Орлеан - Лия Стеффи

– И поэтому ты слил последние деньги на кучу ненужных анализов?

– Лунна Ариас, пройдите, пожалуйста, – послышался голос доктора из кабинета.

– Пошли! – Арон взял сестру за руку и потащил за собой.

Они сели напротив доктора и внимательно наблюдали, как тот пересматривает бумажки.

– Пожалуйста, скажите ему, что у меня понижен чертов гемоглобин! Арон уже все нервы мне вытрепал.

Мужчина отложил бумаги и как-то встревоженно взглянул на молодых людей.

– Мисс Ариас, мы назначили вам столько анализов, чтобы поставить точный диагноз и ни в коем случае не ошибиться. Скажите, со зрением не произошло никаких изменений?

Девушка напряглась.

– Эм… сложно сказать. Но скорее да, чем нет. Недавно в магазине я не могла разглядеть буквы на ценнике, хотя раньше хорошо их видела. Но я не придала этому значения.

– Стоило сказать нам, Лунна. – Он перевел серьезный взгляд на Арона, сердце которого колотилось, как сумасшедшее. – Простите за прямоту, но будет лучше, если я скажу как есть. У Лунны рак. Рак головного мозга с метастазами, которые начали распространяться и, скорее всего, ударят по зрению.

Одна секунда. Несколько слов. Мир будто бы рухнул. Арон в упор смотрел на врача, но не понимал ни слова. Ему внезапно показалось, что он очутился в ночном кошмаре! Что все это просто плохой сон! Он повернулся к сестре, но она даже не шевелилась. Так и сидела с невозмутимым выражением лица.

– Но ведь лечение есть? Это же лечится, верно? – наконец очнулся парень.

– Лунна, я понимаю, что вам сейчас тяжело все это слушать, не могли бы вы подождать в коридоре? Вам принесут воды. Не нервничайте, все будет хорошо! А мы пока поговорим с вашим братом.

Девушка кивнула и поспешно вышла из кабинета.

Арон продолжал с надеждой смотреть на доктора.

– Арон, рак головного мозга не лечится. Тем более, у нее уже не начальная стадия. Если бы вы обратились раньше… возможно, мы бы попытались что-то сделать… Безусловно, мы назначим лечение, которое продлит ей жизнь и, будем надеяться, позволит сохранить ее зрение. Но на моей памяти на такой стадии не вылечился еще ни один человек.

Слова доктора эхом зазвучали в ушах Арона. Легкие сдавило, сжало, и он… заплакал. Как мальчишка. Как беспомощный ребенок. Он схватился руками за голову и тяжело задышал.

– Арон, мне очень жаль.

– Нет. – Парень встал со стула и презрительно прищурился. – Мы вылечим ее. Я найду деньги. Сколько вам нужно? Назовите любую цену! Ее можно вылечить! Я ее вылечу!

– Здоровье за деньги не купишь. Есть болезни, от которых не спасет никакая сумма, и это нужно просто принять.

– Принять? – взорвался парень и шагнул вперед. – Да у меня больше никого нет! Ей всего восемнадцать! Вы понимаете? Над ней полжизни издевались родители-наркоманы, а я не мог помочь, потому что эти уроды засунули меня в психушку, в которой я пробыл три года! Я считал секунды, чтобы вернуться и забрать ее! Ее избивали, ее заставляли курить, пить, к ней приставали пьяные отморозки! Она голодала, ходила в рваной одежде в школу и терпела унижения от избалованных, испорченных подростков! И вы хотите сказать, что после всего этого она ослепнет и умрет в мучениях от рака? Что лечения не существует? А не пойти ли вам к черту! – Арон вылетел из кабинета и со всей силы хлопнул дверью.

По пустому коридору университета неспешно шагала Мэрибель с бургером в руках. Она не накрасилась утром, натянула белую толстовку, спортивные штаны и массивные кроссы в тон. Пряди растрепанных светлых волос выбивались из-под капюшона. Неожиданно она увидела Арона, сидящего на полу с закрытыми глазами. Его трясло.

– Арон? Что с тобой? – Девушка отбросила бургер, рухнула рядом с ним на колени и со всей силы ухватилась за его плечи. – Эй, Арон!

Молодой человек открыл глаза и почувствовал облегчение. На щеках застыли дорожки от слез.

– Господи, что это было? – испуганно залепетала Мэр. – Ты в порядке?

– Ага, все нормально. Спасибо. – Арон вытер рукавом лицо. – Не рассказывай никому, что видела меня здесь, ладно?

Он хотел было встать, но девушка остановила его.

– Если тебе нужна помощь, скажи. Я же вижу, у тебя что-то случилось.

– Прошлое со мной случилось. Ничего катастрофичного.

– Ладно, не хочешь – не рассказывай! Может, будешь? – Она протянула ему еще один бургер, припрятанный в сумочке.

Парень слегка поморщился, и девушка закатила глаза.

– Можем сходить в кафе, если хочешь. Закажешь что-нибудь другое.

– Ты же не пропускаешь пары. – Арон поднялся с пола, и она последовала за ним.

– Плевать.

Блондинка равнодушно откусила большой кусок и начала жевать его с набитыми щеками.

– У тебя все нормально? Если честно, выглядишь не очень.

– Да что такое?! – громко взвыла Мэри, и из ее рта вылетел кусочек помидора прямо на Арона. – Ой, прости! – Она смахнула его с кофты парня. – Почему все так одеваются, и им слова никто не скажет! Та же Ария! Но как только я начала носить подобные вещи, все спешат сообщит мне, что я плохо выгляжу!

– Ты красивая, Мэри. Просто все привыкли видеть тебя еще более красивой. Ты же одна из самых привлекательных девчонок в универе. Вечно накрашена. Вечно в платьях и на каблуках. Выглядишь в обычные дни лучше, чем некоторые в праздничные.

Она расплылась в довольной улыбке, посмотрев на Арона.

– Не ожидала, что ты замечаешь подобное.

– Парни замечают куда больше, чем ты думаешь. Но ты мне не нравишься, сразу говорю. Не в том смысле. Ну, ты поняла. – Он усмехнулся и слегка потрепал ее по голове. – Зато на тебя пускает слюни большинство студентов «Ра-Энтальян», так что будь собой и забей на те невзаимные чувства, которые тебя так тревожат.

– А ты откуда знаешь?

– Я много чего знаю. Я пойду, а ты сними эти вещи и отдай их Ари. Ее привычней видеть в подобных балахонах. Носи свои платья и покоряй всех. – Парень подмигнул ей и хотел было уйти, но Мэри крепко обняла его.

Брюнет закатил глаза, но все-таки с неохотой обнял ее в ответ.

– Ну, все, хватит. – Арон попытался отстраниться, но она бойко вцепилась в его плечи.

– Не порть момент! Я действительно благодарна тебе. Никогда бы не подумала, что ты способен сказать нечто подобное. Тебе, кстати, очень идет новая стрижка. И еще… – Она задумчиво посмотрела в его оранжево-карие глаза. – Прошлое на то и прошлое, чтобы отпустить его. Там много боли. Много ошибок. Но именно оно сделало нас теми, кем мы являемся сейчас. А сейчас ты хороший человек… Немного противный порой, но хороший. Помни это.