Корона или тьма - Саша Мэри Миллер

— Вперед! — крикнул Горин.

Рядом с ним знаменосец взмахнул его флагом, и нордорнцы бросились в атаку, держа наготове мечи и копья. Латром не отставал от остальных ни на шаг.

Перед лицом стольких врагов дракон смешался и отступил. Возможно, как и тот, которого убил Рохан, он не привык к решительному сопротивлению. Тем не менее он продолжал сражаться и далеко не был побежден. Его огромные лапы взметнулись — и люди начали падать. Всадник поднял тонкий металлический прут, из которого вырвался голубоватый туман. Там, где этот туман достигал нападавших, люди начинали падать, кашляя так, словно у них разрывались легкие. Однако нордорнцы продолжали наступать.

Один отважный воин, задыхающийся от ядовитого тумана, нырнул под расставленные лапы дракона, ища уязвимое место.

Всадник выкрикнул какой-то приказ, и дракон, взмахнув огромными крыльями, начал подниматься с того места, на которое приземлился. Люди отпрянули в стороны. Боевые коты спрыгнули на землю и понеслись вниз по снежному склону, воинственно распушив хвосты. Оказавшись вне пределов досягаемости когтей и ледяного дыхания огромной твари, они остановились, припали к земле и угрожающе завыли.

Пока нордорнцы и ренделцы сражались с драконом, вражеские солдаты далеко продвинулись вниз по дороге, прорезанной в противоположном склоне горы.

— Займись ранеными, — приказал Горин Себастьяну, а потом повернулся к Гиннелу. — Совершенно очевидно, что нам устроили засаду. Теперь я опасаюсь за Рохана.

Гиннел стиснул рукоять меча.

— Мы можем обойти фридийцев по горной дороге. Я заходил в эту долину, но с севера. Теперь я узнал эти места. Фридийцы находятся на недавно проложенной дороге. Однако существует еще одна, более старая, выше по склону. Если нам удастся на нее попасть, то мы сможем соединиться с отрядом Рохана.

— Я их задержу, чтобы они вас не остановили. Удачи тебе, кузен.

— И тебе тоже.

Они пожали друг другу руки. А потом, оставив позади почти половину нордорнцев, Гиннел ринулся к левой стороне долины. Боевые коты неслись впереди него. Спустя несколько мгновений Горин увидел, что некоторые из фридийцев, шедших в первых рядах, поспешно начали взбираться выше, явно намереваясь перехватить отряд Гиннела. Однако большинство, не поняв, что происходит, продолжали идти своей дорогой. Горин понимал, что если Гиннелу удастся миновать авангард, то у него есть неплохой шанс успеть на подмогу Рохану. Все будет зависеть от того, сможет ли его собственный отряд сдерживать первую волну захватчиков достаточно долго, дав тем самым Гиннелу время уйти.

— В атаку! — крикнул Горин, направляясь к тому месту, где должна была начаться самая жаркая схватка, но Латром остановил его, схватив за руку.

— Вы нужны не там, — сказал Латром. — Пожалуйста, вернитесь назад и займитесь Харузом. Похоже, с ним что-то случилось: вид у него ошарашенный. В любом случае нордорнцы не смогут долго сдерживать фридийцев без подмоги, а ренделцы в замешательстве. Окажите мне честь, позвольте командовать нашими людьми до тех пор, пока вы не вернетесь с подкреплением.

Горин пристально посмотрел на своего бывшего капитана, а потом кивнул, соглашаясь с ним.

— В Крепости Дуба ты — мой заместитель, — объявил он. — Командование сейчас переходит к тебе.

— Положитесь на меня, — отозвался Латром. Издав свой басовитый, раскатистый боевой клич, он побежал вперед. Следом за ним устремился его личный отряд. Горин знаком показал Раджишу и Финоле, чтобы следовали за Латромом.

Вскоре люди Латрома уже начали бой с захватчиками, которым теперь пришлось защищаться. Гиннелу с его людьми удалось отбиться от немногочисленных противников и выйти на расположенную выше дорогу. Боевые коты, войдя в раж, оглашали морозный воздух воинственным рыком. Время от времени в шум боя вплетались крики вражеских воинов, почти мгновенно обрывавшиеся.

Несмотря на холод, Горину пришлось утереть пот со лба. Он обдумывал слова Латрома насчет странных действий Харуза — а вернее, его бездействия. Широкими шагами он приближался к лорду-маршалу, но сначала столкнулся с его заместителем, Чевином, который шел к нему навстречу. Горин приостановился, чтобы отдать Чевину краткие распоряжения. Молодой командир немедленно начал действовать. Собрав группу людей, он отправил их обратно по дороге, чтобы те присоединились к людям Латрома, которые уже вели бой. А потом Горин добрался до Харуза и обнаружил, что вместо того, чтобы сосредоточить все внимание на командовании нелегким сражением, лорд-маршал спорит с Тассером.

— Дракон летит, — повторил Тассер явно не в первый раз. — Ранен легко. Летит к Трясине. Я тоже иду.

— Ты останешься здесь, чтобы обеспечить резерв, как я приказал.

— Резерв и поддержку теперь должна давать армия Рендела, которая пока почти не вступала в бой, — прервал его Горин. Ему с трудом удалось чуть смягчить свой резкий тон. — Как вы могли бы заметить, больше половины нордорнцев сейчас обороняют перевал от захватчиков. Вторую половину армии я послал на помощь Рохану.

Харуз моргнул.

— Тогда мы должны направить людей им в подкрепление. Где Чевин?

— Я встретил Чевина по дороге сюда, и он уже этим занимается.

Горин не стал произносить вслух очевидное: «И вас мне благодарить за это не приходится». Лорд-маршал пожал плечами:

— Значит, ситуация у нас в руках.

Горин прикусил язык, чтобы не сказать нечто такое, что может спровоцировать конфликт между ними. Эта ситуация отнюдь не была у них в руках, и Харуз, похоже, не собирался предпринимать ничего, чтобы изменить это положение дел. Два ледяных дракона уничтожены и один легко ранен, но три остались и готовы напасть в любую минуту. Раненых ренделцев и нордорнцев — и тела убитых — уже сейчас уносили с поля боя. Дракон, который нанес им этот урон, уже превращался в точку высоко в небе, направляясь на юг. Горин знал, что когда зверь приземлится, на него можно напасть сбоку и, если повезет, даже уничтожить.

Латром сказал правду: Харуз выглядел плохо. Два красных пятна высоко на скулах придавали ему вид больного лихорадкой.

— Почему, — спросил Горин, осторожно подбирая слова, — вы решили, что дракон не направляется в Трясину?

— Он летит в том направлении только для того, чтобы сбить нас со следа, — ответил Харуз довольно презрительно. — Он должен возвратиться в какой-нибудь лагерь, о котором мы не знаем, чтобы там залечили его царапины.

— И в то же время он не менял направления полета, — возразил Горин. — Его путь лежал прямо на юг. Поэтому я считаю, что генерал Тассер прав. Возможно, раны дракона не слишком опасны, но всадник понимает, что не выдержит еще одного такого боя, и поэтому выбрал, по его мнению, самую слабо защищенную местность в краю, который они стремятся захватить. А это Трясина.

— Я иду защищать Трясину, — сказал Тассер.

— Нет, — отрезал Харуз. — Вы останетесь здесь. К этому времени несколько младших офицеров, некоторые — с кровоточащими ранами, остановились поблизости и, конечно, услышали, как их командиры спорят в разгар яростной схватки с сильным противником. Такую несуразную сцену трудно было бы не заметить.