Общество Дракона - Лоуренс Уотт-Эванс

Они несколько мгновений смотрели друг на друга. Арлиан заметил, как леди Опал что-то прошептала лорду Уитеру, который повернулся к ней, чтобы ответить.

Арлиан обратил внимание на то, что старый лорд двигается медленнее, чем прежде, а в его глазах застыла боль.

— Они дружили больше семисот лет, — сказал Арлиан Ворону. — Уитер тяжело переживает смерть Когтя.

— Судя по тому, что он сказал вчера вечером, собственная судьба беспокоит его не меньше смерти друга, — ответил Ворон.

— Да, возможно, ты прав, — согласился с ним Арлиан. — Они с Когтем были самыми старшими членами Общества Дракона и много раз говорили, что не знают наверняка, кто из них старше. Если время Когтя пришло, значит, Уитер скоро последует за ним.

Он задумчиво следил за Уитером, который о чем-то тихонько спорил с леди Опал. Хотя сегодня он не производил впечатления могучего человека, он оставался внешне здоровым и полным сил — и никаких признаков лихорадки, слабости, раздувающейся груди, ничего из того, что заставило лорда Когтя слечь в постель.

— Кроме того, — добавил Арлиан так, чтобы его услышал только Ворон, — узнать, что у тебя в груди растет дракон, не слишком приятно.

Драконы требовали, чтобы их тайны остались тайнами, и, возможно, могли подслушивать его даже сейчас, но Арлиан не собирался лгать Ворону о том, что они видели вчера вечером.

— Я прожил с этим кошмаром несколько месяцев, и, хотя до моего конца еще много веков, можешь мне поверить, облегчения я не испытываю. А Уитер понимает, что у него почти не осталось времени.

— Все умирают, — заметил Ворон. — Кое-кто из вас забыл эту простую истину, и о ней напомнили. А что касается дракона… Разве так уж важно, как ты умрешь, когда придет твой час?

— Очень важно, — ответил Арлиан, продолжая наблюдать за Уитером.

— Дракона сразу убьют.

— Не думаю, что это имеет значение. Уитера беспокоит не столько сам дракон, сколько где он находится.

Ворон несколько минут молча наблюдал за могильщиками, а потом заявил:

— Я предпочитаю думать о результате. Труп — это всего лишь труп, а если кровь на короткое мгновение приняла форму дракона, что с того? Впрочем, мне не раз говорили, что я толстокожий.

— А мне часто говорят, что я спятил, — фыркнув, ответил Арлиан. — Но еще никто не сказал, что я лишен утонченности. Той зимой в Вестгарде Конфетка и Роза прекрасно меня выучили.

Уитер отвернулся от леди Опал и зашагал прочь от могилы, но его подруга не отставала, продолжая о чем-то спорить. Арлиан увидел, что Уитер обошел могилу и направляется к нему. Леди Опал и Горн упорно шагали за ним.

— Милорд, — кивнул ему Арлиан, когда Уитер подошел поближе.

— Обсидиан, — проговорил лорд Уитер. — Я хочу попросить вас об одолжении, и на сей раз, думаю, вы мне не откажете.

— Я всегда рад вам услужить, милорд, если, конечно, ваша просьба не идет вразрез с моими убеждениями, — стараясь соблюдать вежливость, ответил Арлиан.

— Можете не волноваться, — сказал Уитер. — Я благодарю вас, мой мальчик, за то, что вы отказали в моей просьбе раньше и спасли леди Марасу от ужасного конца, к которому я по незнанию чуть было ее не приговорил. Жаль, что вы не смогли таким же образом защитить меня много веков назад.

Арлиан в ответ поклонился.

— Впрочем, вы могли бы мне сказать, в чем дело.

Арлиан задумался.

Драконы хотели, чтобы он солгал, чтобы сказал, что леди Опал права и Уитер видел всего лишь иллюзию. Если он не выполнит их волю и они об этом узнают, начнется война. Чудовища покинут свои пещеры и попытаются уничтожить всех, кому стал известен их секрет.

Может быть, они слышат его разговор с лордом Уитером? Арлиан не знал, что известно драконам и каким образом они узнают новости; смерть Когтя не была для них секретом, но в состоянии ли они услышать все, что говорит обладатель сердца дракона?

Впрочем, не могут же они постоянно их слушать. Иначе Энзиту вряд ли удалось бы прожить так долго, да и изучать качества обсидиана ему никто не позволил бы. А еще он не смог бы придумать колдовское зелье, которое отсрочило его смерть на несколько лет.

Уитер молча ждал ответа Арлиана.

— Говоря по правде, милорд, я сомневался, что вы мне поверите, — сказал он.

В этот момент к ним подошла леди Опал и сердито заявила:

— Я и сейчас вам не верю! Одна сплошная ложь и хитроумные уловки. Всем известно, что у вас в доме живут волшебники из Аритейна.

— Не обращайте на нее внимания, — заявил Уитер, не поворачивая головы. — Она расстроена и сама не понимает, что говорит. Возможно, вы правы, и я действительно вам не поверил бы — теперь мы никогда этого не узнаем. Ладно, что сделано, то сделано. Я был бы вам чрезвычайно признателен, Обсидиан, если бы вы навестили меня сегодня вечером и прихватили с собой парочку обсидиановых ножей и копий — я хочу купить у вас несколько штук.

Арлиан посмотрел на леди Опал, которая с трудом сдерживала ярость, но понимала, что спорить сейчас с Уитером бесполезно. Горн, стоявший у нее за спиной, сохранял полнейшее хладнокровие.

Еще не поздно солгать, сказать Уитеру, что случившееся просто хитроумный трюк. Даже если драконы их сейчас не слушают, они все равно узнают, что в руки к Уитеру попало оружие из обсидиана.

Однако Уитер ни секунды не сомневался в том, что видел; может быть, потому, что уже чувствовал чудовище, живущее внутри него. И тем не менее Арлиан понимал, что сумел бы убедить его в обратном…

Но он считал, что не имеет права лгать этому человеку.

Кроме того, Уитер может стать могущественным союзником в борьбе с драконами. Теперь он самый старший член Общества Дракона, а следовательно, пользуется определенным авторитетом. С его помощью Арлиану, возможно, удастся убедить остальных обладателей сердца дракона вступить в борьбу с чудовищами.

Арлиан знал, что избежать сражения не удастся. Он не мог сдерживать себя вечно, поскольку в отличие от Энзита не обладал терпением и холодным расчетливым приятием ситуации. Кроме того, Энзит не давал слова отомстить драконам за причиненное ими зло.

Если он солжет Уитеру и всем остальным сейчас, кто поверит ему потом?

Однако он еще не готов вступить в открытую войну с драконами.

Но будет ли он вообще когда-либо готов, если сохранит тайну драконов? Предположим, он откроет ее сейчас, тогда вместо одного лорда и его людей к войне начнет готовиться целый город.

Тут Арлиану в голову пришла новая мысль. А что, если он сам погибнет? Представим себе, что драконы заявятся и убьют его, а затем всех, кто стал свидетелем смерти Когтя. Они не трогали Энзита, но он подготовился к такой возможности — например, мог спрятать где-нибудь бумаги, в которых все объясняется.

Или сказал драконам, что сделал это. Интересно, могут ли они отличить правду от лжи?