Распутья. Наследие Повелителя - Оксана Панкеева

Вспомнив, что так и не выяснил, кто такие эти самые гномы, о которых не раз упоминали пришельцы, он попробовал выяснить это привычным путем, но на этот раз результат получился не особенно внятным — дворцовый прислужник с гномами почти не сталкивался и имел о них лишь общее представление, которое вполне могло быть набором штампов и предрассудков.

Когда огромные местные часы пробили восемь раз, сопровождающие вдруг как по команде остановились.

— В чем дело? — поинтересовался Кайден. О вещах, происходящих в настоящем времени, проще было спросить, чем снимать самый тонкий верхний слой с памяти. К тому же он уже довольно-таки устал копаться в чужих воспоминаниях. А ему завтра работать с кандидатами, которых наверняка окажется еще больше, чем сегодня приперлось к Повелителю, поэтому лучше не перетруждаться.

— Ужин, сударь, — с достоинством провозгласил слуга.

— Здесь ужинают по часам?

— Обычно ужин подавался в то время, когда это было угодно его величеству. Покойный господин наместник тоже придерживался этого правила. И его преемник тоже. Сегодня почтенный господин первосвященник распорядился накрыть в восемь в королевской столовой. На две персоны.

— То есть этот хитрый змей решил приватно со мной побеседовать? — обозлился Кайден. — Хотя прекрасно слышал, что я назначил все встречи на завтра?

— Не могу о том судить…

— Да понятное дело, — отозвался сзади пожилой солдат. — Сейчас он вас охмурять будет, чтоб его в наместники назначили. Эти местные первосвященники — те еще глисты. Только и мыслят, как бы влезть повыше.

Кайден даже встрепенулся от неожиданности, услышав за спиной знакомый с детства харзи. Нервы в последнее время никуда не годятся…

— Ты что, понял, о чем мы говорим?

— Так мы тут уже давно, а местная речь не такая уж сложная. Многие из наших, кто поспособней, уже кое-что понимают. Вы с этим первосвященником поосторожнее, того и гляди отравит еще, как брат Джареф наместника отравил.

— Ну, положим, меня он не отравит…

— А кто их знает, что у них на уме.

— Я знаю, — оборвал разговорчивого солдата Кайден. — Или ты не помнишь, кто я такой?

— Я помню, что вы первый маг Повелителя. А большего нам знать не положено.

— Оно и видно. А то бы не задавал глупых вопросов. Итак, отравить он меня не отравит, но общаться с этим господином у меня нет желания. Он кому-то из вас поручал меня пригласить?

Оба охранника дружно отчитались, что нет. Кайден повторил вопрос уже для провожатого.

— Нет, — доложил Арди. — Он кого-нибудь пришлет за вами персонально.

— Тогда что мы можем сделать, чтобы он меня не нашел?

— Господин посланник не будет ужинать? — встревожился старик.

Кайден хотел было подтвердить, что в такой компании ему и ужина никакого не захочется, но вовремя понял, что есть все-таки хочет. Тем более что с обедом сегодня не получилось — заработался, увлекся, думал сразу после визита наместника домой уйти и пораньше поужинать… словом, пакостный день получился, и уж который подряд.

— От ужина я бы не отказался, но не в компании первосвященника и где-нибудь в таком укромном месте, где он меня не потревожит. Есть варианты?

— Так пойдемте на кухню, — обрадовался солдат. — Мила нас всех с радостью покормит.

— На кухню для прислуги? — Похоже было, что с бедным придворным сейчас приключится инфаркт.

— А там что, плохо кормят?

— Да вы что, я отродясь так не едал, как там кормят! — опять вмешался общительный рядовой. — Здесь еда для прислуги лучше, чем у нас в Оазисах старейшины питаются.

— Тогда пойдемте. Арди, вы тоже идете с нами. Вы ведь должны меня сопровождать, вот и сопровождайте.

По пути Кайден все же не удержался и пробежался по памяти охранников, чтобы точнее представить себе, насколько можно им доверять. Рядовой Аман вступил в армию Повелителя еще во времена завоевания Чигина в надежде на лучшую жизнь для семьи. Сам-то он со своей первой степенью мог бы рассчитывать на местечко за стеной какого-нибудь Оазиса, но его жену (четвертая степень) и ребенка (вторая) не подпустили бы туда и близко. С тех пор бедняга успел разобраться, с чем связался, и сто раз пожалеть, что не остался в чигинских болотах, но отставка по собственному желанию в войске Повелителя не была предусмотрена. Что до рядового Тхима, то он родился и вырос уже при новых порядках и другой жизни просто не знал. Лично Повелитель был для него чем-то из области сказок, а вот Нимшаста парень ненавидел с такой нечеловеческой силой, что причину можно было и не искать. Увы, у такого подарка природы, как красивая мордашка, есть и обратная сторона…

В целом обычные люди, а по сравнению с большинством повелительских головорезов — еще и исключительно приличные.

«Еда для прислуги» и впрямь превосходила все ожидания, необъятная кухарка, на которую пожилой полиглот взирал с благоговейной нежностью, была мастерицей своего дела, да и компания на черной кухне подобралась куда более приятная, чем в королевской столовой. Поначалу сопровождающие немного робели, но потом осмелели и даже решились осторожно поинтересоваться у первого мага, как там дела на родине и что нового оттуда слышно.

— Да ничего особенного, — неохотно ответил Кайден, которому было ужасно неприятно врать. — Повелитель отбыл куда-то по таким важным и тайным делам, что даже мне того знать не следует. А вместо себя оставил Нимшаста. Можете себе представить, как у нас там сейчас весело.

Аман сочувственно ахнул. Тхима перекосило.

— А Танхер продал партию рабов каким-то солидным торговцам, — продолжал Кайден, торопясь уйти от больного вопроса, — а они по дороге взбунтовались, захватили грузовик и сбежали.

— А кто в охране был? — встревожился Аман.

— Да охрана была покупателей. И машина тоже.

— И не нашли?

— Нет, так и пропали с концами. Самое смешное, Танхер по ошибке сунул в эту партию один особо ценный экземпляр из крольчатника, которого Повелитель приказал стеречь и хранить. Можете вообразить себе, как он теперь бегает.

Солдаты еще более сочувственно поцокали языками, покачали головами, поахали, а потом юный Тхим, запинаясь на каждом слове и пугливо поводя глазами, выговорил:

— А как там… Азиль?

— С ней все хорошо, — утешил его Кайден, радуясь, что хоть здесь врать не надо.

— Ее там никто не обижает?

— Ни в коем случае. Я сам за ней присматриваю.

— А Харган? — поинтересовался Аман, видя, что господин первый маг не возражает против неудобных вопросов.

— Кремировали, — коротко ответил Кайден.

— Повелитель так и не простил его?

— Нет, просто не смог поднять. Что-то странное с ним произошло. Непонятное.