Оборотни клана Морруа - Ольга Гусейнова

– Сорок исполнилось, – шепнула я.

– И двадцать восемь из них, по словам… старожилов, ты провела в плену? – вер немного склонил голову набок и отвел к стеклянной стене взгляд, мне на миг показалось, что он полыхнул чем-то страшным, черным, яростным.

Я снова напряженно кивнула, а Жак, не повернув ко мне лицо, дернул плечом, следом по его щеке прошла судорога и словно меховая дорожка пробежала – похоже, борется со своим зверем за право быть главным. С минуту у него ушло на борьбу и восстановление спокойствия, дальше он продолжил «приручать» меня, точнее, размеренно поглаживать мою лохматую макушку.

– Я напомню, меня зовут Жак Фонтьен Морруа. Земли моего клана расположены во Франции. – Заметив, как испуганно распахнулись мои глаза при слове «Морруа», он чуть нахмурился, прежде чем продолжил. – Похоже, ты слышала про нас от Лавернье?

Я кивнула, скорее инстинктивно, но для Жака это движение послужило сигналом к продолжению «разговора»:

– Я правая рука главы клана Тьерри Морруа, который к тому же возглавляет Европейский совет. Война Морруа и Лавернье началась больше тысячи лет назад. Отец Тьерри возглавлял тогда совет, а Фабиус и его пара Кассандра решили занять это место хитростью. Они убили родителей Тьерри, а его самого, тогда еще двенадцатилетнего мальчишку, пытали, но ему удалось сбежать. Позже он отомстил: убил Кассандру, сжег ее на костре, как она сама сожгла его мать. Но Фабиус скрылся. С тех пор, вот уже целую эпоху длиной в тысячу лет, Морруа охотятся на Лавернье.

Я с непреодолимым и крайне рискованным любопытством рассматривала своего невероятного собеседника и гадала: сколько же ему лет? Показалось, что Жак прочитал мои мысли, потому что мягко улыбнулся и спросил:

– Полагаю, тебе интересно, сколько мне лет? Восемьсот сорок три. Я в два раза младше Лавернье и на треть – Тьерри, но поверь, по силе лишь немногим уступаю своему главе. И ни в чем – этому безумцу Фабиусу! Поэтому прошу: не бойся меня и попробуй поверить, что я никому не дам тебя в обиду. Никому не позволю даже прикоснуться, не то чтобы причинить боль. Ты – моя пара. Только представь, как долго я ждал тебя… как долго искал по миру…

В какой-то момент, слушая Жака, под его завораживающее поглаживание, я расслабилась. Нет, не села свободно, а просто перестала ощущать себя до предела сжатой пружиной. Еще и с удивлением осознала, что положила подбородок на колени. Это чтобы гладить меня было сподручнее? И, замерев, вслушивалась в глухой, спокойный, без зловещей вкрадчивости мужской голос, словно слушала сказку. В нее так сложно поверить, но как же хочется попасть в эту сказку, даже если, как обычно, обманусь.

Я мгновенно напряглась, когда Жак неожиданно встал и протянул ко мне руки со словами:

– Ты голодная, скоро и обед пропустишь, поэтому продолжим разговаривать за столом, если ты не против.

Я зажмурилась от страха, невольно ожидая самого худшего, но мужчина просто поднял меня на руки, легко, словно я ничего не весила, и понес из комнаты. Жаль, я только почувствовала себя в ней спокойно.

Дом оказался большим, одноэтажным – никаких лестниц. Мы миновали несколько приоткрытых дверей в пустующие комнаты, перед тем как меня принесли в столовую, совмещенную с кухней. На столе уже красовалось множество тарелок с пышными булочками, джемом, фруктами, сыром, мясом, маслом, радуя глаз и обоняние. Рот тут же заполнился слюной. Посадив меня за стол, Жак под моим ошеломленным взглядом занялся омлетом. Своим поведением он нарушал все мои представления о мужчинах:

– Мариза, в твоем состоянии лучше начать полноценное питание с самых легких, но сытных блюд.

