Ребус-фактор - Александр Громов

Обидно? Еще бы не обидно. Но где выход?

– Ты прошел стажировку на Земле, – утвердительно сказал дядя Варлам.

Я не отреагировал. Если дяде хочется подчеркивать, что дважды два – четыре, а угол падения равен углу отражения, это, конечно, его дело, но кивать я не обязан.

– Теперь тебе придется пройти еще одну стажировку, – заявил дядя.

Вот тут я заморгал.

– Какую еще стажировку? Где? И зачем?

– Боишься, что это у тебя войдет в привычку? – съязвил дядя. – Не пугайся. Считай это заданием. И знаешь… я тебе завидую.

Я налил себе еще пива из неизменного дядиного бочонка. Новость надлежало переварить, предварительно запив.

– Считаешь, что метрополии с меня недостаточно?

– Еще как недостаточно. Скажи-ка мне для начала: на Земле пиво лучше здешнего?

Я не стал кривить душой.

– Лучше.

– И вообще многое там лучше, а?

– Если не считать людей, то почти всё.

– Так, – сказал дядя. – А может, ты хотел бы перебраться жить в метрополию?

– Мне не предлагали, – ухмыльнулся я.

– Ну а если бы предложили?

– Беспредметный разговор, – сказал я. – Не предложили же. Кстати, я бы, наверное, отказался.

– Почему? Ведь там лучше?

– Потому что я твердианин.

– И что?

– А то, что этого достаточно, – потерял я терпение. – Свою родину любят не за то, что она, мол, объективно самая лучшая, а за то, что она своя. Нет?

– Да, – согласился дядя. – Ты пиво-то пей. Может, оно и не лучшее, зато свое. А теперь скажи: чем ты намерен заниматься в жизни?

– Благом Тверди, – буркнул я. Эти расспросы смахивали уже на экзамен.

– А можно чуть конкретнее?

– Ну… если не случится какой заварушки и если не получу особого задания, то пойду в инженеры. Майлз Залесски конструкторское бюро открывает, мне Боб говорил. Вообще-то я хотел бы специализироваться по ракетно-космической технике или, в крайнем случае, по установкам для гиперпереходов. Сам ведь знаешь, нет у нас ни того, ни другого. А быть должно. Конечно, не прямо завтра, а в перспективе.

– Дельно, – похвалил дядя. – А какие у тебя виды на «прямо завтра»?

– Доучусь и работать буду. – Я встрепенулся. – А что? Намечается что-то интересное?

– Намечается, намечается, – проворчал дядя. – О том у нас с тобой и разговор идет. Я понять хочу, как высоко ты ценишь свое будущее инженера. Поначалу, допустим, Боб тебе протекцию составит, потом ты сам себя проявишь – верю, проявишь! – и, может быть, со временем, выбьешься в главные инженеры какого-нибудь предприятия Майлза Залесски. Или какой-нибудь другой акулы, не суть важно. Недурная перспектива для сына фермера?

– Так себе. – На ухмылку дяди я ответил своей. Чего он тянет кота за хвост? Переходил бы сразу к делу. Похоже на то, что инженером мне не бывать, не так ли? А почему? Нет, я готов поступиться многим, даже очень многим, но пусть мне хоть намеком дадут понять, ради чего! Или я не заслужил такого доверия на низовой работе?

– Что ты знаешь о Марции? – спросил дядя.

– Одна из первых галактических колоний, – отбарабанил я. – Известна фактом боевого столкновения с неким объектом – если только это объект, – получившим условное наименование «черный корабль». Характеристики объекта определены лишь в самом первом прибли…

– Плевать на объект, – оборвал меня дядя. – Что еще тебе известно о Марции?

– М-м… боюсь, что ничего.

– Иного я и не ждал. Слушай внимательно. Несколько десятилетий назад гиперсвязь с Марцией была потеряна. Поначалу считалось, что движение звезд в Галактике развело Землю и Марцию в такие области, между которыми принципиально невозможно проложить гиперпространственный туннель… тебе лучше знать, как называется это явление…

– Гипербарьер. Но если пойти в обход через промежуточную точку…

– Помолчи. Попытки метрополии восстановить гиперсообщение с Марцией через другие колонии не увенчались успехом. Был послан туннельный звездолет – и пропал. Любопытно получается?

Дядя был прав, получалось нечто странное. Ординарные звездолеты могут нырять в естественные гиперканалы, внезапно возникающие «из ничего», исчезающие и самым прихотливым образом дрейфующие по Галактике. Она буквально пронизана гиперканалами. Существуют относительно стабильные каналы, использующиеся уже десятки лет, существуют и нестабильные, или, как их еще называют по аналогии с элементарными частицами, «виртуальные»; изредка используются и они. Безумно дорогие туннельные звездолеты сами способны генерировать перед собой виртуальные каналы и нырять в них. В этом они похожи на боты-сеятели, разве что управляются живыми мозгами, а не электронными. Да еще туннельные корабли на порядок надежнее ботов-сеятелей. Чтобы такой корабль исчез бесследно, должен произойти целый ряд маловероятных совпадений. И уж наверняка звездолет не мог разрушиться при неудачной попытке пробить канал сквозь гипербарьер. Космическая посудина просто-напросто осталась бы в обычном пространстве, даром потратив уйму энергии. Но разве это фатально?

– Звездолет мог погибнуть от чего угодно, только не от гипербарьера, – уверенно заявил я.

– Я не знаю, от чего он погиб, – сказал дядя. – Возможно, об этом догадываются в метрополии, а может, и нет. Важен факт: Марция уже давно не имеет с метрополией никакой связи, ее колонисты предоставлены сами себе. Что еще тебе известно о Марции?

Я честно попытался припомнить. Увы, из устрашающего клубка всевозможной информации, забитого в мою голову ментообучением, не потянулось даже тоненькой ниточки.

– Боюсь, что ничего.

– Марция была освоена раньше Тверди, – сказал дядя, – и природные условия там лучше. Не рай, но как раз то, что надо для успешной работы. Кстати, климат умеренных широт схож с нашим, только более влажный. Леса, очень много лесов. Невысокие старые горы – кладезь полезных ископаемых. Полноводные реки. Речные суда как средство транспорта. Почти никаких природных катаклизмов. Удобный мир. Удобнее Тверди и даже метрополии. Казалось бы, живи и радуйся. Как, по-твоему, изменилась жизнь колонистов после утраты связи с Землей?

Я поразмыслил несколько секунд.

– Ну, одичать-то за такое время они не одичали, я думаю… Но вряд ли шагнули вперед. Насколько откатились назад в технической развитии – не могу сказать, тут надо знать исходный уровень.

– Выше нашего.

– Тогда… Ну, не знаю. Может, остались на том же уровне или деградировали немного. Хотя не исключено, что продвинулись вперед – тоже совсем чуть-чуть. Так?

Не спеша с ответом, дядя погрузил в пиво усы. Он был чем-то доволен, а чем – я не мог понять. То ли я угадал, то ли осрамился.