Стратегия. Колония - Вадим Денисов

Окончательно: к форту берегом не пройдёшь. А если зачем-то и где-то обходить эти болота и колючий лес, то попадешь на «язык» саванны, примыкающей к крепости — там у нас всё просматривается. Визитёры могут пожаловать только водой.

Я себя чувствовал вполне комфортно, сам не ожидал.

И ничего удивительного, лес и лес. Да, где-то он необычный, да, местами невообразимо высокий. Но законы в нем царят всё те же, физика движений и звуков не изменилась, а редколесья в районе васюганских болот местами похлеще будут, чем эти субтропические разливы. Так что, спецназовцы, тренируйтесь в Сибири. После этого вам никакая Амазонка не в страх. После пары семинаров по флоре и фауне, конечно… И наоборот: наблатыкавшись на амазонских полосах препятствий, никогда не зарекайся, что выживешь в сибирских чащах и болотах — уже просто потому, что там, начиная с октября, весьма и весьма прохладно становится… До сосулек вместо ног.

Есть, конечно, свои ожидаемые особенности. В этой местности, насколько я вижу, после осенних дождей охотиться будет труднее, чем летом, в отличие от Сибири, где всё наоборот. Температуры стоят высокие, всё растёт круглый год, и потому, после природного орошения, на выгорающих летом кустарниках появляется новая листва, которая резко ухудшает видимость. Но, с точки зрения охоты же, появилось и преимущество: земля стала мягче, двигаться бесшумно проще… Посмотрим.

В дельте левого рукава, как и ожидалось, оказалось великое множество проток, островов и островков. Дилемма.

— Ленни, доклад, мы в рукаве.

Многое не успеть, время, как и топливо, дорого.

Пш-шш…

— «Кастет» — «Тунгусу».

— В канале.

— Костя, мнение: прокатимся по речке вверх, или шмонаем островки. Что твоя сталкерская чуйка подсказывает? Приём.

Рация пошипела, после чего Костя ответил:

— Моя чуйка, командир, говорит так: попал в большой магазин — отоваривайся. Неизвестно, придешь ли ты сюда ещё, будет ли время, и не выгребут ли весь дефицит.

— То есть, чешем?

— Чешем.

Обыскивать эти острова на весельной лодке я бы не стал даже под расстрелом, без рук останешься, адский труд и куча потраченного времени. Хорошо, что главные друзья современного человека по имени ДВС у нас имеются.

— Ну что, Zicke, мы остаёмся здесь, докладывай опять… Кто там на смене?

— Ольга.

— Попроси, чтобы радиомаяк включила, а то заплутаем в этих камышах.

Непростая нам предстояла задача. Видимость будет отвратительная, кругом заросли затопленного кустарника и высокая трава. Я бы, честно говоря, плюнул на тщательность, быстренько промотнулся бы поперёк и покатил дальше. Но Лунёв не таков, он сталкер. А сталкеры, скажу я вам, это не разведчики, это совершенно другое. Они заточены не на поиск новых земель и добычу разведданных, они настроены на поиск полезного для анклава. Другой характер, другой подход. Сталкеры, как волки — почуяв наживу, уже не отпустят. А Костя что-то чувствует, и я тому мешать не намерен. Вдруг, локалка стоит на островке?

Ещё на стадии планировании «Беринга» в Штабе определили, что главная локалка залива, если она существует в принципе, будет стоять по аналогии — на берегу, противоположному существующим (и тут опять «если») развалинам. По аналогии с Волгой. В нашем случае, это где-то в скалах на противоположной стороне залива. Но и вероятность появления других локалок никто не отменял.

Тут такой нюанс: Писатели ставят Rohstoffvorraete, RV, как я часто всё ещё по базельской привычке говорю, не изначально, а по каким-то своим соображениям, по текущей ситуации, так может быть. И тому есть косвенное подтверждение: ещё ни разу сталкеры анклава не находили локалки с напрочь просроченными продуктами питания. Месяц просрочки, это максимум, такое было один раз. Впрочем, сама изба может стоять пустая, такое тоже было… Так что, чисто теоретически, Смотрящие могли сбросить ништяки и загодя, прослышав детальный план и сроки экспедиции.

Пш-шш…

— «Кастет», вы двигаетесь по часовой стрелке к центру, мы — против часовой. Радиомаяк форта включен. Тепловизоры, контроль зарослей и воды. На связи быть постоянно.

— Принял.

— Идём медленно, бережём винты.

— Всё равно нашинкуем зеленки, Федя…

Деревья сильно мешают поиску. Мешают уже тем, что их тут много, и ни одно не может служить гарантированным признаком нормального сухого острова, большинство стволов растет в воде, может, это разновидность мангрового дерева? Не сориентируешься. Думаешь: вон там островок! Подходим, а там всё та же картина: заросли, камыши и торчащие из воды кривые чёрные стволы.

Наш «Зодиак» медленно продирался по протокам, порой буквально раздвигая заросли пузатым носом в кевларовом чехле. Крупных хищных змей я не боялся, если они даже тут и водятся. Здесь этим монстрам ловить нечего. Точнее, некого. Питону или анаконде нужна нормальная теплокровная добыча, а значит, береговой водопой. Здесь же одни птицы, это их царство… Ошалевшие от нашей наглости, пернатые всех пород изумлённо смотрели на крадущуюся сквозь высокую траву лодку, и лишь некоторые поднимались в воздух. Хороший признак, непуганые они тут. В воде лениво плескалась жирная рыба с зеленоватой чешуёй. Скорее всего, они постоянно живут в плавнях, никогда не выходя на стремнину.

— Ленни?

— Ничего, чувак, — сказала подруга, лишь на секунду отрываясь от тепловизора. — Одни птицы кругом.

А воздух тут нехороший. Прелый, затхлый, порой даже гнилостный. Жильё в этих тугаях не поставишь, сваливать бы надо… Мы с Ленни поднажали, и к примерному центру проточной системы вышли первыми. Ничего, только время потеряли.

Пш-шш…

— «Тунгус» — «Кастету».

— На связи.

— Ну, поздравьте нас, неумехи.

— Да ты чё!

— Ага. Я уже и сам не верил.

— Локалка?

— Бери выше, командир. Что нам те консервы или парочка пулемётов… — в голосе главсталка чувствовалось нарочито спокойное хвастовство.

— Кость, — тихо спросил я. — Ты что, пароход нашел?

— Так точно, коммандер! Именно пароход! Хотя и очень маленький. Ну очень маленький.

— Так! К черту тишину, ракету давай! Красную!

Бух!

В небо метров на семьдесят поднялся яркий шарик. Ясно.

— Ленни, тормоши Ольгу, рассказывай, это должно осесть там. И погнали!

Осторожное одиночное плавание закончилось, «Зодиак» бодро пёр сквозь камыши, чуть не сшибая зазевавшихся птиц. Ай, да Костя! Ну, ты искатель!

Это была семиметровая металлическая клёпаная лодка или небольшой баркас с паровым двигателем. Прочный корпус благородного цвета красного дерева, с закрытым кокпитом, короткой мачтой на четырёх растяжках прямо за ним, и паровым агрегатом с короткой блестящей трубой. Перед машиной стоят два палубных рундука. Трюм в кокпите. На корме имелся небольшой полотняный тент на четырёх стойках, а вся остальная часть судна, как пояснил Костя, была укрыта брезентом. В правильном направлении подсуетились Смотрящие, иначе внутри был бы полно дождевой воды.