Песнь Огня - Уильям Николсон

– Тот, кто придет за тобой?

– Да.

– Ты его чувствуешь?

– С тех пор, как пошел с папой продавать повозку. Как если бы кто-то тронул меня за плечо.

Брат и сестра взялись за руки и крепко стиснули пальцы, словно боялись, что их разлучат. Стало немного легче.

– Пойду поищу его.

– Нет, Бо! Не надо. – Кестрель еще сильнее сжала его руку. – Я не хочу, чтобы все кончалось!

Бомена захлестнула прохладная волна воспоминаний – воспоминаний Кестрель. Как близняшки, еще не умея говорить и ходить, сидели рядышком на полу их старой кухни в Араманте и качались одновременно. Как брат и сестра, свернувшись калачиком, спали в одной постели, ощущали одинаковые запахи, видели одинаковые сны. Как они в первый раз пошли в школу – взялись за руки и не отпускали друг друга до тех пор, пока не вышли. Как лицо касается нежной кожи другого и уже не знаешь, где кончается твое лицо и начинается его.

Мое другое я.

Бомен вскочил, разрывая связь. Пока они так близки, ему ни за что не решиться, а идти все равно надо. Да, сестре больно, больно ему самому – но ведь для этого он и появился на свет!

– Я должен найти его, Кесс.

Не дожидаясь ответа, Бомен кинулся прочь.

Несмотря на поздний час, рынок, ярко освещенный факелами и кострами, по-прежнему кишел людьми. Лавки закрылись; однако недостатка в торговцах иного рода не было. Забравшись повыше – на ящик, табурет, лестницу, – они зычно предлагали свои товары толпе.

– Эй, парень! Да, ты!

Один из них направил палец на Бомена.

– Ты растерян? Смущен? Не понимаешь половины из того, что тебе говорят?

Бомен замер: а вдруг в этих словах тайное послание, специально для него?

– Радуйся! – вскричал воодушевленный проповедник. – Приходит время глупцов! Глупцы унаследуют землю!

Бомен пошел дальше и попался на глаза другому оратору. Тот тоже решил завладеть его вниманием.

– Любовь! Любовь! Радости любви! – пробасил оратор, указывая прямо на юношу. – Эй, парень! Я тебя знаю! Ты один! Ты мужчина, которому нужна женщина! А в этом шатре женщины, которым нужен мужчина! Долой одиночество! Скоро конец света! Продавай все пожитки и насладись радостями любви!

Бомен посмотрел на очумелую, толкающуюся толпу: тот, кто за ним пришел, вряд ли ждет здесь. Юноша покинул рынок и зашагал вдоль тихого берега реки. Река была широкой и быстрой. Темная вода огибала причалы, и привязанные лодки стукались друг о друга. В небе взошла луна и осветила горные вершины. Тяжелое будет восхождение, подумал Бомен, хотя путь и недалекий. Правда, ему в горы идти не придется. Разговоры о конце света еще больше убедили Бомена: скоро он станет Певцом и его путешествие завершится.

Пусть они живут в покое, зная о пламени. Им предстоит потерять все и все обрести.

Бомен повернул назад, к мигающим огонькам деревни. Навстречу по берегу двигалась фигура в плаще с капюшоном.

Сердце Бомена сильно забилось, он ускорил шаги. Лицо незнакомца было невозможно рассмотреть: и костры, и луна светили сзади. Подойдя ближе, Бомен остановился, а незнакомец пошел на него.

– Восемьдесят крон! – взвизгнул смутно знакомый женский голос – Грабеж! Не позволю!

Бомен никак не мог оправиться от изумления. Женщина сбросила капюшон, и юноша увидел ее злое лицо.

– И не крути головой! Тут нет никого, кроме тебя и меня! Я пришла за своими деньгами! Я знала, что мой муж дурак, но не такой же!

Наконец до Бомена дошло: это жена торговца повозками! Женщина угрожающе протянула руку.

– Забирай свою паршивую повозку и отдай мне мои восемьдесят крон, а не то я спущу собак. Восемьдесят крон! Я тебе что, мамочка?

– Деньги не со мной, – ответил Бомен. – И цена была справедливая.

Бомен пошел через деревню к стоянке, сердитый и расстроенный. Искал свою судьбу – а нашел сварливую торговку. Та, крича, побежала за ним.

– Вор! Отдай деньги!

– Иди домой, женщина! За повозку ты свое получишь.

– Это ты свое получишь!

Торговка вставила пальцы в рот и пронзительно свистнула. От неожиданности Бомен чуть не наткнулся на маленького круглолицего человека, который шел навстречу.

– Простите, пожалуйста, – сказал Бомен, шагнув в сторону.

Откуда ни возьмись появились два огромных пса.

– Взять его, Клык! Ату, Рвач! – закричала женщина. – Вор! Вор!

Бомен замер и собрал всю мысленную силу, чтобы защититься. Оскаленные псы бросились на него с низким и злобным рычанием – и круто свернули в сторону. Они подбежали к маленькому человеку и, шумно дыша, легли кверху лапами, а тот стал почесывать им животы.

Жену торговца чуть не хватил удар.

– Клык! Рвач!

Собаки валялись на снегу, высунув языки от удовольствия. Бомен присмотрелся к неожиданному союзнику.

– Кто ты?

– А кем бы ты хотел меня видеть? – отозвался он. Торговка подбежала к собакам и осыпала их пинками и побоями.

– Встань, Клык! Встань, Рвач! Что ты с ними сделал? Ты… ты… животное! – завопила она.

Маленький круглый человечек молча поднял глаза. Каким-то непостижимым образом он стал старше, хотя вроде бы ничего не изменилось. Низким ласковым голосом человечек спросил:

– Мадам, чего вы от меня хотите?

– А!.. А!.. – прокаркала жена торговца, дрожа и заливаясь краской.

– Успокойтесь. Не волнуйтесь. Все хорошо…

Он протянул руку и коснулся ее щеки. Потом обратился к Бомену обычным, довольно высоким голосом:

– Пойдем?

Жена торговца молчала, не сводя глаз со странного существа, которое до нее дотронулось. Бомен понял: этот странный ласковый незнакомец и есть тот, кого он ждал.

– Тебя послали Певцы?

– Конечно.

– Мы уходим сегодня?

– Сейчас. Времени в обрез.

– Можно попрощаться?

– Разумеется. А потом – в путь.

Незнакомец тихо добавил себе под нос:

– Прыгай, Попрыгунчик…

Бомен и Попрыгунчик молча пошли к стоянке мантхов. В голове юноши метались десятки бессвязных мыслей. Великий миг настал – а где величие? И где уверенность в том, что он настал? За ним пришел какой-то прыгучий толстячок. Даже одноглазый отшельник, который приходил к нему в Доминате, выглядел внушительнее! Голос незнакомца ломается, как у подростка, – это вообще он или она?

У самой стоянки Бомен сказал:

– Жди здесь. Я скоро вернусь.

На самом деле Бо стыдился своего провожатого. В такой печальный момент, когда он будет прощаться с близкими, смешной круглолицый спутник только все испортит.