Лич на стажировке. Часть 3 - Алаис

— Спокойно, не все здесь — ловушки. Похоже, еще одно интересное последствие изменившихся условий нашего сосуществования. Судя по твоей реакции, ты видишь то же, что и я.

— Это плохо?

— Ну почему же… Это очень даже хорошо. Потому что вместо объяснений как что-то увидеть, я смогу тебе это просто показать. Возможно, не все, но многое.

— В смысле — как тогда, когда мне нужно было увидеть ауру мокрицы?

— Именно.

— И все-таки… куда идем?

Я повертела головой. Пестрота и буйство красок с обеих сторон были примерно одинаковыми. Альд молчал. Мне удалось уловить его эмоции — сомнение, тревога и чувство, которое мне очень не понравилось. В моем случае оно обычно сопровождало процесс принятия какого-нибудь непростого, неприятного, но нужного решения.

— Альд, что ты задумал? — я задала этот вопрос очень осторожно, стараясь не особенно акцентировать свое же внимание на охватившем меня очередном нехорошем предчувствии.

— В нынешнем состоянии этот коридор мы не пройдем, — мрачно ответил подселенец.

— И что ты предлагаешь?

— Возвращайся в комнату.

— Зачем?

— За ногами.

Во мне все еще теплилась надежда, что подселенец имел в виду не то, о чем я подумала первым. Поэтому, осторожно перелетая через порог комнаты, робко предположила то, что пришло в голову вторым.

— Ты хочешь сказать, что мы вылезем в окно и поищем соседнее, чтобы попасть в другую комнату в обход в ловушек и в надежде, что там — мои ноги?

Альд помолчал пару секунд — достаточно, чтобы моя надежда окрепла — вдруг он действительно сам до этого не додумался, а теперь размышлял над моей идеей.

— Нет.

— А может все-таки?..

— Ты не выдержишь.

— Если я правильно понимаю альтернативу, то выдержать ее у меня еще меньше шансов, — ядовито возразила я.

— Почему же… Мой вариант, конечно, можно назвать довольно-таки рискованным. Но в твоем варианте количество не учтенных и не зависящих от нас факторов может оказаться… смертельно большим.

— Но это же кости Килира!

— И что?

— Ты издеваешься.

— Это всего лишь кости. Да, они наверняка не слишком совместимы с твоими, — я ощутила, как шевельнулись мои плечи — подселенец ими пожал, — хотя это еще нужно проверить. Вдруг и совместимы.

— Нет, ты все-таки издеваешься…

Мне стало противно от одной только мысли о том, что Килир будет сопровождать меня даже после своей смерти. Мало того, станет частью меня. Какая-то совсем уж злая издевка, слишком жестокая даже для Альда.

— Я предлагаю это, как временный вариант, — в его голосе я уловила знакомый холодок, — который позволит тебе протянуть чуть дольше и не рассыпаться от первой же сработавшей ловушки, которую могу не заметить даже я. Да, и раз ты уже в комнате — прикрой дверь.

— Сам прикрывай, — огрызнулась я, — ты сейчас можешь управлять телом точно так же, как и я.

— Опять начинается? — вкрадчиво поинтересовался подселенец. — А теперь давай ты раскопаешь остатки своего здравого смысла, повнимательнее посмотришь на окно и подумаешь еще раз, хочешь ли ты через него вылазить. О том, сможешь ли ты это сделать, я, так уж и быть, деликатно промолчу.

Я посмотрела на видневшееся в просвете между шторами окно. Ничего не изменилось. Вроде бы. Возможно, стоит отодвинуть занавеску…

— Дверь.

Безропотно притворила дверь. Снова повернулась к окну. А что если…

При попытке посмотреть ауру, контур оконного проема на миг полыхнул ало-оранжевым, просвечивая сквозь плотное полотно штор.

— Ловушка, да?

— Именно.

— А это ты когда успел увидеть?

— Только что. Банальная логика: при зачарованной двери и таком многообразии ловушек в коридоре было бы странно не прикрыть магией и окно. Впрочем, не будь оно прикрытым — это выглядело бы еще подозрительнее

— Альд, неужели нет другого какого-то варианта? Я не хочу… не хочу… — меня начало трясти.

— Успокойся. Это всего лишь кости. Килир мертв и упокоен окончательно и бесповоротно. Я сделал все от меня зависевшее, чтобы даже его душа к Суртазу добиралась не целиком, а по частям.

Подселенец произнес это почти безразлично, лишь в последней фразе послышалась едва уловимая нотка самодовольства. Это пугало. Но осознание, почему он это сделал, все же доставило мне совсем чуточку мстительного удовольствия.

— Но костями же занимаются специально обученные мастера, — я попыталась ухватиться за последний имевшийся в моем распоряжении довод, который мог показаться Альду хоть в какой-то степени логичным. Но тут меня настигла не особенно радостная догадка. — Или ты и это умеешь?..

— Умею. Не на уровне мастера, правда.

Мое тело поднялось чуть повыше и отлетело от окна. Похоже, подселенец перехватил контроль. Что ж… Опять это отвратительное осознание собственного бессилия.

— В любом случае, выбора у нас нет, — судя по интонации, Альд усмехнулся. — Если тебе прямо уж так противно — можешь переждать в убежище.

Усилием воли я подавила первый порыв — согласиться.

Нет. Нужно понаблюдать. Вдруг чему-то научусь. Ну или хотя бы увижу, как это все вообще происходит. Судя по тому, насколько часто у меня ломается то одно, то другое — умение работать с костями может пригодиться в будущем.

— Разумное решение, — одобрительно отозвался подселенец, останавливаясь рядом с ложем и поднимая мое тело еще чуть выше. — В кои-то веки.

Интересно, зачем мне что-то говорить, если Альд и так все прекрасно знает из моих мыслей?

— Потому что иногда твои слова и мысли различаются.

Этот гад даже и не собирается делать вид, будто слышит мои мысли хотя бы выборочно.

— Я сделаю вид, что этого не слышал, — подселенец издал смешок, а затем серьезно добавил: — А умение работать с костью, между прочим, тебе пригодится еще и потому, что своего мастера еще нужно найти.

— Я так понимаю… это ты говоришь по собственному опыту?

— В том числе.

А потом Альд сделал то, чего я совсем не ожидала. Подняв мое тело еще чуть выше, он парой небрежных движений просто смахнул на пол череп и левую руку Килира.

— Когда погиб мастер, которому я доверял… свою помощь мне предложил его сын. Это нормальная практика. С появлением личей возникли и новые специализации мастеров. И образование профессиональных династий, в том числе и так называемых костоправов — это вполне естественное явление, — снова движение, сопровождающееся перестуком мелких костей, скатывающихся вниз. — Но паренек мне не понравился. Знаешь, бывает такое чувство откровенной неприязни с первого взгляда? Слабо объяснимое и трудно преодолимое.

Подселенец замолчал, продолжая просто сбрасывать не нужные нам кости. Верхняя часть тела Килира уже была на полу.

— Знаю, — коротко ответила я, поняв, что Альд ожидает от меня хоть