Книга ангелов - Мара Вульф

Когда мы приземляемся, Феникс с Маттео и Стефано уже ожидают у входа в библиотеку. Он кивает нам.

– Мы бы хотели войти, – говорит он ангелу. – Если ты позволишь.

Я удивлена тем, что Феникс спрашивает разрешения у Кассиэля, но я все еще злюсь на этого Стефано. Его вчерашнее поведение было абсолютно недопустимым.

Кассиэль колеблется, а затем смотрит на меня.

– Ты не против?

– Конечно, нет.

Больше, чем просто не против. Мы должны обсудить кое-что, ведь нам нужно держаться вместе.

Кассиэлю нелегко дается решение оставить меня с этими тремя. Но нет ни единой разумной причины запрещать это, если он не хочет показаться мелочным.

– Вечером я вернусь, – говорит он, и это звучит как предупреждение.

– Ты полетишь в Париж?

Он кивает.

– Михаэль хочет, чтобы его офицеры были с ним.

– Будь осторожен, – говорю я, на прощание целуя его в щеку.

Ангел улыбается и улетает прочь.

Мы заходим в библиотеку.

– Не хотите пофехтовать немного? – спрашиваю я.

Если Феникс и удивлен таким предложением, по нему и не скажешь. Еще вчера ночью я осознала, что должна больше тренироваться. Нам предстоит тяжелая борьба, а шансы победить в ней очень малы. Но я пока не сдаюсь.

– Парень снизу забрал у нас оружие, – быстро говорит Стефано.

– Мы не испытываем недостатка в оружии.

Я нахожу пару шпаг в тренировочной комнате. Одну отдаю Фениксу. Никому из них не приходилось зарабатывать на арене, но я все же уверена, что они умеют обращаться с оружием.

Маттео и Стефано осматривают мою коллекцию оружия.

– Ты всю ночь была на небесах? – спрашивает Феникс, когда я принимаю стойку.

Я киваю, и шпаги скрещиваются.

– В первом небесном дворе. Габриэль запланировал небольшое собрание. Я познакомилась с другими ключами.

– А Люцифера не пригласили?

– Нет.

Феникс никогда не спрашивал меня, что именно произошло между мной и Люцифером, но я все же думаю, что он догадывается. Я качаю головой, пока мечи сталкиваться.

– Откуда ты знаешь?

Мне даже не приходится сосредотачиваться на бое. Я так часто тренировалась, что автоматически отражаю удары. Я делаю выпад и заставляю его уйти в сторону. Феникс отступает назад в открытую дверь, и мы оказываемся в галерее.

– Я видел его со Стар вчера вечером в городе.

– Они были на рынке?

Его шпага еле заметно дрожит. Единственное проявление эмоций с его стороны.

– И часто он это делает? Ходит с ней гулять.

Феникс переходит в нападение, и я парирую его гневные удары.

– Может быть, она раньше чувствовала себя взаперти. Она годами не выходила на улицу. Наверняка Люцифер просто хочет сделать для нее что-то хорошее.

Меня бы это не удивило. Он может быть весьма заботливым.

На это Феникс ничего не отвечает. Последние минуты мы ожесточенно сражаемся. Металл звенит, встречая металл. На моем лбу проступает пот, а руки и ноги дрожат. Я не в лучшей форме в отличие от времени, когда регулярно сражалась на арене.

– Когда ты узнал, что моя мать – глава Братства? – спрашиваю я, задыхаясь между ударами.

– Я провел небольшое расследование после того, как ты рассказала мне о том, что она была на пиацетте во время взрыва.

Феникс останавливается и делает вдох.

– Но я думаю, она сама хотела, чтобы я ее нашел. Она прячет свой отряд слишком хорошо и не рискует просто так. Меня удивило, что твоя мать не убила меня, когда я пытался что-то разнюхать.

Мрачно улыбаясь, я заставляю его отступать.

– Она все это время наблюдала за нами. – Мне еле хватает воздуха.

Феникс ненадолго открывается, и я наношу удар, останавливаясь в паре сантиметров от его сердца.

Сдаваясь, он поднимает руки.

– Ты победила. Что тебя так разозлило?