Опасно быть студентом - Маргарита Блинова

Любовь не купишь за деньги. Зато можно купить большой сочный пельмень, а это почти то же самое.

– Ну, наконец-то! – недовольно нахмурился Ру, распахивая перед моим сопливым от непогоды носом тяжелую створку двери. – Я уж думал, что ты вообще не придешь!

– Ру, миленький! – максимально втягиваю голову в плечи, чтобы сохранить хоть каплю тепла. – Я ведь опоздала всего-то на пятнадцать минут.

– На целых пятнадцать! – подчеркнул приятель. – Это при том, что ты вообще никогда не опаздываешь.

– Каюсь, грешна, – согласно киваю головой с растрепанными ветром волосами. – Только впусти меня в дом, а то холодно.

Парень, осознав, что закрыл своей фигурой вход и держит меня на пороге, быстро отскочил в сторону и стал помогать процессу выпутывания из безнадежно мокрого плаща.

– Поторопись, – велел он, быстро поднимаясь по лестнице на второй этаж дома. – Через полчаса мы должны быть на точке, а ты еще не готова.

Киваю и спешу вслед за боевиком в его комнату. Там в кресле уже заждался наш общий знакомый Хабар. И как только Руслан смог убедить самого лучшего в городе стилиста помочь с нашей аферой?

Талант! Даже не так – талантище!

Захватив приготовленный для меня пакет и кивнув мастеру-визажисту, я ушла в ванную переодеваться и срочно перекрашиваться в блондинку.

Собрав волосы на макушке и закрепив в таком состоянии, я потянулась к пакету с одеждой и на секунду выпала из реальности.

«Что-то я не врубаюсь, – призналось чувство стыдливости. – И какое место этими кусочками надо прикрывать?»

– Ру, – заорала я, двумя пальцами вытаскивая экипировку. – Это же полный разврат!

– Информация требует жертв! – «утешил» голос из-за двери. – Поторопись!

Зло выругавшись себе под нос, я отключила активизировавшиеся было стыд и срам и начала облачаться в костюм.

Хм… А все не так плохо, как я думала.

Нижнее белье, состоящее из кусочков розового кружева, которые так возмутили меня вначале, спряталось под черным корсетом и длинной юбкой с разрезом, открывающим ногу до бедра. Ну, в принципе не так уж и плохо.

Благодаря разрезу, удобнее будет двигаться и убегать, а розовое кружево… Если вдуматься, так оно очень неплохо гармонирует с того же цвета шнуровкой. А туфли на десятисантиметровой шпильке… При необходимости их можно легко скинуть!

Оставшись более-менее довольна нарядом, я распустила теперь уже светлые волосы и вышла из туалетной комнаты.

– Богиню мне в жены! – потрясенно прошептал уже немолодой визажист, поднимаясь с кресла. – Кто бы мог подумать, что из гадкого утенка может получиться такая вкусная конфета! Вот что значит хорошая упаковка… – назидательно добавил он.

– Хабар! – возмутилась я. – Раньше ты утверждал, что я очень даже милая!

– Деточка, – манерно растягивая слова проговорил мужчина, хватая меня за локоток и провожая к креслу. – Каждая девочка с ранних лет знает, что выражение «очень даже милая» совсем не говорит о наличии красоты.

– И что же тогда означает данное выражение? – решила все-таки уточнить я. – Ты страшна, как похмелье по утрам, но я буду врать из вежливости?

– Ой, ну что ты скрипишь, как несмазанная дверь, – хватая в одну руку тюбики и баночки, а в другую кисточку, сказал Хабар. – Лучше сиди спокойно и наслаждайся творящимся волшебством…

Пожилой визажист был хорошо известен в своей области, получив известность почти по всему материку за редкое умение превращать бледную поганку в прекрасную леди. Вот только одного не учел опытный профессионал: в кресле перед ним сидела не леди и даже не поганка. Перед ним была Пустышка.

– Монстра мне в тещи! – воскликнул Руслан, видимо, пришедший узнать, как у нас дела. – Хабар, ты же ее красавицей должен был сделать!

Визажист что-то зло прошипел в ответ и попытался наложить на меня еще одно корректирующее заклинание.

– Да ничего страшного, – мужественно улыбнулась я, с опаской поглядывая на свое отражение.

Из зеркала на меня косилось жуткое создание с выпученными голубыми глазами и мертвенно-серой кожей лица, а высветленные Наткиной краской волосы делали картинку еще хуже.

– Завидую твоему спокойствию! – недобро поглядывая на вспотевшего от работы кудесника, протянул Руслан. – Ввести тебя в курс дела?

Не в силах ничего сказать, я просто кивнула, чем вызвала бурю негодования со стороны визажиста. Ру с размаху плюхнулся в кресло рядом и, подождав еще пару минут, пока невероятно расстроенный своей неудачей Хабар перестанет возмущаться, начал выкладывать собранную информацию.

– Это копия плана здания, – развернул на столике схему друг. Пришлось скосить правый глаз и внимательно вглядеться в цветной чертеж.

«Живут же люди! – подняла голову жадность. – И судя по плану, на широкую ногу живут».

«И, судя по площади, занимаемой «Шепотом ночи», налог в казну платится запредельный!» – тут же подключился прагматизм.

– Заходим в дом с разных сторон, – торопливо начал Руслан. – Ты шифруешься под прислугу, потому твоя дверь вот эта…

Я с удивлением глянула на кусочек розового кружева, торчащего из корсета, и нахмурилась.

– Хочешь сказать, что у них вот в этом обслуживающий персонал шляется?

– А что тебя удивляет? Для данного места – это самый скромный наряд, какой только можно придумать, – улыбнулся друг, наблюдая, как от удивления вытягивается мое лицо. – Так вот, тебя, как новенькую, отправят в общую гостиную.

Я понятливо кивнула, чем тут же спровоцировала еще один виток ругательств от порхающего вокруг меня Хабара. Пришлось тихонько посидеть какое-то время, выслушивая кучу нелестных эпитетов в свой адрес.

– А что известно про заведение и его хозяев? – дождавшись, пока утихнет буря негодования, поинтересовалась я.

Боевик свернул план здания, откинул в сторону и пошел к шкафу.

– Я тут поспрашивал у наших и очень удивился. Ты оказалась права: не так прост этот увеселительный дом, – начал приятель, на ходу снимая с себя форменную рубашку. – Большая часть посетителей – аристократия или верхушка власти, не слишком скрывающая свои походы в заведение. Хозяйка дома – полуэльфийка…

Полуэльфийка? Хм, никогда еще не встречалась с полукровками. Вечер становится все интереснее и интереснее!