Голубая луна - Лорел Гамильтон

– Не смей больше даже пальцем меня коснуться! – заявила она.

– А ты веди себя, как мать Ричарда, а не как его оскорбленная подружка, и я не буду.

– Да как ты смеешь! – воскликнула она и двинулась ко мне. Я отступила. Не хотела я драться на парковке бара с матерью Ричарда.

– Если кому и стоило выбить дурь из Мисс Крашенной Блондинки, так это мне.

Это ее остановило. Она встала прямее и посмотрела на меня. Я почти увидела, как к ней возвращается здравомыслие.

– Но ты же с ним больше не встречаешься. К чему тебе это?

– Вопрос на шестьдесят четыре тысячи, да? – ответила я.

Шарлотта неожиданно улыбнулась.

– Так я и знала, что ты не смогла устоять перед моим мальчиком. Еще ни у кого не получалось.

– Если он так и будет встречаться со всем, что попадается на вид, то может, и получится.

– Я даже поверить не могу, что он встречался с этой дрянью, – нахмурилась она.

Обернувшись, мы увидели, что к нам идет Ричард. Выражение на наших лицах было примерно одинаковое. Мы не одобряли его выбор в лице миз Шаффер – совсем не одобряли.

Так что первыми ее словами были:

– Поверить не могу, что ты встречался с этой женщиной. Она же шлюха!

Ричард выглядел еще более смущенным, чем передо мной.

– Знаю я, кто она такая.

– И ты занимался с ней сексом?

– Мама!

– И не мамкай мне тут, Ричард Аларик Зееман!

– Аларик, – хихикнула я.

Ричард наградил меня хмурым взглядом, и снова повернулся к матери.

– Нет, я никогда не спал с Бетти.

Он хотел сказать, что непосредственно полового акта у них не было. Но Шарлотта, как и я, поняла, что между ними не было вообще никакого секса. Я вспомнила, что Джамиль говорил об альтернативах, но осталась безмолвна. Шарлотту расстраивать не хотелось, да и я сама не хотела об этом знать.

– Ну, хоть капля здравого смысла, – сказала Шарлотта.

Она подошла к нему и разгладила футболку у него на груди, потом наклонила голову, и я вдруг поняла, что она плачет.

Я бы меньше удивилась, если бы она его ударила.

Лицо Ричарда расслабилось, превратившись в набор беспомощных линий. Он посмотрел на меня, словно прося поддержки, но я отступила. И покачала головой. В деле утешения плачущих женщин я была не лучше него, даже, возможно, хуже.

Он обнял и прижал ее к себе. Я услышала, как она пробормотала:

– Я так волновалась, когда ты попал в эту ужасную тюрьму.

Я отошла за предел слышимости, и Дэниел присоединился ко мне. Он тоже не стремился помочь Ричарду. Правда, Шарлотте не нужно было плакать, чтобы лишить мужества Дэниела.

– Спасибо, Анита, – сказал он.

Я посмотрела на него. На Дэниеле была красная майка – близнец одной из Ричардовых. Судя по всему, это она и была. Он казался загорелым, красивым и очень взрослым.

– И почему вы такие уверенные во всем, кроме тех случаев, когда дело касается ваших родителей?

Он пожал плечами.

– Разве не у всех так?

– Нет, – покачала я головой.

К нам подошел Джейсон.

– Не-а, – поддержал он меня и рассмеялся. – Конечно, моя мамочка не стала бы бросаться в драку в баре, что бы я ни натворил. Слишком уж она… благопристойная.

– Благопристойная, – повторила я.

– У моего последнего соседа был календарь “По слову в день”, – сказал Джейсон.

– Ты опять баловался чтением, – улыбнулась я.

Он смущенно повесил голову, потом искоса посмотрел на меня и ухмыльнулся. От такого сочетания показного стыда и откровенной хитрости я рассмеялась.

– Не могу же я двадцать четыре часа в сутки отдавать кровь и заниматься сексом. А телевизора в Цирке Проклятых нет.

– А если бы был? – поинтересовалась я.

– Я бы все равно читал, но ты никому не говори.

Я обхватила его за плечи.

– Твой секрет умрет вместе со мной.

Дэниел сделал то же – но с другой стороны и важно подтвердил:

– Ни словечком не обмолвимся.

Так мы в обнимку и направились к джипу.

– Вот если бы посередине была Анита, это было бы совсем замечательно, – заметил Джейсон.

Дэниел запнулся и посмотрел на Джейсона, а я отстранилась от них обоих.

– Просто не знаешь, где остановиться, да, Джейсон?

– Ага, – согласно покивал он.

К нам шел Ричард. Он отослал Дэниела к матери, и тот не стал спорить с приказом. Джейсона Ричард послал к машине, и Джейсон тоже спорить не стал. Я смотрела в его неожиданно серьезное лицо и размышляла, какой приказ припасен для меня, и готова была держать пари, что спорить я стану наверняка.

– Ну, как? – спросила я.

– Мне нужно поехать с Дэниелом и мамой, чтобы она успокоилась.

– Чувствую, будет “но”, – сказала я с сомнением.

Он улыбнулся.

– Но сегодня будет церемония встречи моей лупы. Перед тем, как две стаи разделят полнолуние, по обычаю их необходимо формально представить.

– Что значит, формально? – переспросила я. – Формально я не из стаи.

Его улыбка засветилась, превращаясь в мамину. В ней тоже была хорошая доля здорового веселья. Похоже, это заразно.

– Я имел в виду не такие формальности. Формальность в том, что есть определенные ритуалы, которые необходимо провести.

– Ритуалы? Это какие? – спросила я подозрительно.

Неожиданно он меня обнял. Объятие было не чувственным, как у любовников, а просто из разряда “как же я рад тебя видеть”.

– Я соскучился, Анита.

Я выбралась из его рук.

– В ответ на мой подозрительный вопрос ты меня обнимаешь и говоришь, как соскучился. Чего-то я не понимаю, Ричард.

– А я люблю тебя всю, Анита, даже самые подозрительные части.

Я покачала головой.

– Давай-ка к делу, Ричард. Что еще за ритуалы?

Улыбка померкла, а веселье начало испаряться из его глаз. Он вдруг показался печальным, и мне захотелось, чтобы все вернулось в прежнее состояние, чтобы он снова мне улыбнулся. Но я не стала ничего предпринимать. Мы больше не вместе, а он встречается с маленькой Мисс Шаффер, ковбойской потаскушкой. Этого я понять не могла. Она поставила меня в тупик даже больше, чем Люси.

– Мне нужно немного побыть с мамой. Джамиль и Шанг-Да объяснят тебе, что ты должна делать этой ночью как моя лупа.