Мое имя прозвучало как лакомство, которое Жак готовил. К слову, омлет он приготовил быстро, ловко разложил на две тарелки и зачем-то поставил обе передо мной. А потом было очередное испытание для нервов – Жак посадил меня к себе на колени, оцепеневшую, напуганную, но ожидающую продолжения чудес. Странно, после пятнадцати кошмарных лет я не верила в чудеса, но, кажется, все-таки столкнулась с ними. И всей душой тянулась к чужой заботе, теплу, нежности.

Меня кормили… снова. Взять еду или вилку сама не рискнула, вдруг запрещено, вдруг решит, что вилка в моих руках – это угроза, и накажет, ударит. Поэтому молча открывала рот и ела хорошую, чудесно пахнувшую пищу. Я наслаждалась покоем, тишиной и забытыми вкусами омлета, фруктов и свежего хлеба. Словно попала в рай! Рай, где в огромной чужой майке, опять же каким-то чудом не спадавшей с меня, без белья и уверенности, что чудо продлится, впервые за долгие годы чувствовала радость и покой! Где мужчина шептал с щемящей нежностью, если я не ошиблась, приняв за нее это чувство:

– Вот и умничка, моя хорошая. Ты очень худенькая, бледненькая, надо кушать. Побольше полезного и вкусного. Скоро тебе привезут одежду, самую лучшую, что можно найти в здешних магазинах. Как восстановишься, мы поедем куда захочешь. Сделаем все, что пожелаешь. Веришь?

Очередной вопрос неловко повис между нами. Я смотрела на свои руки, сжатые в кулаки на коленях, и отмечала, что да, по сравнению с крупным Жаком действительно маленькая и тощая, да еще в желтеющих синяках на воспаленной коже. Волчья регенерация работает крайне медленно.

– Знаешь, два месяца назад и Тьерри встретил свою пару. Ему тысяча двести лет, а он только сейчас ее нашел. Представляешь? Мы совершенно нечаянно столкнулись с ней у лифта в отеле, а затем она сбежала. Тоже испугалась. Мы целых два месяца искали по всему континенту таинственную незнакомку. Милана из России, слышала про такую страну? – В этот раз я слегка кивнула, и Жак с воодушевлением продолжил: – К тому же она полукровка!

Я в шоке уставилась на собеседника и кормильца. Полукровка? Разве такие бывают? Жак довольно усмехнулся, ловко сунул мне в рот дольку апельсина и ответил на невысказанный вопрос:

– Да, полукровки у нашего вида – редкость. Милана всего двадцать третья из известных нам потомков людей и оборотней. И все они наделены необычными способностями. У каждого свой дар. К примеру, Милана чувствует пары веров. И сюда, в Бразилию, за тобой меня послала именно она. К сожалению, из-за желания обладать чужим даром за полукровками охотятся. Многие из них погибли в большой грызне.

Рассказ звучал настолько нереально, сказочно и фантастично, что я, судорожно сглотнув, недоверчиво помотала головой. И смотрела, открыто смотрела Жаку в глаза. Черные-пречерные. И сама в них тонула, тонула… Но я видела в них… тепло и нежность?..

Господи, молю тебя: «Пусть бы я не ошиблась!»

– Да-да, прилетим домой, я вас с ней познакомлю. Милана тоже как маленький котенок всех и всего боится. И, кстати, она прожила двадцать пять лет, не зная, что наполовину вер. С ней случилось настоящее приключение. Мы ее похитили из-под носа дружественного клана, она там пряталась от Тьерри. Но сейчас вполне себе довольна!

Черные глаза улыбались, даже морщинки-лучики разбежались, таким раскрепощенным и радостным выглядел Жак, пока делился со мной историей. Я никак не могла поверить: неужели полукровки существуют? Да еще и обладают какими-то невероятными способностями. Ой, еще и сбегают от своей пары, которую я мечтала встретить двадцать восемь лет и даже успела потерять надежду.