Сага о Скэйте - Ли Брекетт

Он внезапно взглянул на Старка, и в глазах его было чистое безумие, несмотря на всю его покорность воле рока.

— Ты слышал, Старк: «Мы сделали высокими и стройными тех, кто уродлив был от рождения». Близится мой час. И я стану мужчиной на то недолгое время, что отпущено мне.

Треон двинулся вперед, и Старк даже не пробовал за ним следовать. Он смотрел, как удаляется от него увечное тело Треона, белое в красной мгле, пока Треон не миновал чудовище-привратника и не подошел к черной двери. Длинная тонкая рука протянулась и отомкнула запор.

Дверь медленно растворилась. В дверном проеме Старк увидел зал, в котором стояло сооружение из хрустальных палочек и дисков на металлическом каркасе, и вся эта конструкция мерцала и поблескивала, испуская голубоватое свечение, делавшееся то слабее, то ярче, как если бы оно отражало биение гигантского сердца. Был там и другой аппарат: замысловатое скопление конденсаторов и трубок, это-то и было сердце, и оно все еще было живо.

Треон прошел внутрь и запер за собой дверь. Старк отступил на приличное расстояние от двери и ее стража и сел на корточки, прислонившись спиной к стене. Он думал об аппарате. Космические лучи, наверное, — невидимая энергия, которая приходит из-за пределов Неба. Даже ныне все их возможности не были известны. Но несколько несчастных звездолетчиков на себе испытали, что в определенных условиях с человеческими тканями происходят непонятные изменения. Мысли эти пришлись Старку не по нраву. Он попытался вообще не думать о Треоне. Он попытался вообще ни о чем не думать. В коридоре было темно и абсолютно тихо, и бесформенный страх молча сидел у самой двери и ждал вместе с ним. Тело Старка содрогалось от глубокого животного ужаса.

Он ждал. В какой-то момент он подумал, что Треон уже наверняка мертв, но не сдвинулся с места. Он не хотел входить в эту комнату, чтобы проверить. Он ждал.

Вдруг он вскочил, и по спине его заструился холодный пот. По коридору эхом пронесся треск, звон разбитого хрусталя и высокая протяжная нота, улетевшая куда-то в пустоту.

Дверь открылась.

Вышел мужчина. Высокий, стройный, прекрасный, как ангел, крепкий телом мужчина с лицом Треона, с трагическими глазами Треона. Позади него, в зале, было темно. Бившееся там сердце остановилось.

Дверь была вновь затворена, засов задвинут, голос Треона произнес:

— Там остались записи и многое из аппаратуры, так что секрет их полностью не утрачен. Он всего лишь вне досягаемости, — Он подошел к Старку и протянул ему руку, — Давай будем бороться вместе, как мужчины. И ничего не бояться. Я умру задолго до того, как переменится это тело. — Он улыбнулся той знакомой улыбкой, которая полна была жалости ко всему живому, — Я знаю, ибо так сказали мне ветры.

Старк взял его руку и пожал.

— Ну что ж, — сказал Треон, — Теперь веди меня, чужеземец с роковыми глазами, ибо пророчество — о тебе, и день — твой, а я, который всю жизнь ползал, как улитка, мало знаю о битвах. Веди меня, и я за тобой последую.

Старк схватился пальцами за ошейник.

— Ты можешь избавить меня от этого?

Треон кивнул:

— В одном из залов есть инструменты и кислота.

Он все нашел и быстро принялся за работу. Пока он работал, Старк думал о своем, улыбаясь, и в его улыбке не было жалости ни к кому.

Наконец они вернулись в храм, и Треон запер вход в катакомбы. Ночь еще не кончилась, и площадь была пустынна. Старк нашел оружие Эгиля там, где оно лежало, в месте, где умер Эгиль.

— Нам надо торопиться, — сказал Старк. — Идем.