Ледяная пустыня - Майте Карранса

Селена по-прежнему расхаживала по номеру, нервно потирая руки.

— Надеюсь, ты помнишь, что тебе ни с кем нельзя разговаривать?

— Помню, помню.

Тем временем, Селена, как настоящая волчица стала обнюхивать стены и окна.

— Что происходит? — спросила у нее Анаид.

— Мне это не нравится.

— Что именно?

— Неужели ты ничего не чувствуешь?

— Нет, ничего.

— Ну ладно, — задумалась Селена. — Только я пойду завтракать одна. А ты сиди здесь. Ни под каким предлогом никому не открывай дверь, телефонную трубку не бери. И вообще — ни шагу отсюда, пока я не вернусь. Ясно?

— Но я тоже хочу есть! — запротестовала Анаид.

— Я тебе что-нибудь принесу. А ты пока прими холодный душ.

Анаид с послушным видом направилась в ванную, но как только за Селеной закрылась дверь, тут же вернулась в комнату, к компьютеру.

«Только один разок! — сказала она себе. — Я только пожелаю ему доброго утра и скажу, что спала со вкусом его поцелуя на губах. И все!»

Сказано — сделано. Через мгновение Анаид, босая, в пижаме, но с горящими глазами, уже строчила Року очередное любовное послание.

«Доброе утро! А доброе оно потому, что у меня есть ты! Я не стала бы просыпаться по утрам, если бы не могла весь день мечтать о тебе, читать твои слова и знать, что ты меня ждешь. Спасибо тебе за то, что ты есть! Еще раз — доброе утро! Анаид.

P.S. Видишь, что ты со мной сделал! Я и не подозревала, что смогу написать такое. Имей в виду, я пишу от чистого сердца. OOO»

И ни секунды не колеблясь, Анаид отправила сообщение. Самое страшное было позади. Ей хватило храбрости первой признаться в любви, и больше она ничего не боялась. Теперь Анаид знала, что Рок получит ее сообщение, прочтет его и ответит ей так же откровенно, а может и еще откровеннее…

Однако через несколько секунд отправленное сообщение вернулось. «Сообщение не может быть доставлено, — заявил безжалостный компьютер. — Адрес [email protected] не существует».

— Как это — не существует?! — вслух возмутилась Анаид. — Я же ночью посылала по этому адресу сообщение, и оно прошло!!!

Дрожащими руками девушка отправила сообщение еще раз, и оно тут же вернулось в сопровождении все той же зловещей надписи «Адрес не существует…».

Анаид не на шутку заволновалась. Похоже, что-то произошло.

Заломив руки, девушка стала нервно расхаживать по номеру, но через несколько минут заметила, что ей пришло сообщение с незнакомого адреса [email protected]. Сообщение было озаглавлено «Я люблю тебя. Рок» и гласило следующее:

«Анаид! Анаид! Анаид!

Я хотел порвать с тобой, но у меня ничего не вышло. Я даже поменял адрес электронной почты, чтобы ты меня не нашла, но теперь пишу тебе сам! Мне действительно нужно с тобой порвать, но от одной этой мысли мне становится плохо.

Я все время думаю только о тебе, и это нехорошо. Почему ты уехала? Почему не говоришь, где ты и куда направляешься? Почему мне нужно привыкать к ужасному чувству одиночества? Скажи же что-нибудь! Мне нужны твои слова, чтобы набраться сил. Давай пообщаемся по мессенджеру. Не забывай меня! Рок».

Анаид была в полном недоумении — какая муха укусила Рока?!

Девушка была не только растеряна, но и ужасно расстроена тем, что он ей написал. Еще вчера перед ней распахнулась дверь в чудесные романтические отношения, но уже сегодня они со скрипом захлопнулась. Зачем Рок изменил адрес своей электронной почты? Неужели он не в состоянии немного ее подождать? Может, другие уже висят у него на шее, и малейшее ожидание ему невыносимо?

В коридоре раздался знакомый стук каблуков Селены, и Анаид бросилась в ванную.

Когда Селена вошла в номер, девушка стояла под душем.

— Что это ты там так долго мокнешь? — настороженно поинтересовалась ее мать.

— Ой, как вкусно пахнет! — поспешила переменить тему разговора Анаид, с притворным ожесточением растираясь полотенцем.

В номере действительно чудесно запахло. Селена принесла с собой поднос с роскошным завтраком: яичницу, сосиски, жареный хлеб, булочки, масло, джем, сок и молоко.

— Можно? — спросила Анаид и, завернутая в полотенце, бросилась к подносу и впилась зубами в кусок жареного хлеба.

— Известно, что колдуний за столом отличают безукоризненные манеры, — сказала Селена. — Сядь. Возьми салфетку, нож и вилку.

Анаид просияла и выполнила указания матери.

— Присядь со мной рядом и рассказывай дальше, пока я буду завтракать, сушить волосы и одеваться! — попросила она Селену.

Девушке было нужно, чтобы мать держалась подальше от компьютера и не заметила, что он еще теплый.

— Может, ты сначала спокойно поешь и оденешься, а потом я продолжу? — возразила Селена.

— Нет. Рассказывай сейчас. Мне не терпится узнать, как ты избежала суда омниор!

Селена пустилась в продолжение своего рассказа, а Анаид вооружилась вилкой и набросилась на яичницу.

* * *

Мы с Гуннаром сбежали на ночном поезде, шедшем на север.

Мне было всего семнадцать. Я была легкомысленна и немного взбалмошна. И еще, я, наверное, первой из омниор решилась вырваться из-под опеки своего клана, ослушавшись приказа самой Предводительницы всех кланов западных омниор. Однако я вцепилась в мысль о бегстве, как утопающий хватается за соломинку, не желая представать перед судом племени и видеть свою мать.

Хотя Гуннар и был ошеломлен известием о гибели Метрикселлы, он поверил, что я ее не убивала, согласившись, что мне лучше скрыться от полиции, и помог подготовить наше бегство. Впрочем, Гуннар не знал, что в первую очередь я бежала от омниор, которых боялась гораздо больше любой полиции.

Мы решили не садиться на самолет и не проходить таможню. Наше бегство должно было остаться для всех тайной. Наш путь лежал по тайным тропам к мысу Нордкап,[49]где летом никогда не заходит солнце. В ясные дни с Нордкапа даже виден Конец Света — страшный обрыв, с которого свергаются в бездонную пропасть корабли безумцев, рискнувших отправиться в плавание в тех краях. Сама я этого не видела, но так гласили лапландские предания.

А еще я рассчитывала на то, что мы успеем отпраздновать на Нордкапе день летнего солнцестояния, и призналась Гуннару, что мне хотелось бы оказаться рядом с Концом Света в самый длинный день в году и провести с ним на этом мысе всю белую ночь.

Я не стала объяснять Гуннару, что мы, омниоры, в такую ночь справляем огненный обряд, призывая солнце безраздельно править миром, и бросая в костер свои старые атамы. Не сказала я своему викингу и о том, что хотела воспользоваться магической ночью, чтобы начать новую жизнь, забыть о своем печальном детстве, забыть омниор своего клана, гибель Метрикселлы и не дававший мне ни днем, ни ночью покоя вопрос о том, кто же вонзил ей в сердце мой атам.