Любовь опаснее меча - Андрей Легостаев

На самой грани вечной тьмы, где Солнца лик поделен

Господней твердою рукой на светоч и на мрак,

Подняв щиты, стояли мы… Мой герб — цвет асфодели,

И розой черною, как смоль, свой щит отметил враг.

Я шел вперед — он не пускал. Я — шаг, но он на страже,

И отступали он и я от света рубежа.

Огнем сверкал мой Алисталл, — его же меч тлел сажей,

И ни один из двух клинков врага не отражал…

«Пусти, — сказал я, — отойди, открой мне путь в бессветье.

Я принесу в твою страну сияние огня.

Я — света верный паладин; смирись, о рыцарь, с этим.

Ты — тьма, ты должен отступить и пропустить меня».

Ответил он: «Иди в свой мир. Не нарушай границы.

Знай, неприкосновенен свет, пока не ранишь тьму.

Готов мой меч, мой Ареннир, с твоим клинком скреститься, —

Я не пущу тебя сюда и света не приму.

Нет среди истин столь простой, чтоб были ей покорны

И свет и тьма. Пусть Солнца свет палит твою страну,

Но вот за этою чертой сияет Солнце черным

А посему — тьму предпочту я свету твоему.»

Как прост был мир в те времена, пока он был поделен

На Черный Мир и Белый Мир, — до рокового дня,

Когда великая война меж Белой Асфоделью

И Розой Черную смешать сумела два огня.

С тех пор на Солнце свет и тьма вошли друг другу в лона

И породили все цвета, смешали их, и вновь

Распались на добро и зло, на плети — и на стоны,

На ночь и день, на жизнь и смерть, на подлость — и любовь…

Смолк последний звук струны и несколько дивных мгновений в зале царила восхищенная тишина. Сэр Катифен гордо обвел взглядом слушателей. Первым выразил одобрение французский барон:

— Завидую людям, которые имеют счастья внимать этому превосходному певцу постоянно. Мне еще не доводилось слышать столь прекрасной баллады, да еще так исполненной.

Король с уважением посмотрел на гостя — у француза явно был хороший вкус.

— Всю дорогу до Камелота, в которой вы любезно согласились составить нам компанию, мы будем слушать сэра Катифена. Он знает великое множество песен, я порой поражаюсь, как он запоминает их. И все время сочиняет новые.

За спиной барона Ансеиса уже давно терпеливо ожидал один из его спутников, держа в руках тяжелый бурдюк.

— Прошу отведать один из лучших французских напитков, — вежливо предложил гость.

Пенландрис громко сказал сидящим за столом воинам:

— Французский рыцарь барон Ансеис, любезно согласившийся разделить с нами скромную трапезу, предлагает отведать всем замечательного вина.

Раздались здравия и благодарности в адрес француза.

Вновь прибывшие уже успели рассесться за длинным столом и пропустить пару-другую кубков эля — непривычный напиток после трудной дороги ударил французам в голову. По укоренившемуся мнению британцев, гости из-за пролива вообще пить не умеют. Но от этого они не становятся хуже — у каждого есть свои недостатки. Французы быстро перезнакомились с ратниками короля и сэра Отлака, и они дружно переговаривались, хотя прекрасно понимали, что в будущем могут оказаться в разных лагерях и с оружием пойдут друг на друга. Впрочем, и воины короля, и воины сэра Отлака также были готовы убивать друг друга, случись их повелителям поссориться и затеять войну между собой. Но все в воле Божьей, сейчас они сидят за одним столом и наслаждаются отличным ужином, превосходным элем и предвкушают приятные минуты с длинноволосыми красавицами на все вкусы, которые ждут своего часа.

Слуги быстро разлили французское угощение по новым кубкам. Сэр Отлак смотрел, как слуга отодвинул от Селиванта кубок с элем, к которому наследник короля Сегонтиума так и не притронулся и наполнил искрящимся золотистым напитком другой. Селивант даже не заметил этого, устремив взгляд в далекую точку за плечом соседа напротив, принца явно одолевали непростые раздумья. Сэр Отлак решил, что его будущий зять мысленно готовится к смертному бою с Ричардом Насьеном и вновь пожелал ему всей душой удачи в предстоящем поединке. В конце концов Селивант — отличный рыцарь, и совсем не такой, как о нем говорят!

Вино превзошло все самые смелые ожидания и даже настроенный скептически король Пенландрис с удовольствием вытер усы, поставив кубок.

— Хорошее вино, — похвалил он. — Но наш эль лучше!

Француз вежливо склонил голову. Он все больше нравился и Пенландрису, и Отлаку.

— Что слышно в мире? — спросил гостя Отлак. — Говорят, британские саксонцы высадились во Франции? Как идет война?

— Война? — удивился барон. — С кем?

— С британскими саксонцами, — повторил Отлак. — Ходят слухи, что они напали на вашу страну.

— Впервые об этом слышу, — сказал барон Ансеис. — Наш король недавно успешно отразил вместе с арагонским королем нашествие римлян, это да. Были две славные битвы — под крепостью Манд и на реке Вердон. В обоих сражениях ваш покорный слуга принимал участие и поразил немало гордых римлян. Сейчас в милой Франции мир, но войска великого короля Карла Пятого готовы в любой момент отразить нападение врага.

— Да? — сказал король Пенландрис. — Значит, саксонцы лишь готовятся к нападению на Францию.

— Напротив, — возразил барон. — Когда я был в Лондоне и ужинал с саксонским рыцарем сэром Лайоном, тот рассказывал, что они готовятся к войне с бриттами и с Каледонией, собираются простереть свою власть над всем островом. Их, видите ли, не устраивает, что они делят страну с кем-то еще. Наследник престола принц Вогон похвалялся, что Рождество будет справлять в Камелоте…

— Ерунда! — воскликнул король Пенландрис побагровев. — Во-первых, саксам никогда не победить наши армии! А во-вторых, вас, благородный сэр Ансеис ввели в заблуждение. Наверняка саксонцы распространяют эти слухи, чтобы напасть на вас, французов, врасплох. Они давно с жадностью смотрят на Бретань и Нормандию! У герцога Дерина, который убежден в этом, верные разведчики — он знает, что говорит!

— Возможно, — вежливо согласился француз. Он совсем не желал портить отношения с Пенландрисом и, главное, с сэром Отлаком. — Даже вероятнее всего, что вы правы, а я поверил досужим сплетням. Впредь мне наука — не доверять первому встречному.

Король Пенландрис самодовольно подкрутил пышные усы. Тревога, второй раз за день едва заметно кольнувшая сэра Отлака, бесследно исчезла. Завтра предстоит долгий и нудный путь, сегодня его еще ожидает бурная схватка в постели с какой-нибудь… — вон с той, пышнотелой блондинкой с родинкой на верхней губе, — так что не стоит забивать голову бесплодными мыслями.

Сэр Отлак поманил к себе приглянувшуюся красотку, он был доволен сегодняшним днем.