Пир стервятников - Джордж Мартин

— В самом деле? — Это заинтриговало Серсею. — Хорошо. Гора твой. Делай с ним что хочешь, лишь бы за пределами темниц об этом не знали. Когда он умрет, принесешь мне его голову. Отец обещал отослать ее в Дорн. Принц Доран, несомненно, предпочел бы убить Григора сам, но всех нас в этой жизни ждут разочарования.

— Слушаюсь, ваше величество, только… — Квиберн откашлялся. — Я оснащен не столь хорошо, как Пицель. Мне понадобятся кое-какие…

— Я велю лорду Джайлсу дать тебе золота, сколько потребуется. Заодно купи себе новую одежду, а то ты словно с Блошиного Конца явился. — Она посмотрела ему в глаза, прикидывая, насколько может довериться этому человеку. — Нужно ли говорить, что тебе придется худо, если хоть слово о твоих… трудах просочится за эти стены?

— Нет нужды, ваше величество, — ободряюще улыбнулся он. — Со мной ваши тайны будут в сохранности.

Когда он ушел, Серсея сама налила себе вина и подошла к окну, глядя, как ползут по двору тени. Монета… Золото Простора. Откуда у тюремщика из Королевской Гавани такое золото, если не за помощь в убийстве лорда Тайвина?

Она никак не могла представить себе отцовское лицо без этой глупой посмертной улыбки, и дурной запах, идущий от его тела, не оставлял ее. Может, и за этим стоит Тирион? Карлик на все способен. Не мог ли он сделать Пицеля своим орудием? В свое время он отправил великого мейстера в темницу — как раз в те камеры, которыми ведал Рюген. Все нити этого дела перепутаны между собой. Верховного септона тоже назначал Тирион, вспомнилось ей, а тело отца всю ночь было на его попечении.

Дядя Киван пришел точно в срок, на закате, в стеганом угольно-черном дублете, мрачном, как и он сам. Сир Киван светлокож и светловолос, как все Ланнистеры, хотя волосы у него к пятидесяти пяти годам почти все выпали. Красавцем он никогда не слыл — мешковатый, узкоплечий, квадратный подбородок, плохо прикрытый желтой бородкой, выдается вперед. Ни дать ни взять старый сторожевой пес, но верный сторож — именно то, что ей сейчас нужно.

Они скромно поужинали кровавым мясом и свеклой, запив еду красным дорнийским вином. Сир Киван говорил мало и почти не притрагивался к винной чаше. Мрачные думы ему во вред, решила Серсея. Надо задать ему работу, чтобы помочь пережить горе.

Так она и сказала ему, когда слуги убрали со стола и вышли.

— Я знаю, как полагался на тебя отец, дядя, и намерена пойти по его стопам.

— Тебе нужен десница, а Джейме отказывается. Он говорит без обиняков — тем лучше.

— Да, Джейме… Смерть отца так меня потрясла, что я едва помню, какие слова говорила. Джейме отважен, но, откровенно говоря, глуповат. Томмену нужен человек, умудренный опытом, старше годами…

— Мейс Тирелл старше.

— Ни за что. — Серсея, раздув ноздри, откинула прядь со лба. — Уж очень они загребущие, эти Тиреллы.

— Ты поступила бы глупо, сделав Мейса своим десницей, — признал сир Киван, — но еще глупее делать его своим врагом. Я слышал, что произошло в Чертоге Лампад. Мейс оплошал, вздумав обсуждать такие дела прилюдно, но и ты совершила промах, осрамив его перед половиной двора.

— Лучше уж так, чем терпеть в совете еще одного Тирелла. — Дядин упрек привел Серсею в раздражение. — Росби вполне пригоден быть мастером над монетой. Ты видел, какие у него лошади, видел его резные носилки с шелковыми занавесками. Его лошади одеты роскошнее многих рыцарей. Такой богач должен изыскивать золото без труда. Что до десницы, то кто же лучше завершит дело отца, чем его брат, заседавший с ним вместе в совете?

