Лабиринт для темной феи - Александра Черчень

Знаете, а оказывается, подгорный мир красив.

В нем есть своя неповторимая прелесть и уникальность. Изюминка, если хотите. В этой извращенной жизни, которая отвоевала себе право на существование даже в таких кошмарных условиях дефицита кислорода и полного отсутствия солнечного света.

Вместо него тут мох… зато какой красивый!

Каменные своды были затянуты его тонким слоем, который искрился и переливался бирюзой. Наверху сейчас день?

Интересная тут все же растительность. Наверное, где-то на потолке мох рос более толстым слоем и почему-то покрывался белым налетом, что создавало иллюзию облаков.

Я лежала на каменной скамье во внутреннем саду дома Барабахов и задумчиво смотрела наверх. Странно… мы так редко поднимаем голову к сводам над нами. Неважно, голубые ли это небеса наземного мира или скалистый купол волшебного города Сарташ.

За все время, проведенное у дроу, я уделяла мало внимания тому, что вокруг меня. Была слишком поглощена эмоциями, планами о побеге и сложными отношениями с так понравившимся мне жрецом. Ведь глупо отрицать то, что я увлеклась им буквально сразу. У нас таких мужчин не было…

Дроу — отколовшаяся ветвь эльфов. И конечно, потемнели кожей они вовсе не из-за того, что жили под землей. Естественная пигментация одного из кланов остроухого народа, который в свое время что-то не поделил как с верховным правительством, так и с богами, изменилась, когда он обратился к темной богине Ллос и ушел туда, куда она позвала их.

Но отойдем от истории темнокожих коварных мерзавцев. В конце концов, кровожадность, хитрость и высокомерие, возведенные в ранг добродетели, у них благоприобретенные, и Ллос тут ни при чем. Семена падали в благодатную почву.

Я вздохнула и села. Тело затекло от долгого лежания на каменной лавке, пусть даже и с магическим подогревом.

Потерла запястья, с неудовольствием провернув на них массивные браслеты. Это украшение сомнительной ценности надел на меня Сол сразу, как притащил обратно. Защелкнул цацки, сверкнул злобным голубым взглядом и, ничего не говоря и не объясняя, передал с рук на руки Заррину, который и привез меня обратно в особнячок Барабахов. Тут меня приняли неласково. Все высокие леди говорили так, словно я смылась от завидной участи и предала высокое доверие.

В общем, мне предлагалось смириться.

Я пока молчала и не торопилась, не особенно страдая от игнора темных эльфиек.

Вот если что и расстраивало, так это то, что господин ту Эрш не стремился являть мне свой темный лик, чтобы порадовать возможностью устроить скандал. А устроить хотелось. Ну, если не скандал, то хотя бы маленькое, скромненькое такое, выяснение отношений.

На тему того, что жрецу долго было нельзя заниматься со мной сексом, а потом вот раз — и можно! Как это так?

Зачем тогда эта сволочь меня тащила в бордель?! Это, между прочим, оскорбительно! А на деле мне очень хотелось знать, что он думает… после всего, что было.

Он мой первый мужчина вообще-то. И не просто какой-то… назначенный. А самый настоящий первый мужчина, которого выбрала я сама. И я не хотела, чтобы все заканчивалось… никак.

Глупые существа женщины, верно?

Недаром ведь нам выбирают первых мужчин, а потом те пропадают из нашей жизни?

Фея не должна быть зациклена на одном! Фея должна любить весь мир и найти в нем того, кто станет ей защитой, опорой, будет достоин всех благ, которые она может ему принести. Мужчина, с которым мы проводим жизнь, выбирается разумом, а не чувствами.

А я вот… глупая такая.

Зло хлопнула ладонью по граниту и прошипела:

— Хватит рефлексировать!

Прерывисто вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. И вот чего я совсем не ожидала, так это того, что мне ответят.

— Ну почему же? Можешь даже порефлексировать вслух. Мне интересно.

Я вскинулась и увидела, что посреди дорожки стоит Сол.

В простых штанах и рубашке, с волосами, убранными в высокий хвост, и очень уставшим взглядом.

Я смотрела на него, не в силах и слова вымолвить, хотя еще недавно в моей голове было невероятное множество вопросов, которые хотелось задать жрецу.

Словно понимая, он прошел вперед и сел рядом, сдвинув гладкие шелковые юбки моего наряда.

Я нервно сжала кулаки, ощущая, как впиваются в ладони ногти.

— Неожиданно вас тут видеть.

— «Вас»? — хмыкнул жрец. — Милая Лил, еще недавно тебя не смущали такие мелочи, как вежливое отношение. И тем более ты не вспоминала, что тех, кто старше и опытнее, стоит величать хотя бы на «вы» и уважительно.

— Под влиянием обстоятельств во мне проснулись манеры, — мрачно ответила я. — Считайте это шоком.

— Я слышал, что шоковая терапия весьма хорошо сказывается на разумных, но не думал, что до такой степени, — восхитился жрец.

Я ничего не ответила, уткнувшись взглядом в носки своих туфелек. Эх, есть что-то извращенное в том, чтобы так говорить со своим первым мужчиной. И не просто первым, а с тем, в кого ты влюблена.

Уж будем объективны и не станем врать себе.

— Скажу прямо… я сейчас несколько не настроена на пикировки и соревнования в остротах. — Я все же взяла себя в руки и продолжила диалог, воспользовавшись возможностью сразу дать понять Солу, что к играм не расположена.

— А разве я предлагаю именно этот занятный поединок? — делано удивился жрец.

— Начали вы именно в таком ключе.

— Ну что же… признаюсь, мне казалось, что это заставит тебя несколько оживиться. Раньше развлечения такого рода провоцировались именно тобой.

— Все меняется, — угрюмо ответила я. — Чем обязана? Насколько понимаю, меня еще рановато под белы рученьки в ваш Лабиринт провожать. А ты вроде как все остальные функции уже выполнил.