Чарослов - Блейк Чарлтон

«Сыны Эджинду приветствуют своего брата в изгнании. Мы боялись, что он нас отверг. С тех пор как произошло нападение на Триллинон, и ужасный пожар поглотил город, Астрофел пребывает в хаосе.

Мы с радостью принимаем информацию, предложенную нашим братом в изгнании. Мы не знаем, связаны ли события в Звездной академии с пророчествами Эразмуса. Слабо верится, что Никодимус Марка — Альцион. Однако мы охотно поделимся ответами и окажем посильную помощь.

ОТВЕТ: Насколько мы знаем, ни одна из известных нам фракций не желает причинить зло нашему брату или его ученикам.

ОТВЕТ: Нам неизвестно, кто мог подкупить или убить мг. Нору Финн. Мы ничего не знаем о возрождении Праязыка.

ОТВЕТ: Нам мало что известно о мг. Амади Океке, помимо того, что она тайно присягнула на верность фракции антипророчества.

ОТВЕТ: В обмен на публичную клятву верности Братству мы готовы предоставить ему в распоряжение всех наших конструктов в Звездной крепости; однако в настоящее время нам бы не хотелось рисковать кем-то из немногих сторонников Братства среди чарословов Звездной академии, отдавая их для служения делу нашего брата.

Мы надеемся, столь щедрая поддержка убедит нашего брата вновь присоединиться к Сынам в борьбе за объединенный и мирный Орден Нуминуса».

Шеннон шумно, с облегчением, выдохнул. Этот ответ на его послание, отправленное ранее тем же утром, ничуть его не разочаровал. Он узнал все, что хотел, и даже немного больше. Он порвал руны на мелкие кусочки и принялся обдумывать полученную информацию.

Сыны всегда были в курсе политики академий. Если уж они ничего не знают о заговоре против Шеннона, можно не сомневаться: никакого заговора и нет. Прибавьте сюда их неосведомленность в вопросе о том, кто мог подкупить и убить Нору Финн, — и получите достоверное доказательство, что встреченное Шенноном создание никак не связано с академией.

Его куда сильнее встревожило другое — принадлежность Амади к фракции антипророчества. В отличие от прочих волшебников стражникам запрещалось лезть в политику. Впрочем, подобные запреты не мешали многим представителям стражи тайно преследовать интересы той или иной фракции.

Что важнее, политические пристрастия Амади объясняли, почему ректор — сторонник фракции антипророчества — поручил ей вести расследование. Стал понятен ее интерес к шраму в форме руны «несоединимое» и к мыслям ректора по этому поводу. К тому же Амади спрашивала что-то про хаос, возникающий вокруг Нико. Вероятно, она подозревала, что Нико не Зимородок, а Буревестник — вестник хаоса, который, согласно антипророчеству, должен выступить против Зимородка.

— Магистр, каков ваш ответ? — прокаркала горгулья с мордочкой летучей мыши.

Шеннон вздрогнул; он совсем забыл о предложенной Сынами помощи.

— Ты прочла послание?

Горгулья наморщила носик.

— Прочла, в соответствии с намерением автора.

— Я тебя не обвиняю, горгулья, просто мне нужны кое-какие ответы. Сколько местных конструктов подчиняется Сынам? Комплювий пока под их контролем?

Горгулья подняла пухлую ладошку и почесала длинное, как у летучей мыши, ухо.

— Эта часть крыши по-прежнему наша. А еще нам принадлежат две лорнские башни и пять остроземских. В распоряжении Братства находятся пятьдесят четыре легких и средних горгульи, двенадцать боевых тяжеловесов — из них только два стремительных. Также имеется трое конструктов-охранников.

Шеннон задумчиво почесал шею Азуры и обдумал услышанное.

— Мне понадобятся обе стремительные боевые горгульи — нужно разместить их в комплювии. Также потребуется достаточное количество средних горгулий — составим из них лжелестницу.

Горгулья с мордочкой летучей мыши почесала другое ухо.

— С какой целью?

— Боевые тексты могут пригодиться для охраны и, возможно, для эвакуации девятерых мальчиков-какографов.

Горгулья заморгала.

— Какова их ценность?

— Это живые дети из плоти и крови! — вспылил Шеннон.

Существо с мордочкой летучей мыши пожало плечами.

— Боевых можно отредактировать прямо сейчас, но на сбор лжелестницы уйдет часа три, не меньше.

Шеннон вдохнул поглубже. Лучше б Сыны снарядили ему в помощь кого-нибудь из своих членов. Боевые горгульи, при всей их мощи, не могли заменить живых чарословов. К тому же запрашиваемая цена была чересчур высока. Публичная клятва верности Сынам поставит крест на свободе Шеннона от политики. Придется следовать курсу фракции — а значит, он снова окажется пешкой на залитой кровью доске.