Обелить имя мага - Константин Назимов

– К моему большому сожалению, много лет назад была допущена чудовищная, я бы даже сказал, преступная ошибка. Мало того, что были отправлены войска на уничтожение семьи преданного стране мага, так еще и власть перешла в руки к человеку, который своими амбициями откинул нашу страну в далекое прошлое. Поставил ее на грань войны. Я не имею права выходить из своих апартаментов, ко мне почти никого не допускают, но это не значит, что я не вижу, что творится в моей стране. К нам не приезжают эльфы; гномов в наших городах остается все меньше и меньше. Почему?

Его голос креп, а глаза сверкали, я понял, что сейчас настает решающий момент.

– Это происходит из-за политики регента Варнта. Я не обладаю доказательствами его преднамеренных действий и буду считать, что это лишь из-за непонимания им ситуации. Зачем притеснять гномов, которые торгуют с нами, зачем оскорблять эльфов? Нечисти становится все больше, ее практически не уничтожают. Поэтому я требую, именно требую, чтобы сегодня и сейчас совет принял решение по трем вопросам! Первое, восстановить имя бывшего верховного мага, выплатить его родственникам компенсацию за причиненный ущерб и принести им свои глубокие извинения. Второе, отстранить регента Варнта от управления страной и пожизненно лишить его права принимать решения, которые влияют на развитие нашей страны. Ну и наконец, третье, утвердить мое решение в отношении Алекса, который открыл нам глаза на происходящее.

Король замолчал, молчали и маги. Король сделал свой ход, я должен признаться, что ход был гениален. Он не стал обвинять регента в убийстве своего отца, он ясно дал понять, что очевидных доказательств против него нет, есть только выводы из действий Варнта, которые несли вред. Аргест I плавно подвел собрание магов к моменту, когда решение необходимо было принимать немедленно. Причем если с первым и третьим вопросами все было ясно, то что скажут маги по второму вопросу, никто не знал.

Со своего места поднялся Дунгеон. Этому я был не удивлен, у него было больше времени поразмыслить о происходящем.

– Хочу выразить надежду, что со мной все согласятся, – начал он, обводя взглядом задумчиво сидящих магов. – Имя верховного мага Лаверента, я считаю, восстановлено полностью, а его семья должна получить все принадлежащие им права. Против того, чтобы наш король даровал Алексу титул и соответствующие привилегии, возражений тоже не будет. А вот решение второго вопроса мне видится в следующем… Мы переносим коронацию его величества на завтра, а до этого времени страной будет управлять совет магов.

После его слов разразились дебаты, которые затянулись часа на два, но решения были приняты почти в том виде, в котором их озвучил директор академии, за небольшим уточнением. Маги постановили выслать регента из столицы немедленно и запретить ему появляться в ней до тех пор, пока его не вызовут. Варнт в споры магов не вступал, видимо, понял, что сопротивляться не имеет смысла. Король тоже сидел молча, только улыбался краешком губ. А вот мне пришлось тяжело, простоять несколько часов практически без движения было довольно трудно.

После окончания совета Варнт встал со своего места и, обращаясь ко всем, но глядя мне в глаза, сказал:

– Вы все еще сильно пожалеете!

И, не оглядываясь, выбежал из зала заседаний совета.

На магов и короля его выпад не произвел никакого впечатления, но меня и слова, и его взгляд пробрали до мурашек, в них было столько ненависти и злобы, что мне стало не по себе.

Маги принялись подходить к королю и поздравлять его с победой, одержанной над регентом. Мне понравилось, что в их словах не было лести, а только искренность, которая исходила от сердца. Так же быстро решился вопрос с коронацией. Постановили, что она состоится завтра утром, и уже на балу будет объявлено о вступлении короля в законные права и о том, что управлять своей страной он будет сам.

Я хотел под шумок исчезнуть из зала, но король, увидев мою попытку пробраться незамеченным к двери, остановил меня и потребовал, чтобы немедленно был вызван архивариус и составлены документы о присвоении мне титула и возвращении всех прав дочери Лаверента. После составления бумаг он взял с меня слово, что на бал я обязательно явлюсь, и только после этого отпустил.

* * *

Король задумчивым взглядом проводил удаляющегося Алекса. И обратился к Дунгеону:

– Вы ведь знаете дочь Лаверента, и где находятся его бывшие владения?

– Да, я знаком с Алиеной. Как оказалось – уже около года. Но вот что она дочь Лаверента, узнал только вчера. А в замке Лаверента я несколько раз был, – утвердительно ответил директор академии.

– Тогда вам надо подобрать земли для нашего нового князя недалеко от нее.

– Но ведь он же уйдет в свой мир, – удивился Дунгеон.

– Зато ему будет куда возвратиться. Кроме того, мне показалось, что он к ней не равнодушен, – задумчиво произнес король и добавил: – До бала предоставьте мне все необходимые бумаги.

* * *

Я направился в комнату Сироса, чтобы переодеться в свою одежду и быстрее бежать в дом Тиола, рассказать моим друзьям о произошедших событиях. Уже подходя к двери, я столкнулся с Яроком.

– Привет! Ну как, увидел короля? – спросил он у меня.

– Здорово! Видел, конечно, он даже про тебя спрашивал, – ответил я.

– Значит, он понял, что это не я? Вот попал, обычно для благородных все слуги на одно лицо. Что ж теперь будет? – расстроился он.

– Не переживай, все будет хорошо, король даже доволен остался, что вместо тебя я пришел, – озадачил я его. Затем отпер дверь и оставил его в изумлении стоять в коридоре.

Сирос здесь не появлялся. Моя одежда лежала в том же месте, где я ее оставил, и никаких других изменений видно не было. Быстро переодевшись, я оставил форму слуги на диване. «Вот изумится Сирос, найдя ее здесь, если, конечно, не узнает новости раньше!» – подумал я, покидая дворец, и направился в дом Тиола.

Не успел я переступить порога дома, как на меня накинулась Алиена:

– Ты где был? Я… мы места себе не находим от волнения!

Глаза ее при этом светились такой радостью, что я невольно залюбовался ею.

– Да, Алекс, почему ты пришел так поздно? Сирос приходил к нам часа два назад, он рассказал, что ваша затея не выгорела. Ему пришлось оставить тебя во дворце, но с утра ты должен был вернуться, – пробурчал Эрзон.

Алиена требовательно смотрела мне в глаза.

– Подождите. – Я поднял руки вверх. – Сейчас расскажу все по порядку. Если только мне дадут стакан воды, а то горло пересохло.

Пока я пил воду, страсти в связи с моим приходом поутихли. К нам присоединился Тиол. Он сказал:

– Пошли в кабинет, там и поговорим.

Первое, что я сделал, как только мы расселись, – протянул Алиене бумагу короля со словами:

– Княгиня, это вам.

И вложил ей в руку документ.