Я - Грималкин - Джозеф Дилейни

Мысли метались в поисках того, что найти невозможно. Да, одно место было, и мы могли им воспользоваться, хотя и с риском встретить там больше врагов, чем друзей. Я сменила направление и побежала быстрее.

– Впереди Ведьмовская лощина! – бросила Торн, догоняя меня.

– Да, туда мы и направляемся. Подходящее местечко, чтобы принять бой!

Вскоре на горизонте появился Пендл. Издалека холм напоминал громадного кита – я мельком видела этого морского великана во время одного из путешествий через Северное море.

Полагая, что оторвались от преследователей, мы немного отдохнули в лесу. Приближаться к Ведьмовской лощине до наступления темноты было бы неблагоразумно.

Я повернулась к Торн:

– Как себя чувствуешь? – Я хотела узнать, как отразилось пережитое в темнице на ее боевых качествах.

– Чувствую?! – огрызнулась она. – Ты про мальчишку?

– Да, про мальчишку. И про твои раны тоже.

– Он для меня теперь никто. А что, мужчины все такие глупцы?

– Не все мужчины глупцы, но среди них достаточно дураков для желающих их женщин. Только не думай о нем слишком уж плохо. Заключив сделку с нами, Уилл запустил цепь событий, которые привели к смерти сэра Гилберта. Он потерял отца потому, что принял такое решение. А теперь забудь о нем. Уилл в прошлом, да и в любом случае он не смог бы стать частью твоей жизни. Ты ведьма и скоро станешь полноправной убийцей. Уилл же станет рыцарем. Вы принадлежите к разным мирам.

– Да, постараюсь забыть. Не думать о нем. Выкинуть из головы.

Торн замолчала, и я, подождав немного, заговорила снова:

– Что скажешь о пытках?

– Сначала, когда он начал колоть меня шилом, боль была ужасная, но потом, через какое-то время, я почти перестала ее чувствовать. Священник это понял и пригрозил забрать мое ожерелье. Он, похоже, получал удовольствие, нагоняя на меня страх, и всерьез хотел срезать пальцы, пока я еще жива. Я видела это в его глазах. В жизни не испытывала такого ужаса и отчаяния. У меня отнимали все, чем я была и чем могла бы стать. Я превратилась бы в ничто – в предмет вечных насмешек.

– Что ж, ничего такого не случилось. Ты держалась достойно и мужественно перенесла боль. И теперь священник мертв, а ты жива – чтобы сражаться. Мы еще одолеем всех врагов.

– Будем ли мы в безопасности в Ведьмовской лощине? Найдем ли там союзников?

– В безопасности мы теперь нигде не будем. Но многое зависит от того, кого мы встретим первыми. Некоторые из мертвых могут отнестись к нам благожелательно, большинство же просто захотят нашей крови. Но они всегда охраняют свою территорию. Если нам удастся пробраться в центр лощины, они будут защищать ее от большей опасности – со стороны тех, кто нас преследует.

– Ведьмовская лощина – это ведь то место, где ты сражалась с Кернольд и стала ведьмой-убийцей? – спросила Торн.

– Верно, то самое. Столько лет прошло, а кажется, будто это было только вчера.

– Расскажи.

– Ты прекрасно знаешь эту историю, я рассказывала ее не раз и не два.

Я прислушалась, проверяя, не таится ли поблизости опасность. Между деревьями негромко вздыхал ветер. Тихо. Спокойно. Чисто. Наши враги все еще были где-то далеко.

– Ну так расскажи еще раз! Твои истории каждый раз звучат чуточку по-другому. Хороший рассказчик всегда вспоминает что-то новое и забывает менее важное.

Я вздохнула, но отказывать не стала. Почему бы и не рассказать? Почему бы не отвлечься немного от опасностей, что подступали и спереди, и сзади?

– Поединок всегда проходит к северу от трех деревень – Малкинов, Динов и Мауллдхиллов. Обычно это место выбирала действующая убийца.

Кернольд выбрала для схватки Ведьмовскую лощину, потому что чаще всего использовала здешних обитателей как своих союзников – ей единственной удавалось успешно это проделывать. И не раз случалось так, что мертвецы высасывали из претенденток кровь еще до того, как Кернольд в подтверждение победы забирала у них ожерелья.

– А разве это не жульничество – пользоваться помощью мертвецов? – спросила Торн.

– Кто-то, может быть, так и думал, но Кернольд была убийцей клана много лет. Ее боялись. Кто бы посмел задать ей такой вопрос?

– Говорят, некоторые мертвые ведьмы настолько сильны, что могут проходить мили в поисках жертвы. Сколько их сейчас, таких сильных?

– До осени было пять, но, как тебе известно, даже мертвые ведьмы не вечны. Все они постепенно слабеют, тела распадаются. Агнесса говорила, зима собрала свой урожай: сейчас по-настоящему сильных осталось не больше трех.

– Чью сторону они примут – твою или наших врагов?

– Этого я не знаю. Но если хотя бы две станут сражаться вместе с нами, перевес будет на нашей стороне.

Торн задумчиво кивнула.

– Расскажи о Кернольд, – потребовала она.

– Кернольд часто побеждала и без помощи ее мертвых союзников. Она мастерски владела клинками и веревками, использовала капканы и волчьи ямы, но ее излюбленным приемом было удушение. Каждый раз после очередной победы она неизменно душила противницу. Медленно убивать поверженную соперницу доставляло ей особое удовольствие.

Обо всем этом я хорошо знала еще до поединка. Много думала, готовилась и исследовала лощину заранее. Обычно я приходила туда днем, в светлое время, когда мертвые ведьмы дремали, а Кернольд охотилась. Я обнюхала, наверное, каждый дюйм леса, узнала каждое дерево, каждую травинку, разведала, где находятся ловушки и капканы. А их было много. Некоторые из выходивших драться с Кернольд умирали, даже не добравшись до нее.

В общем, я была готова и незадолго до полуночи, времени начала испытания, уже стояла в тени деревьев. Слева высилась громадина Пендла, восточный склон которого купался в лучах полной луны, уже поднявшейся высоко на юге. Потом на вершине вспыхнул огонь, и искры взметнулись в небо, подавая сигнал к началу поединка.

И тогда я сделала то, чего никогда прежде не делала ни одна претендентка. Большинство входили в лощину нервно и боязливо, в страхе перед тем, что их ожидало. Некоторые были посмелее, но и они выбирали осторожный вариант. Я поступила иначе и заявила о своем присутствии громко и ясно…

– Позволь мне сказать это за тебя, – вмешалась Торн. – Пожалуйста, Грималкин!

Я кивнула, моя ученица поднялась и сделала серьезное лицо.

– Я здесь, Кернольд! Мое имя Грималкин, и я твоя смерть! – прокричала она во весь голос слова, произнесенные мною много лет назад. – Я иду за тобой, Кернольд! Я иду за тобой! И ничто, ни живое, ни мертвое, меня не остановит!

Она села, и мы обе рассмеялись.

– Ты действительно верила в то, что говорила? – спросила Торн.

– Верила. До какой-то степени. То есть это была не просто бравада, хотя и бравада играла немалую роль. Я много думала, просчитывала, как себя вести. Знала, что крики привлекут ко мне мертвых ведьм, и именно этого добивалась. Теперь я знала, где они. Всегда важно заранее знать, где та опасность, с которой тебе предстоит столкнуться.