Сила Разрушителя - Сергей Степаненко

Около трона толпилось десятка три худосочных личностей неопределенного возраста, одетых так же, как и Скаарг. Волосы у всех либо черные, либо бесцветные, длинные, у мужчин — заплетены в косы, у женщин — распущенные. Все подчеркнуто спокойны и надменны, однако нет-нет, да и проскочит кровожадный взгляд или облизнется кто тайком. Я поглядел в алчные глазки ближайшего упыря и почему-то вспомнил творение Брэма Стокера. Брр… Бросил взгляд на Ромку — парень держался молодцом, лишь чуть подрагивающие ноздри выдавали волнение.

Скаарг подвел нас к трону, поклонился своей повелительнице и отошел, тут же смешавшись с толпой придворных.

Алва восседала на троне, гордо выпрямившись, но унизанные кольцами и украшенные внушительными когтями пальцы нервно сжимали подлокотники. Лицо ее было бесстрастно, холодно и безразлично, как у манекена.

— Вы нарушили наш отдых, чужеземцы, — произнесла она после продолжительного молчания. Ее голос был низким, бархатистым, со странными свистящими нотами. Когда королева говорила, клыки становились заметнее.

— Прошу вас меня простить, венценосная креви, — поклонившись, сказал я, использовав титул, подсказанный мне внутренним голосом, — мы с моим спутником никогда не посмели бы нарушить покой вашего леса без крайней необходимости. К сожалению, обойти его не представляется возможным, а нам очень нужно на ту сторону.

«Венценосная креви» величественно кивнула.

— Я знаю тебя, враг моей дочери! — заявила она. — Но ни просто убить, ни пропустить тебя не могу. Тебе придется сражаться!

— Я в курсе…

Алва надменно подняла бровь и поджала губы.

— Что ж, тем лучше. Если ты победишь моего воина, мы вас пропустим. Если нет… — она выдержала театральную паузу, — твоя кровь достанется Моргане, а твоего спутника — нам. Согласен на такие условия?

— А у меня есть выбор?

Она отрицательно качнула головой.

— Тогда, согласно Кодексу Соники, я настаиваю на праве выбора соперника! — заявил я, всей душой надеясь, что поступаю правильно.

Услышав мои слова, Алва, казалось, побледнела еще больше, глаза сверкнули на миг, но она тут же снова приняла безразличный вид.

— Назови имя!

— Я называю Лукаса!

— Да будет так! — изрекла она, поднимаясь. Лицо было по-прежнему бесстрастным.

От толпившейся поблизости свиты отделился один и не торопясь пошел в нашу сторону.

Не знаю, как у ташшаров определяют возраст, но этот выглядел не старше Ромки. Мальчишески задорное лицо, не выражавшее ни тени страха, и искорки в глазах. Его вьющиеся волосы были черны, скрепляющие их заколки усыпаны мелкими рубинами. Раздался скрип — Алва стиснула подлокотники кресла.

— Ты упомянул Кодекс Соники, — сказала Алва, глядя на меня в упор, — что ж, я тоже воспользуюсь своим правом. Пусть сражается он! — Ее палец с кроваво-красным когтем вытянулся в сторону Ромки.

Мне вдруг стало нехорошо. Ох как нехорошо! Тугой комок страха свернулся в животе и стремительно ширился, рискуя перерасти в панику. Я собирался сказать, что номер не пройдет, но…

«Ты не можешь отказаться! — сказал голос. — Рома должен биться, иначе они разорвут его прямо здесь. А тебя смотреть на это заставят. А потом придет и твоя очередь: скоро у них праздник, Ночь Кровавой Луны, вот там тебя и осушат. Нравится перспектива, Арчи?»

Я растерянно посмотрел на сына и увидел на его лице твердую решимость.

— Все в порядке, бать, — сказал он еле слышно и по-русски. — Прорвемся.

— Да будет так! — кивнул я Алве.

«Чтоб я еще тебя послушал!» — заявил я голосу.

«Я не думал, что она выкинет такой фокус…» — попытался оправдаться тот, но я его оборвал, велев заткнуться. Сейчас я не мог отвлекаться ни на что, даже на этого советчика. Господи, я еще никогда ни за кого так не боялся! Масса разнообразнейших картин, одна кровавее другой, промелькнули перед внутренним взором.

Господи, что будет, если упыреныш окажется сильнее Ромки? А он окажется: ташшары куда сильнее людей несмотря на худобу. Если убьет моего сына, если…

«Отставить истерику! — рыкнул на меня голос. — Будет совсем худо — долбанешь по ним магией. Это они правилами связаны, это им твоя Сила нужна. А тебе-то что?!»

Странно, но посмотреть на ситуацию с таких позиций мне и в голову не приходило. В подсознании засела установка, оставшаяся со времен занятий в ДЮСШ, что правила — одни на всех. Не сказать, чтобы я по жизни ни разу их не нарушал — а иначе не прожил бы так долго, но в подобных ситуациях…

«Лоша-ара», — с удовольствием растягивая буквы, сказал бы Царев. И был бы прав.

— Огласите правила поединка! — повелела Алва.

Вперед вышел Скаарг, принял торжественную позу, развернул длиннющий свиток и хорошо поставленным голосом принялся читать. Слушал я внимательно, но ничего нового не узнал: холодное оружие, никакой магии и т. д. и т. п.

Пункт насчет магии мне понравился особенно, потому что Ромка — не колдун, да и кровососы с ней никак не связаны. Они, конечно, сильно отличаются от нас и образом жизни и привычками наводят ужас на обывателей, но они — не волшебники. Все их способности врожденные: ну, скажем, как у летучих мышей. Но ведь тот же обыватель, пожалуй, долго бы смеялся, скажи ему кто-нибудь, что мелкие твари вроде блох таят в себе волшебство.

Скаарг закончил, поклонился, удалился.

— Две минуты на благословение, — объявила Алва и поманила к себе Лукаса.

Я отвернулся от них и положил руки на плечи Ромке.

— Ты, главное, выживи, — сказал я, глядя в бледное, но решительное лицо сына, — слышишь? Ну их на хрен с их правилами! Главное, останься в живых! А то что я твоей матери скажу?!

Ромка криво усмехнулся:

— Не дрейфь, батьку. Я ему, гаду, еще клыки-то повыбью…

Он хорохорился, но это и хорошо. Хуже, когда страх сковывает, а не побуждает к действию.

— Идемте со мной, — мягко произнес Скаарг. — Ваше место — рядом с Повелительницей!

Я сжал руку сына и пошел за летописцем.

Королева поцеловала Лукаса в лоб. Глядя поверх его головы, я увидел в ее черных глазах неподдельный страх.

Что ж, не я затеял эту игру. Я бы вам посочувствовал, честно, если б твой отпрыск не выступал против моего сына. «А ля гер ком а ля гер».

Лукас поклонился матери и отошел. В его руке был странный короткий прямой клинок, больше похожий на шип, чем на меч. Да еще и цвета слоновой кости. Он бы еще с каменным топором вышел!

Алва указала мне на место по левую руку от трона. В спину и бока тут же уперлось что-то острое. Я оглянулся. Так и есть: неслышно возникшие сзади упыри приставили ко мне длинные пики.

— Отсюда ты сможешь следить за боем, — сказала она, — а я — за тобой.