Ярко пылающая тень - Джессика Клусс

– Миленько, – сухо прокомментировала я.

– Да-да, сплошные радуги и единороги. Но посмотри сюда. – Харгроув кинул на стол третью карту, на которой был тот же мрачный, дурачащийся скелет, танцующий по дороге с открытым от хохота ртом. – «Смерть». Не пойми превратно, – быстро добавил колдун, когда меня передернуло. – Эта карта означает приближение больших перемен. Твоя жизнь навсегда изменится. – Он потянул себя за седеющую бороду и подмигнул мне. – Ее величество одобрит тебя, и ты станешь самой почитаемой и прекрасной чародейкой на свете, которая исполнит все ее заветные желания, гип-гип ура, налейте всем по чарке.

Колдун достал еще одну карту из своего огромного фиолетового рукава и положил ее поверх трех остальных. На ней были нарисованы обнимающиеся мальчик с девочкой.

– Ах, «Любовники». Внутренняя борьба между двумя личностями. И последняя… – На карте был маленький мужчина в остроконечной шляпе, который заставлял танцевать игрушечных солдатиков. – «Колдун». Это может означать, что ты возьмешь свою жизнь под контроль.

Карты исчезли в складках рукавов Харгроува.

– Это все? – настороженно спросила я.

Колдун пожал плечами:

– Это карты, которые со мной заговорили. Ты хотела чего-нибудь еще?

Я не могла сделать то, что собиралась. Возможно, это было трусостью с моей стороны, но если Харгроув не собирался затрагивать тему моего сна, я не хотела испытывать судьбу. Спишу тот сон на странную случайность и забуду о нем.

– Спасибо за предсказание. – Я открыла ридикюль и положила два пенни на стол.

– У тебя дрожат руки, – заметил колдун.

– Прошлая ночь была для меня тяжелым испытанием, – буркнула я.

Харгроув подкинул монетки в воздух, и они исчезли.

– Да, Корозот – довольно разрушительный гость, – ухмыльнулся колдун. – Но, говорят, что ты отправила его восвояси своими уникальными огненными способностями. – Он снова потянул себя за бороду. – Какой талант! Интересно, откуда он тебе достался?

– До свидания, – попрощалась я, поворачиваясь к двери.

Я почти вышла, когда Харгроув сказал:

– Спасибо, что интересуешься жизнью бедняков, Генриетта Хоуэл.

Нужно уходить, но было уже слишком поздно. Я отпустила дверную ручку. Медленно обернулась.

– Откуда ты знаешь мое имя?

– О, лорд Блэквуд упоминал его, когда вы были здесь в прошлый раз, разве нет? – спросил колдун с притворной невинностью.

– Нет. Ни разу! – В моем животе поселилось тошнотворное ощущение. Его было никак не избежать. – И я не называла его прошлой ночью. В тумане.

Харгроув хмыкнул:

– А я все гадал, дойдет ли у нас до этого разговор.

Комната закружилась у меня перед глазами.

– Как ты это делаешь? Как я могла поймать тот огрызок яблока, пока находилась во сне?

– Моя дорогая, тебе могут не понравиться ответы на эти вопросы.

– Я поняла, что ты узнал меня при первой встрече на улице. Ты пытался это скрыть, но я заметила.

Я подошла к колдуну с выпрыгивающим из груди сердцем.

– О, мой маленький цветочек, мы в начале такого скользкого пути… – Харгроув взял бутылку с вонючим джином и сделал глоток. – Мне не хотелось этого делать, – он вытер ладонью рот, – но я перед ним в долгу.

– О чем ты?

– Да, я узнал тебя, но не потому, что мы раньше встречались. Нет, дело в том, на кого ты похожа. – Колдун снова сделал глоток и скривился от горечи.

– И на кого же?

– На своего отца, естественно.

Я с тяжелым вздохом опустилась в кресло. Каким образом этот грязный лондонский колдун мог знать моего отца?!

– Ложь!

– Уильям Хоуэл. Уэльский солиситор^[4], живущий в Девоншире со своей очаровательной молодой женой Еленой, урожденной Мюррей, и сестрой-вдовой. Постой, как же ее звали… надо подумать… Анна, Амелия, Агнес… Да, Агнес. Вы точь-в-точь похожи: смуглая кожа, темные глаза и волосы. Утонул! Что там была за история, несчастный случай на лодке? Почти семнадцать лет назад. Какая трагедия! – Колдун посмотрел на меня холодными, смеющимися глазами. – Ну что, я попал в точку?

Мои руки словно онемели.

– Откуда ты мог его знать?

– Твой отец был колдуном, Генриетта Хоуэл. Как и ты.

Я встала прежде, чем подумала. Схватившись для равновесия за край стола, сказала:

– Он не мог быть колдуном. Он был солиситором.

– Как видишь, за колдовское искусство много не платят, – усмехнулся Харгроув, указывая на свои убогие условия жизни, – но оно прекрасно подходит для талантливого любителя. Именно такими и были твой отец и тетя Агнес. Ты шокирована? Не знала, что женщины тоже могут быть колдуньями? Это редкость, но потенциал есть. В тебе кипит колдовская кровь. Кстати, никогда не пытайся кипятить кровь, это отвратительное варево. – И колдун протянул мне бутылку джина.

Я отказалась, хотя выпить, откровенно говоря, хотелось.

– Еще реже встречаются девушки из семьи чародеев, унаследовавшие отцовские способности. Твои родители не были чародеями, так что как ты объяснишь свой новообретенный статус? Пророчество? – Мужчина громко фыркнул. – Ты – колдунья, живущая в самой великолепной лжи. И именно поэтому, – он наклонился ближе, – я испытываю глупое желание помочь тебе.

Я – колдунья. Жалкая, грязная, обычная колдунья. Не чародейка. Не избранная. Мысли появлялись и исчезали в моей голове, как рябь на воде. Я не могла их удержать.

– Откуда ты знал моего отца? – Мой голос поднялся на пару октав.

– Мы познакомились, когда он приехал в Лондон, подумывая присоединиться к нашей Гильдии. Колдуны – люди неорганизованные, но какое-то время мы все-таки обсуждали возможность собрать Гильдию – аналог чародейскому Ордену. Но это не сработало, так как большинство участников забывали ходить на собрания. Или превращали себя в чашку и не могли приехать. Это было в то время, когда председательствовал знаменитый колдун Говард Микельмас. – Колдун покачал бутылкой джина взад-вперед, погрузившись в раздумья. – Должен сказать, было приятно встретить тебя в астральной плоскости. Я не общался с коллегами-колдунами подобным способом еще с запрета на обучение.

Мои мысли окончательно спутались.

– Астральная плоскость?

– Очередной колдовской трюк. Наша душа может покидать тело и странствовать в духовном измерении. Чародеи на это не способны. Та к я и попал к тебе в комнату и дал то вкуснейшее яблоко. Ладно, мы отдаляемся от темы. Достаточно сказать, что я знал твоего отца, и после его смерти Агнес поведала мне, что Елена родила девочку и что бедняжка вдова умерла от осложнений при родах. После этого мы потеряли контакт, и я больше о нем не вспоминал. Пока не началось все это. – Колдун склонился над столом. – Поэтому я и пытаюсь тебе помочь. Ты в опасном положении.