Шокотерапия - Александра Александровна Сергеева

Она погладила живот и согласилась:

— Не влезет. А ты чего такой добрый?

— Захотелось, — повёл он плечом.

Разглядывая жену с каким-то особенным вниманием человека, заподозрившего её в чём-то запретном.

— Что я натворила? — осведомилась та, заранее наплевав на все потенциальные обвинения.

— Кошка, — помолчав, задал он ожидаемый вопрос. — Ты ещё не пожалела, что ввязалась во всё это?

— Нет, — с абсолютно чистосердечной твёрдостью ответила она. — Чем бы это не закончилось, я сделаю задуманное. Речь даже не кошмарах.

— О квесте, — понял он. — Помощь нужна?

— Ещё как! — всполошилась Таша. — Иго, миленький, я сделала правильный шаг. Но не знаю, в чём его правильность. И как из этого выпутаться. Кстати, встретила сегодня одну даму НПС. Занятную. И очень гротескную. Её звали: Адиа…био… бимбола. Как-то так.

— Адиоабиойабимбола, — без запинки произнёс он.

— Интересно, откуда разработчики берут подобную галиматью? Такое чувство, что вслепую лупят по клавиатуре.

— Это реальное имя, — улыбнувшись, возразил Игорь. — Верней, три имени, из которых сделали одно.

— А ты откуда знаешь? — даже не удивилась она.

— Об этом знают многие старожилы игры. У нас всего тридцать три буквы. А неписей в игре уже за миллион. Если не за два. Трудно всем придумать собственное имя. Поэтому берутся реальные имена разных народов. Имя этой уродины…

— Она красивая.

— Имя этой красотки сложили из трёх африканских имён. Которые в переводе означают: благочестивая, родом из королевской семьи и рожденная для того, чтобы стать богатой. Рассказывай, что ты там учудила.

Таша рассказала. Игорь усмехнулся:

— Ломаешь стереотипы?

— Что-то вроде, — вздохнула она. — Поможешь?

— А, куда я денусь?

— Цена? — деловито уточнила она.

Он демонстративно покосился на засранную плиту.

— Так и знала, — досадливо выдохнула Таша и приняла неизбежное: — Ладно, почищу. А ты долго будешь думать? Утром я должна выложить Тунгусу готовое решение.

— Зачем? — осведомился муж. — Он системник от бога. Не то, что я. У него уже десяток таких решений в башке нарисовались.

— Иго!

— Ну, хорошо.

И он прямо с ходу, без раздумий вынес на её рассмотрение аж целых три варианта дальнейшего развития событий.

— И, что мне выбрать? — задумалась Таша.

— Ванну, — подсказал он. — С пузырьками и массажем.

— С массажем, — мечтательно промурлыкала она, прикрыв глаза. — Который ты мне…

— Который ты мне, — насмешливо конкретизировал он своё предложение. — Ломайте стереотипы, барышня. Мужчина тоже человек. К тому же в сковороде ещё два карася. И оба они…

— Согласна, — сдаваясь на милость победителя недовольно прошипела загнанная в угол женщина.

— И улыбайся, — растянув рот до ушей, посоветовал подлый эксплуататор. — Улыбайся.

Нет, а чего он хотел? Массаж — он бывает очень даже разный.

Одно дело, когда вы оба сидите в горячей ванне. Тугие, как мячики, пузыри прокатываются по телу. За тобой сидящий муж сдвигает и прижимает к своей груди колени. Ты опираешься на них спиной, и он мнёт тебе плечи. С ласковой силой человека, тонко чувствующего твой болевой порог.

Другое дело, когда сидя за мужем ты просто бессильна хоть как-то промять его каучуковые бугристые плечищи. А если он вздумает опираться спиной на твои худые слабенькие коленочки, вомнёт их тебе в ноющую грудь.

Поэтому тебе приходится усаживаться на старенькую мамину подставку под таз. Из рассохшихся реек, на которые нужно класть свернутое полотенце — лучше три. И по телу вместо горячих пузырей прокатывается холодный пот. Потому что промять твоими тонкими паучьими пальчиками мышцы мужика, таскающего гири… реально семь потов сойдёт!

Но постепенно что-то во всём этом неуловимо стирает дискомфорт. Ты смотришь на расслабленно покачивающийся коротко стриженный мужской затылок. Тебя всё чаще и чаще тянет склониться, коснуться его губами. А он в ответ поворачивает голову и прижимается губами к твоему холодному колену.

Его губы кажутся горячими. Как купленный в морозную масленицу снятый со сковороды блин. Он обжигает губы, но ты с непонятной тебе жадностью снова и снова тянешь его в рот. Потому что холодным он перестанет быть масленичным блином.

Потому что лишь на морозе, глядя, как ребятня катается с ледяной горки, в тебе шевелится неуловимая и необъяснимая память предков. Которые вот так же держали в руках горячие блины, ради которых всё лето яростно гнули спину. Такую же сильную, упрямую, как у твоего мужа. Такую же непробиваемую, если за ней приходится скрываться от нагрянувшей беды.

— Устала?

Таша прижалась губами к его затылку и выдохнула:

— Я точно тебя люблю.

— За что?

— За то, что ты меня нашёл и прибрал к рукам.

— Ну, положим, нашла меня ты.

— И чуть не просвистела мимо. Ты совершенно не умеешь ухаживать за девушками.

— Это да. Ладно, сползай со своего насеста. Моя очередь. Только, чур, не пищать. Нужно вернуть твоим мышцам тонус. А то ты у меня совсем захиреешь в своём хрустальном гробу. Целуй тебя потом, не целуй — один хрен останешься мумией. А мне нужна моя царевна.

Глава 12

Ползком к просвещению

ЛиМонка сияла. Неудача с носорогом сделала их с Тунгусом разрыв в уровнях ещё больше. А у этой парочки явно нечто вроде соревнования — во всяком случае, у неё точно. Но турнир слегка поправил дело. Теперь у него тридцать восьмой, а у неё тридцать третий.

Таша со своим двадцать первым казалась себе второклассницей, затесавшейся в компанию старшеклассников. Хотя чувствовалось, что все они примерно одного возраста.

— Излагай, — разрешил системник, когда они выбрались за пределы торгового поста.

И устроились на лысом от леса пятачке, где отлично просматривалась округа.

Таша изложила все три варианта полной и безоговорочной победы над врагом. Ребята переглянулись, и Ли прыснула. А Тунгус покачал головой на манер старого деда, которому внуки подожгли валенки:

— И кто тебя надоумил?

— Муж, — честно призналась она. — Ещё предупредил, что ты его пошлёшь. Не знаю, почему, но всё-таки надеюсь, что нет.

— Лично я хочу третий вариант, — весьма категорично заявила воительница, испытующе глядя в глаза корду. — Не настаиваю, но буду запредельно благодарна. Рус, там такой кач! — в показушном восхищении возвела она к небу глаза.

— Который не каждый из нас переживёт, — язвительно прокомментировал тот её выступление, демонстративно пялясь на щупа.

— Я её прикрою, — воодушевлённо пообещала Ли.

— А тебя кто прикроет? — почти ласково осведомился Тунгус.

— Есть вариант, — решила Таша, что первый восторг уже перегорел, и можно продолжать: — Тут неподалёку небольшой склад. Иг… муж сказал, что мне разрешили туда залезть. С вашей помощью. Это собственность его системы, так что взять можно только три позиции.

— Да, что ты говоришь! — в ёрническом восхищении