Родственный обман - Эльвира Плотникова

— Вроде того. Я очень скучаю без нее, — призналась Эмилия. — Думала, удастся говорить по телефону или по скайпу, а тут…

— М-да… Интернета тут точно нет. Не буду тебя мучить. С ней все в порядке, собирается в Испанию, как и было запланировано. Александр Сергеевич ни о чем не догадывается. Тебя же это волнует?

— Ну… да… А вы…

— Нет. Я ему ничего говорить не буду. Мартин не знает, что ты не та сестра. Ему вообще все равно, та или эта. Он Милену не видел, сразу с тобой познакомился. А я искал ему в жены такую, как ты. И все сложилось как нельзя лучше.

— Ты скажешь брату?

— Зачем? Это меня не касается.

И то верно. Вопрос доверия? Навряд ли. Мартину все равно, какая сестра. Зря она боялась, что правда откроется.

— Значит, Мартин отправился в мой мир не из-за подмены?

— Эмилия, душа моя… Если бы ты только понимала, сколько раз за последние десять минут произнесла имя брата. — Даниэль довольно хмыкнул.

— Эй, на что это ты намекаешь? — возмутилась Эмилия. — Естественно, я переживаю! Думаешь, я в восторге оттого, что вчера натворила? Мартин, конечно, скотина. Уж извини! Но отрезать ему волосы… Я сожалею, правда. А он еще и наголо побрился!

— Угу. Очень естественно переживать из-за скотины. Как там ваш знаменитый поэт сказал… «Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад». Впрочем, и это не мое дело.

Они медленно шли вверх по склону холма. Даниэль увел Эмилию немного в сторону от того места, где за деревьями разливалась водная синева. Она не сразу это заметила, увлекшись разговором.

— Нет, понимаешь… Я переживаю, что унизила Мартина больше, чем он заслуживал. Косичка… она же не означала что-то очень важное?

— И да, и нет. Об этом я как раз говорить не собирался. Мало того, Мартин пообещал оторвать мне голову, если я тебе проболтаюсь. Но я попробую довериться невестке. Не возражаешь?

— Попробуй.

— Мартин занимает один из высоких постов в ордене мироходцев и входит в малый круг совета. А у них там идиотский обычай — на заседании положено обряжаться в мантию и парик — белый, пышный и с косой. А Марти он такой… если на чем переклинит, то спорить бесполезно. Короче, от парика он отказался наотрез. Так как выпереть его за это из совета невозможно, а традиции соблюдать хочется, председатель предложил ему вариант — либо он отращивает косу, либо носит парик. Собственно, в надежде, что упрямый Марти согласится на парик, ибо длинные волосы он на дух не переносит. Дальше продолжать?

— Получается, теперь ему придется… Нет, подожди. А налысо зачем?

— А это вторая часть драмы. Мартин еще умудрился поспорить с председателем, что он-де отрастит и не отрежет в течение пяти лет. А если отрежет, то побреется налысо и отдаст ему свой бизнес в Москве.

Даниэль произнес это так спокойно и даже весело, что Эмилия не сразу поняла смысл последней фразы. А потом ее накрыло.

— Поэтому Мартин сбрил остатки волос, в соответствии с условиями пари, и отправился в Москву переоформлять бумаги на владение логистической компанией… Эй! Что с тобой?

Эмилия вцепилась в Даниэля, иначе упала бы. Мартин потерял из-за нее целую компанию. Да он никогда ей этого не простит!

«Тебе нужно его прощение?»

«Это просто несправедливо!»

— Надо… Ты можешь его остановить? — Она в панике соображала, что нужно сделать в первую очередь. — Еще не поздно?

— Там еще раннее утро. Но зачем?

… председателю. Ты меня к нему перенесешь?

— И не подумаю.

— Даниэль! — рассердилась Эмилия. — Так надо!

— Угу. Во-первых, мы что-то там говорили о доверии, помнишь? Во-вторых, Мартин скорее эту косу сожрет, чем станет прятаться за спину женщины. Я бы тоже не стал.

— Но компания! — воскликнула Эмилия в отчаянии.

— Не обеднеет. Новую создаст. И вообще, почему тебя это волнует?

«Действительно, почему?»

«Это слишком…»

«Да? Давай-ка перечислим. Обман, похищение, скоропалительная свадьба, мамаша с сестрами, несправедливое наказание… Мало?»

— Я не знаю, — призналась Эмилия. — Мне неприятно… но я не знаю почему.

— «Я сам обманываться рад», — снова процитировал Даниэль. — Смотри, мы пришли.

Еще пара шагов — и оказалось, они стоят на вершине холма, у обрыва. Внизу грохотали волны, разбиваясь о прибрежные скалы. Линия горизонта уже окрасилась в закатные цвета.

Очень удачный повод не продолжать разговор на неприятную тему. Можно любоваться открывшимся видом. Эмилия и не знала, что рядом такая красота! И почему Мартин не привел ее сюда? Ах, да. Некогда. И ему все равно.

— Тут есть опасные места, — снова ответил на ее мысли Даниэль. — Обрывы, зыбучие пески. Не пытайся выйти за пределы парка в одиночку.

— Не буду.

Эмилия плотнее запахнула шаль. Тут ветер был сильнее и холоднее. Вот бы домой да в теплую ванну.

— Кстати, мы на острове.

— На острове? — переспросила Эмилия. — И тут только…

— Угу. Только владения Мартина. Есть еще поселок на другой стороне и небольшой порт.

Причина отчаяния Флоренс вдруг стала понятной. Если столица на материке или на другом острове, то ее поклоннику будет нелегко добраться сюда. Наверняка остров охраняется какой-то магией. Так всегда писали в книжках, которые она читала. Бедная девочка… Нет, бессовестная, конечно. Глупая, злая, мстительная. Но ей можно посочувствовать. Надо поговорить об этом с Мартином.

«Мартин, Мартин… Даниэль прав, он у тебя с языка не сходит».

«Не с матушкой же разговаривать».

«Тебе оно вообще надо?»

Эмилия вздохнула.

— Спасибо за прогулку, Даниэль. Мы можем вернуться? Я ужасно замерзла.

— Конечно. Джек, Леди, домой!

Псы, все время крутящиеся рядом, сорвались с места и помчались вниз.

— А мы пойдем другим путем.

Даниэль подхватил Эмилию на руки… и тут же опустил на знакомый диван в кабинете Мартина.

— Ух ты! — восхитилась она. — Я тоже так хочу.

Даниэль снисходительно улыбнулся. Эмилия улыбнулась в ответ. Нет, деверь не изменился — от него все так же веяло опасностью, а в глазах то появлялись, то исчезали льдинки. Но теперь Эмилия стала лучше его понимать. Ах, если бы и Мартин был хоть немного откровенен с нею!

«Ма-а-артин…»

«На минуточку, он мой муж! Хочу я этого или нет. На ближайший год».

«Да-да-да».

— Я пойду?

— Нет, останься. Я еще не все сказал, что собирался. Вернее, главного так и не сказал. Голодна?