Недостойная - Анна Шнайдер

— Конечно, иди.

Гулко хлопнула дверь библиотеки, и они с Эн вновь остались вдвоём.

* * *

Я уже была в общежитии, когда меня вызвал ректор. Арчибальд довёз и, галантно поцеловав руку, позволил мне покинуть магмобиль.

Настроение было на редкость приподнятым, хотелось смеяться и танцевать. Давно со мной такого не случалось…

Но после того как я поговорила с Арманиусом, всё изменилось. И потом, когда я взяла у него кровь и убедилась, что анализы в норме, где-то на краю сознания появилась мысль, которую я поначалу даже не могла толком сформулировать.

Помог ректор. Как только Агрирус ушёл, он спросил меня:

— У тебя всё в порядке, Эн? Ты… — Он запнулся. — Немного странная.

Точно. Я странная. И я сама это чувствовала.

— Всё в порядке. А в чём выражается эта странность? Поворачивайтесь лицом ко мне, я закончила.

Арманиус перевернулся и продолжил:

— Ты как будто была пьяной, Эн.

И тут меня словно по голове чем-то стукнуло.

Пьяной… Но Арчибальд сказал, что от этого вина не пьянеют. Значит…

— Архимагистр… а вы разбираетесь в винах?

Он удивлённо поднял брови.

— Ну, я не эксперт, но в принципе могу что-то подсказать.

— Вы знаете такое вино… «Лунный свет»?

Брови поползли выше.

— Знаю.

— Расскажите мне про него.

— Это одно из самых дорогих вин Альганны, Эн. — Удивление исчезло, сменившись пониманием. — Оно не пьянит так, как обычное. Лишь слегка расслабляет и даёт ощущение радости, эйфории, праздника. При этом не туманит мозг, не вызывает привыкания, не заставляет совершать безумства. Просто чуть уменьшает внутренние запреты.

Что ж, всё ясно. Ох, ваше высочество…

И вот вроде бы понимаю его. Но противно.

— Ты не знала, да?

Догадливый. И наверное, можно было ответить… Но я молчала.

— Конечно, не знала, как ты могла знать… Эн, я не оправдываю Арчибальда, но…

— Вот и не оправдывайте! — сказала я, пожалуй, слишком резко. — Что сделано, то сделано.

— Послушай меня, — голос Арманиуса стал раздражённым, — не преувеличивай значение «Лунного света». Это не веселун-трава, от которой море по колено и огонь не страшен. Ты просто стала чуть легче относиться к происходящим событиям, но никогда в жизни под влиянием этого вина ты не сделала бы ничего противоречащего своей природе.

— Я понимаю. — Я вскочила с дивана и бросила в сумку анализатор*. (*Пластинка, при помощи которой Эн смотрела анализ крови у Арманиуса.) Демоны тебя побери, Эн, аккуратнее! — И не хочу больше это обсуждать. Лучше покажите мне метку.

Когда я вновь повернулась лицом к ректору, он уже закатывал рукав. И я, подойдя ближе, осторожно взяла его кисть, вглядываясь в чёрный рисунок на запястье.

Точнее, в тёмно-серый…

— С тех пор, как вы потеряли дар, она меняла свой цвет?

— Нет. Чуть побледнела только, вот до этого самого состояния, и с тех пор практически неизменна.

— Надо следить за ней, — я закусила губу. — Думаю, скоро она станет ярче. Но то, что у вас получилось воспользоваться родовой магией со сломанным контуром — это какое-то чудо. Ладно, — я отпустила руку ректора и вновь отвернулась к сумке, — я побегу. Вернусь через три часа, снова возьму у вас кровь.

— Через три часа будет глубокая ночь, — недовольство в голосе Арманиуса можно было не только слышать, но и осязать, и даже обонять. — Не выдумывай и оставайся.

В принципе, разумно. И…

Я мстительно прищурилась.

За мной ведь наверняка следят. Интересно, знают ли мои охранники, что я перенеслась к ректору прямо из своей комнаты в общежитии? Наверное, нет. Или в комнате тоже следилка?

Вот и проверим.

— Хорошо, архимагистр, я останусь.

Арманиус вздохнул с таким облегчением, что я не удержалась от улыбки.