Личный секретарь младшего принца - Вера Чиркова

Девушка почти уснула, когда услышала лошадиное ржанье, цоканье подков по камням и мужские голоса.

— Они прошли здесь больше двух часов назад, — неподалеку доложил кому-то почтительный голос, — идут напрямик на запад. Там тракт, вот карта.

— Осмотрите все, и вперед, — грубовато приказал его собеседник, — по моим расчетам, им пора найти себе место для отдыха. Кандирд прост, но неглуп, днем идти не будет.

«Потому что не может», — мысленно возразила сеньорита, стараясь не выдать себя ни единым звуком.

Принц до сих пор был в странном забытьи, и она заставляла себя думать, что это просто последствие усталости и потери крови. Сколько ее вытекло из раны, девушка не знала, но рассмотрела сквозь шнуровку на боку, как прилипла к ребрам рубаха.

— Никого нет, — доложил тот же голос, — да тут и негде укрыться.

— Вперед, — скомандовал второй, и Иллира расслышала удаляющийся стук копыт.

Несколько минут она раздумывала, стоит ли вылезти из убежища и посмотреть, сколько преследователей и во что они одеты, но так и не решилась. А вдруг кто-то именно этого и ждет? Или задержался случайно и теперь догоняет спутников? В ее живом находчивом мозгу немедленно возникло с десяток предположений, одно другого красочнее, и несколько минут девушка старалась даже не дышать, вслушиваясь в звуки окружающего мира, а потом усталость навалилась так напористо, что на какие-либо проверки просто не оказалось сил.

Проснулась Иллира от жары, жажды и тяжкой головной боли. Откинула со вспотевшего лба прилипшие локоны, потерла гудящие виски и затылок и только после этого, спохватившись, прислушалась к дыханию принца. Он по-прежнему находился в полусне-полузабытьи, но дышал ровно, и сердце размеренно билось, радуя сеньориту этой неутомимостью. Осторожно ощупав лоб принца, она убедилась, что жара у господина нет, и задумалась над своим положением. Нужно было что-то предпринять, найти воду и хоть какую-то еду, организм требовал восполнения затраченных сил. И кое-чего еще, ради чего тоже нужно было рисковать собственной безопасностью.

Некоторое время девушка осторожно изучала сквозь просветы все видимое пространство, потом тяжело вздохнула и полезла наружу.

Но выбралась из-под куста нерезко и далеко не сразу, прежде чем продвинуться еще хоть на ладонь, придирчиво разглядывала открывающийся вид. И только когда обнаружила, что никого и ничего подозрительного рядом нет, осторожно выскользнула из-под спасительных ветвей.

Вначале оглянулась на склон, с которого они скатились, и убедилась, что никто за ней оттуда не наблюдает, потом, стараясь держаться в тени кустов и камней, разведала ближайшие окрестности. И обнаружила, что вода есть, но далековато. Ниже, в долине, ярко зеленели заросли камыша и рогоза, выдавая болотце или лужу. Но идти туда без посуды было глупо, а посуды у нее не было. Ругая себя за непредусмотрительность самыми свирепыми словами, какие знала, девушка полезла назад и приступила к занятию, которое всегда считалось самым предосудительным для знатной сеньориты.

К обыску своего спутника.

И вскоре ее неблагородный труд принес несомненную пользу, на поясе принца обнаружилась маленькая серебряная фляжка с вином, а в его кошеле нашлась та стопка, из которой он пил неведомое зелье. Перевесив и кошель, и фляжку на собственный пояс, девушка выбралась наружу и направилась к болотцу, мучаясь по дороге вопросом, куда деть вино, судя по запаху, довольно крепкое. Сначала хотела просто вылить на землю, но, пока добрела до воды, передумала.

Вряд ли принц станет возить с собой простое вино и к тому же в такой маленькой фляжке. Значит, нужно его как-то сохранить, но вначале напиться, голова просто раскалывалась от боли, а во рту пересохло.

Осторожно пробираясь вдоль берега болотца, Иллира в конце концов набрела на сочившийся из-под камней источник, совсем крохотный, но холодный и чистый.

Жадно выпив несколько стопок воды подряд, сеньорита сообразила, что в кошеле просто обязано быть зелье от головной боли. Несколько минут изучала фиалы, потом капнула в воду того зелья, которое сочла самым подходящим, выпила и минут пять сидела, ожидая результата.

Вскоре боль и в самом деле начала стихать, и, не забыв поблагодарить светлого духа за помощь, девушка решила освободить один из фиалов и налить туда столько вина, сколько поместится, а остальное вылить на землю.

Бутылек с зельем от желудочных колик показался ей самым подходящим, и вскоре его содержимое ушло в болотце, а в чисто промытый фиал было слито драгоценное вино.

При этом оказалось, что фляжка вовсе не полная и вместилось почти все. Остатки девушка слила в стаканчик, немного посомневалась, глядя на плескавшуюся на дне жидкость, потом долила водой и выпила. Наверняка от одного глотка хуже не будет, зато удастся хоть немного обмануть желудок. Несколько молодых листиков сныти и щавеля, найденных среди разнотравья, дополнили скудный завтрак, но ничего более существенного в это время года не стоило даже искать. Для земляники рановато, а жимолости что-то не видно. Еще можно поискать ревень, но уходить слишком далеко от места, где спал принц, Иллира боялась.

Поэтому набрала во фляжку воды, прицепила ее к поясу и побрела назад, бдительно разглядывая склон и кусты. Однако погоня за это время ушла далеко, а может, и вовсе в другую сторону, и девушка вернулась в свое убежище, не замеченная совершенно никем.

Устроилась на своем месте возле спящего господина, подняла его голову повыше и начала понемногу капать воду в обметанные губы. Сначала Кандирд не проявлял никакого интереса к появлению во рту прохладной влаги, потом вдруг быстро глотнул, еще раз и припал к горлышку фляги жадно, как заплутавший в пустыне путник.

Допив воду, некоторое время лежал неподвижно и молча, словно снова уснул, потом хрипло спросил:

— Илли?

— Тут я, — неимоверно обрадовалась звуку его голоса сеньорита. — Еще пить хочешь? Я схожу, это не очень далеко.

— Где мы?

— Ты с холма скатился… и не приходил в себя, я притащила под куст, — девушка старалась шептать как можно тише, — а потом погоня прискакала… все осматривали, но нас не нашли.

— Я сам пойду, — сказал он через несколько минут и попытался приподняться, морщась от боли.

— Сначала вылезу я, — не подчинилась сеньорита, — и пойду, принесу воды, тебе нужно выпить обезболивающее зелье. Вот твой кошель, извини, но мне пришлось его взять.

С этими словами она проворно выскользнула из убежища по проверенному пути и почти бегом направилась к роднику, давая принцу возможность стонать и ругаться сколько влезет. Ведь ясно же, что при ней он начнет стесняться и проявлять благородство.

Через несколько минут, вернувшись, Илли убедилась, что он и в самом деле успел вылезти наружу и сидел неподалеку от их убежища на прогретом солнцем камне.

— А вина не осталось? — выпив зелье, поинтересовался принц, разминая пальцами виски.