Душа звездного дракона - Евгения Александрова

— Мне… жаль, — я коснулась подбородком плеча и взглянула на сидящего рядом дракона. Наверное, потерять близкого для них еще больнее — слишком долго живут, слишком чувствуют себя бессмертными по сравнению с нами.

— Я отправил Ваннара и еще двоих, чтобы выследить их, но даже не думал встретить тебя так скоро. — Теар впервые посмотрел мне в глаза, и там почудилась такая бездна за огненным кольцом зрачка, что стало не по себе.

— Они ничего… не успели сделать. Начался пожар, я сбежала.

— Это я знаю, — изогнул уголки губ Теар, по-прежнему глядя на меня пристально, до мурашек. — Чувствую. Ты для них слишком крепкий орешек.

— Но забрали амулет. Без него я чувствую себя обнаженной, — я ляпнула и прикусила губу, чувствуя растущее напряжение между нами. Повела плечами. — Ты видишь меня насквозь…

— Ты сама мне это позволяешь.

— Как это? — вскинула я голову.

Теар беззвучно покачал головой и усмехнулся, опустив голову.

— Что значит позволяю? — повернула я его к себе, все еще дрожа.

— Вот что… — Теар вынудил меня подняться, а потом притянул к себе, ловко усадив на свои бедра. Я не успела вырваться, как он обхватил меня руками, согревая со всех сторон. Его невероятное тепло буквально влилось в меня и наполнило силой. Я впитывала ее всей кожей. Он проговорил тихо: — Ты показываешь то, что хочешь. И если что-то прячешь, мне нужно ломать твою защиту. А я не хочу, — понизив голос, он коснулся губами моей шеи.

— Что ты делаешь? Теар…

— Вдыхаю твой запах. — Я вспомнила его поцелуй, и дрожь стала только сильнее. Жар теперь бился внутри, а не только снаружи, окатывал волна за волной при каждом ударе сердца. — У тебя замерзли даже губы, — он повернул меня к себе, коснулся ладонями лица, убирая мокрую прядь.

Я порывисто вдохнула, и он прижался к губам своим горячим ртом. Боги, как же это… жарко и сводит с ума. Сам истинный дракон целует меня, и меня больше не сжирает огонь. Только толкается внутри, заставляя поддаться напору.

Я с силой сжала руками его плечи, чувствуя отголосок прежнего страха. Могла ли я подумать! Что такое возможно. Еще недавно ненавидела их всех — крылатых, бессердечных, бездушных чудовищ.

Но дракон не желал выпускать меня. Сильные ладони стиснули мою талию в промокшем платье, потащили его вверх, словно он пытался снять с меня все и заставить греться обнаженной. Я что-то пробормотала в его губы, которые продолжали целовать меня, а он касался ладонями моих щек, потом ухватил губами мочку уха, прикусил кожу на шее.

На миг я почувствовала себя в жестких объятиях настоящего ящера, который обхватил со всех сторон, кольцами обвил и уже не отпустит — ощетинится острыми гребнями, окружит огенным кругом. Точно его иноземная сущность взяла сейчас верх. Можно бить, вырываться, просить — дракон уже не слышит. Его ладони скользнули под подол липнувшего к коже платья, прошлись по озябшим бедрам, талии, кончиками горячих пальцев дотянулся он до заострившейся чувствительной груди, и я протестующе замычала.

— Теар, — ухватила я его плечи и впилась ногтями. — Пожалуйста.

Не так, не сейчас, и все еще страшно!

Он вдруг прорычал что-то на чужом языке, и стало страшно. Но наконец услышал мои мысли и отстранился. Я впилась пальцами в его ключицы, чувствуя биение его пульса. Долгое мгновение мы смотрели друг другу в глаза.

— Это я… тоже позволяю? — спросила, тяжело дыша и опустив взгляд на его чувственные губы, мгновение назад целующие меня со всем жаром. Внутри все сжалось в тугой ком, волнение сдавило грудь.

— Это я давно хотел повторить.

Показалось, будто и у него дыхание сбилось. Теар рассматривал меня затуманенным взглядом с поволокой, и я уперлась ладонями в его грудь.

— Забери меня отсюда.

— Я и хотел, — хмыкнул Теар, провел ладонью по своим глазам, будто ему на миг стало стыдно. — Но хотел дождаться, пока ты высохнешь. На высоте холодно, а ты мокрая.

— Хороший способ согреться, — пробормотала я, поправляя и впрямь подсохшее платье вниз. Огонь от костра обжигал спину, но сейчас это было приятно.

— Сиди, — скомандовал он, прижимая обратно к своей груди и заставляя греться о свое пышущее жаром тело. Я было заворчала, но он опустил подбородок мне на плечо, прижал так тесно, что сопротивляться было бесполезно, и буркнул: — И не дергайся.

Я закрыла глаза. Стихло все, остался только шорох огня за спиной, монотонное биение сердца дракона в мужском обличье и шумное дыхание.

Просидев так целую бесконечность, дракон выпустил меня из объятий, отошел назад и стянул с себя рубашку. Я увидела его обнаженный торс — будто отлитый из бронзы — молча забрала сухую и теплую рубашку и натянула поверх своего вымокшего наряда. И потом подняла глаза, заколдовано всмотревшись в его — раскаленные. В этот раз он не просил их закрывать. Спустя мгновение огонь в глазах полыхнул невообразимо ярко, а я оказалась стоящей в кольце драконьих лап. Теар склонил ко мне голову, повернув чуть набок, и дыхнул с мысленным вопросом: “Страшно?”

— Немного, — я храбро взглянула в огненные кольца возле вертикальных зрачков.

Этот дракон все перевернул с ног на голову. Теар медленно закрыл и открыл глаза, точно пытаясь ощутить все мои чувства разом.

Я коснулась его бока. Чешуя была теплая, гладкая и матовая. Дракон распластался на земле, чтобы мне было легче залезть. И в этот раз я села с меньшим трепетом, склонилась ближе, чувствуя тепло его тела.

“Держись”, — донесся его мысленный приказ, и я ухватилась покрепче, снова ощущая, как как сердце падает в пятки от резкого отрыва от земли.

Поднявшись над лесом, Теар обернулся назад, и я увидела замок, из которого сбежала чудом. Похоже, там что-то происходит. Может, сражаются те, кто прилетел вместе с Теаром? И еще полыхал огонь над башней…

Теар вдруг выпустил языки пламени по направлению к замку, сжигая лес вокруг. Будто очертил грань, за которую врагам лучше не соваться. Я подтянула выше ноги, чувствуя под собой его раскаленное тело. Детский страх всколыхнул все внутри, я остервенело вцепилась в дракона.

Вот сейчас стало страшно. Огонь опалил верхушки, повалил черный дым, но пожар во влажном лесу быстро потух. Теар не стал ввязываться в бой, а развернулся и направился прочь.