Последняя битва - Кертис Джоблинг

– Прекратите, Мюллер, – сказал Гиппопотам. – Что вы какой обидчивый, право слово. Плюньте. Или перенесите ваш разговор с ним на другой раз.

– Правильно, правильно, – сказал Скин. – Будьте хорошим мальчиком, Мюллер, и послушайтесь генерала Джоджо. В кои-то веки он что-то дельное произнес.

– Хватит чирикать, пташка, – пророкотал Гиппопотам.

«Мюллер и Джоджо такие прихвостни Оникса, что поискать, – отметил про себя Скин. – Никогда не позволят ни себе, ни другим усомниться в мудрости и величии Пантеры. Впрочем, и обвинять их в этом не стоит. Лорд-пантера грозен и страшен, он сильнее любого верлорда и в бою, и в гневе. Джоджо… Ну, он всегда был тенью Оникса еще в Басте, следовал за ним от битвы к битве. Джоджо, конечно, законченный идиот, но в бою тоже хорош, что и говорить. Однако на одних только мускулах далеко не уедешь: чтобы добиться успеха, еще и мозги нужны. Мозги всегда необходимы, чтобы нанести решающий удар, а у Оникса, похоже, у самого крыша поехала».

– Пташка, говоришь, Джоджо? Чирикать? – сказал Скин. – И это самое сильное оскорбление, которое вы смогли для меня придумать, недалекий вы мой? Прелестно, прелестно. Непременно использую ваше выражение, когда в следующий раз мы станем обмениваться любезностями с лордом-стервятником.

Лорд-стервятник, граф Коста, слыл записным острословом, при этом не раз помогал Пантере выигрывать битвы своими неожиданными и смелыми предложениями, а сейчас Оникс отправил его на поиски сгинувшего куда-то короля Лукаса.

Если честно, Скин сильно опасался того, что может произойти, если Косте удастся найти Льва. Как ни крути, но мальчишка Лукас все еще остается королем Вестланда и лордом всего Семиземелья. Лиссия принадлежит ему, а не Ониксу, и потому, прежде чем предъявлять Льву какие-то требования, их нужно очень тщательно продумать и взвесить. Сам Скин на месте Пантеры вообще не стал бы ничего предпринимать и оставил все, как есть. В конце концов, это Лев правит Лиссией, и, если он наделает ошибок, пусть спрос за них будет только с него.

Еще одним человеком, а не верлордом, в Военном Совете был майор Крупа, уцелевший во время нападения мятежников на Редмайр. Он, по мнению Скина, был хорошим малым и отличным бойцом. В отличие от болтливого Мюллера, майор отмалчивался, не рискуя высказывать свое мнение в такой высокопоставленной компании. Рядом с ним стояла как всегда невозмутимая леди-газель Гиза и спокойно наблюдала своими огромными карими глазами за всем, что происходит вокруг. Самая рассудительная и хладнокровная из всех членов Совета, она будет молчать до тех пор, пока у нее не найдется добавить что-то действительно веское и убедительное.

– Милорды, мне кажется, что мы должны отложить принятие каких-либо решений, во всяком случае, до того, как Оба и Леон не обсудят все между собой и не придут к какому-то соглашению, – сказал лорд-буйвол Овермейр, пытаясь разрядить возникшую между членами Совета напряженность. – У меня сердце сжимается при мысли о том, что наши командиры могут вцепиться друг другу в глотку.

– Согласен, – кивнул Скин. – Должен найтись способ уговорить Пантеру и Льва сесть за стол переговоров и постараться преодолеть разногласия.

– Заставить сесть? Преодолеть разногласия? – фыркнул Джоджо. – Да за такие слова Оникс вам мозги вышибет! А его отец? Думаете, ему придется по нраву ваше предложение?

– Я считаю, что обязан по крайней мере предложить такие переговоры своему повелителю, – сказал Скин. – Мы, лорды-журавли с Заливных равнин, изначально присягали на верность Львам. Да, мы все с вами служим лордам-котам и Басту, однако некоторые союзы, такие, как наш, древнее и прочнее многих других. А пока призываю вас соблюдать осторожность и воздержаться от поспешных решений.

Овермейр кивнул и пробурчал себе под нос, что согласен.

– Мы можем сколько угодно обсуждать, каким способом можно устроить такие переговоры, но все разговоры будут бесполезны до тех пор, пока сюда не придет Оникс, – сказала наконец леди Гиза. – Так что, джентльмены, давайте сначала дождемся и узнаем, что хочет нам сказать Зверь из Баста.

– Золотые слова, миледи, – раздался из темноты голос лорда-пантеры, заставив всех вздрогнуть от неожиданности.

Все члены Совета низко поклонились Ониксу, который перешагнул через пролом в стене дома.

– Прошу прощения за опоздание, – усталым тоном сказал он. – Мне было необходимо немного подышать свежим воздухом. В лагере довольно душно, вы не находите? А ночная прогулка помогает освежить голову.

Скин взглянул за пролом, в ночную тьму, из которой возник Оникс. «Интересно, где он был?» – подумал лорд-журавль.

– Впрочем, это не важно. К делу. Насколько я понимаю, вы уже начали заседание Совета без меня.

– Приносим свои извинения, – опережая остальных, сказал Скин. – Мы просто воспользовались возможностью обсудить сложившуюся… ситуацию.

Оникс вздохнул так, словно смертельно устал от жизни.

– Из этого следует сделать вывод, что новости с нашей родины уже расползлись по лагерю?

– Расползлись, – подтвердила леди Гиза. – Союз Котов распался, это правда?

– Где и в каком положении мы сейчас находимся? – спросил барон Овермейр.

– Находимся мы сейчас здесь, в этих развалинах, – сказал Мюллер. – А положение у нас простое, нужно выигрывать эту войну и продолжать командовать армией.

– Но если альянс Котов распался, что удержит эту армию как единое целое? – спросил Скин. – Не сочтите за дерзость, милорд, но лично я вижу только один путь к решению возникшей проблемы. Верховные лорды Оба и Леон должны встретиться на нейтральной территории и решить, что делать дальше.

– Вы так думаете? – негромко спросил Оникс.

– Так точно, – ответил Скин, любуясь своим голосом, который, как ему казалось, звучал очень веско и убедительно. – Нас с вами объединяет наша любовь к Басту, милорд. Всех нас, кто приплыл сюда, в Лиссию, имея за плечами многолетний опыт общего служения своей отчизне. Да, мы родились в разных уголках нашей прекрасной родины, но все мы бастийцы, все мы братья по крови. Так было, так есть, и так будет всегда. Лично для меня не имеет никакого значения, кому именно каждый из нас присягал на верность – Пантерам, Львам или Тиграм. Наша дружба и преданность выше всех различий.

Оникс повернулся и с улыбкой протянул руку, чтобы положить ее на плечо лорда-журавля.

– Благородно и чистосердечно сказано, мой старый друг. – Он ласково пожал плечо Скина и добавил: – Нельзя не испытывать гордости, сражаясь плечом к плечу с такими храбрецами, как вы. Так вы действительно считаете, что давние дружеские связи помогут Верховным лордам преодолеть их разногласия?

– Да, безусловно, – уверенно ответил Скин. – Я убежден, что нет таких разногласий, которые нельзя было бы урегулировать мирным путем.

– Следовательно, вы готовы уговорить Леона? Найти его и усадить за один стол с моим отцом?

Скин кивнул, а леди Гиза выступила вперед и сказала: