку из различных комплектов ДНК и ложных комплектов воспоминаний, созданных компьютерной программой. Но не вы! Я понятия не имею, кем вы там мните себя в прошлом, согласно собственной сохраненной памяти выдуманного существа. Но вот кто был в древности носителем вашей матрицы — я могу сказать отчетливой определенно, ибо мои слова подтверждаются не просто человеческой памятью, которая может быть ложной, но данными корпоративных реестров, которые нельзя изменить!

Йенг вдруг наклонился к девушке, сделал загадочное лицо, что смотрелось довольно комично, учитывая его морщины, и торжественно произнес, разведя руки в стороны:

— А сейчас приготовьтесь, сударыня. Ваше настоящее имя, имя страшного существа, что прячется внутри вашей хорошенькой головки, сразившего самого демиурга Сэта, звучит следующим образом: полноправный акционер Нулевого Синтеза, знаменитый охотник на богов из глубокой древности, воспитанник самого Учредителя Искусственного Мироздания, Гордиан Оливиан Рэкс. Или, если проще, Гор. Вы — клон древнего Бога Мести, столь же старого, как и убитый вами Сэт. Именно Гор, вернее, его матрица, спрятанная внутри вашей головы, является четвертым и самым страшным участником преступного квартета!

Катрина нахмурилась. Мысли ее разбегались. Так значит, истребитель гуннов в ней живет не один?

— Гордиан Рэкс… — повторила она, подавляя предательский холодок, пробежавший по спине. — В первый раз слышу это имя, я…

— Ваше собственное имя, — перебил следователь. — Вам должно быть известно, что когда миллиард лет назад Бог Смерти Ан-Нубис сотворил Искусственное Мироздание, в пределы первого созданного Творцом искусственного кластера вступили не только разумные космические корабли и не только роботы-такелажники, что несли на себе оборудование и станки. Вместе с будущим Учредителем корпорации старый гибнущий мир покинула примерно одна тысяча человек, все до единого — мужчины, солдаты. Остальное человечество, согласно дошедшим до нас легендам, было к этому времени уже уничтожено или находилось на грани неизбежной гибели вместе с самой Естественной Вселенной. Эта тысяча человек стала тем ресурсом, из которого Ан-Нубис смог впоследствии набрать себе помощников на все последующие миллионолетия. Большая часть из «тысячи» беглецов теперь известна в хрониках Нуля под именами богов и полубогов — слуг и товарищей Бога Смерти. Среди них и убитый вами Сэт — Эливинер Тивари, и многие другие акционеры, в том числе живущие по сей день. На сегодня их осталось немного, вероятно, около сотни, может, чуть более. Миллиард лет — все же очень большой срок. Известно, что в первые годы становления Корпорации среди прибывших произошел бунт против власти Ан-Нубиса, и он казнил где-то человек двести из «тысячи». Остальные восемьсот постепенно стали богами или… или тоже были убиты Ан-Нубисом за какие-то прегрешения.