— Каждому нужен кто-то, кому можно довериться. У Тайвина были я и твоя покойная мать.

— Он очень ее любил. — Серсея запрещала себе думать о мертвой шлюхе в отцовской постели. — Я знаю, теперь они вместе.

— Я молюсь об этом. — Дядя пристально посмотрел на нее и сказал: — Ты многого у меня просишь, Серсея.

— Не больше, чем мой отец.

— Я устал. — Киван взял чашу с вином и отпил глоток. — Жены я не видел уже два года, один мой сын погиб, другой собирается жениться и вступить в права лорда. Надо отстроить замок Дарри, наладить оборону его земель, распахать и засеять заново сожженные поля. Лансель нуждается в моей помощи.

— И Томмен тоже. — Серсея не думала, что придется его уговаривать. С отцом он никогда не ломался. — И королевство.

— Да, королевство. И дом Ланнистеров. — Он сделал еще глоток. — Хорошо. Я останусь и послужу его величеству…

— Вот и отлично, — начала было Серсея, но сир Киван повысил голос.

— В том случае, если ты назначишь меня не только десницей, но и регентом, а сама уедешь в Бобровый Утес.

Долю мгновения она молча смотрела на него, а затем напомнила:

— Королева-регентша — я.

— Ты была ею. Тайвин не намеревался оставлять тебя в этой роли. Он говорил мне, что хочет отправить тебя в Утес и найти тебе нового мужа.

— Он и мне говорил об этом, — в приливе гнева признала Серсея. — Но я ответила, что не желаю снова выходить замуж.

— Если ты настроена против замужества, я не стану тебя принуждать, — невозмутимо произнес дядя. — Что до отъезда, то ты теперь леди Бобрового Утеса. Твое место там, а не здесь.

«Как ты смеешь?» — хотелось завизжать ей, но она сдержалась и ответила:

— Помимо этого я остаюсь регентшей, и место мое — рядом с сыном.

— Твой отец думал иначе.

— Отца больше нет.

— К прискорбию моему и всего королевства. Открой глаза, Серсея. Страна превратилась в руины. Тайвин мог бы поправить дела, но…

— Их буду поправлять я! — И она добавила более мягко: — С твоей помощью, дядя. Если ты будешь служить мне столь же верно, как и отцу…

— Ты не твой отец. А своим полноправным наследником Тайвин всегда считал Джейме.

— Джейме дал обет! Он не умеет думать, смеется над всем на свете и говорит вслух все, что только придет ему в голову. Безмозглый красавчик, вот он кто.

— Однако десницей первым делом ты хотела выбрать его. Кто же после этого ты, Серсея?

— Говорю же тебе, я голову потеряла от горя, я не думала…

— Верно, не думала. Вот почему тебе следует вернуться в Бобровый Утес и оставить короля на попечение тех, кто думает.

— Король — мой сын! — Серсея вскочила на ноги.

— Да — и, судя по Джоффри, ты столь же негодная мать, как и правительница.

Она выплеснула остаток вина из чаши ему в лицо.

— Ваше величество, — сир Киван с достоинством поднялся из-за стола, — могу ли я удалиться? — Вино стекало у него по щекам в короткую бороду.

— По какому праву ты ставишь условия мне? Ты, простой рыцарь моего лорда-отца?

— Да, землями я не владею, но кое-какой доход у меня имеется, и золото в сундуках припрятано. Мой собственный отец никого из детей не забыл перед смертью, да и Тайвин умел награждать за хорошую службу. Я кормлю двести рыцарей и могу удвоить это число, коли будет нужда. Найдутся вольные всадники, которые встанут под мое знамя, и наемникам мне есть из чего платить. Ваше величество поступит разумно, приняв меня всерьез, — и еще разумнее, не враждуя со мной.