Коготь дракона - Кейт Форсит

— Я думала, они были твоими врагами, — повернувшись к ней, крикнула Хан’дерин.

— Так оно и было, — сказала Мегэн, пытаясь вытереть рот, не выпустив упряжи из рук.

— Так почему ты рыдаешь об их смерти? Разве не этого ты хотела?

— Да, — угрюмо сказала Мегэн. — Именно этого я хотела. Теперь я уверена, — для всех нас настали страшные времена.

Слегка озадаченная тем, что Мегэн не считает бойню столь же занимательным зрелищем, как она, Эсрок развернулась и полетела над отрогами Драконьего Когтя, направляясь на север. Мегэн разглядела укромную долину с озером, отливающим зеленью в утреннем свете, прежде чем они миновали высокую горную гряду и начали снижаться на другой ее стороне. Мегэн глядела вниз, рассматривая широкую долину, по дну которой струилась река. Вокруг вздымались к небу обрывистые горы, склоны которых остаются белыми круглый год.

— Там внизу Проклятая Долина. Отсюда видны только верхушки Башен. Ты видишь их? — спросила Хан’дерин.

Удивившись ее словам, Мегэн напрягла зрение, но не разглядела ничего, кроме деревьев. Они начали спускаться, дрожа на холодном ветру, который дул с покрытых льдом равнин.

— Что такое Проклятая Долина?

— Разве ты не знаешь? Разве ты не ведьма из Башни?

— Я была ей, пока существовали Башни, — отозвалась Мегэн. — Но все они теперь разрушены.

— Не все, — возразила Хан’дерин.

Маленькая принцесса опустилась у начала северной Великой Лестницы, объяснив, что не может подлететь ближе из-за густого леса. Кроме того, мне пока не разрешают улетать слишком далеко от Круга.

Мегэн стало интересно, сколько же ей лет. Принцесса ответила на ее невысказанную мысль:

— Я еще детеныш, мне всего сто лет. Я родилась самой последней, и мама говорит, что я должна быть очень осторожна, потому что все остальные самки уже слишком стары, чтобы откладывать яйца.

— А в каком возрасте вы начинаете размножаться? — спросила Мегэн и услышала в ответ:

— Я уже почти созрела, но мне не нравится никто из молодых самцов. Они не принимают меня всерьез.

Когда гибкий золотисто-зеленый дракон вновь поднялся в воздух, Хан’дерин вытащила из кутов длинные изогнутые салазки. Изогнутая доска, расписанная узором из огнедышащих красных драконов, выглядела очень тяжелой, но девушка управлялась с ней привычно и легко. В салазках лежал набитый кожаный мешок. Пошарив внутри, она вытащила оттуда целый арсенал. Мегэн села, прислонившись спиной к огромной арке, и принялась рассматривать затейливую резьбу, украшавшую каменную стену. Между изображениями драконов находилась эмблема, знакомая ей со времени подъема по Лестнице — две розы между волнистыми линиями терновых ветвей. Мегэн задумалась, пытаясь понять, что она значит.

— Ты знаешь, что означают изображения на камне? — спросила она у девушки.

— Немного, — ответила Хан’дерин. — Они, разумеется, были вырезаны Рыжими.

— Почему «разумеется»?

— Ну как же, розы и шипы, — удивленно сказала Хан’дерин, и Мегэн медленно кивнула. Она вспомнила, как в детстве ей рассказывали о древней истории Эйлианана и о том, как были установлены Тринадцать Башен. Среди них была одна, припомнила она смутно, или две, которые назывались Башнями Роз и Шипов. Они были разрушены много лет назад.

— А Рыжий? Кто такой Рыжий?

— Рыжий Колдун, — ответила Хан’дерин.

Мегэн изучала историю больше четырехсот лет назад, а после Дня Предательства многое в ней было переписано на новый лад, теперь было трудно понять, что происходило в действительности, а что нет.

— Там были сестра и брат, и оба умели колдовать, верно? Они отправились на Хребет Мира и построили там свои Башни. Рыжий — это брат?

— Они оба были Рыжими, — ответила Хан’дерин. — Ну, по крайней мере, так мне сказали.

— Тирлетан! — воскликнула Мегэн, и девушка неожиданно бросила на нее враждебный взгляд. — Ну конечно. Это Тирлетан, да? Драконий Коготь — это его граница. Страна Близнецов. Они были близнецами и тоже рыжеволосыми!

— Близнецы запретны, — сдавленным голосом сказала Хан’дерин. Мегэн с изумлением взглянула на нее. — Одного из них обычно приносят в жертву Белым Богам. Вот почему Зажигающая Пламя была так встревожена, когда нашли меня. А что если я глас Белых Богов? Но сон велел ей взять меня, и она не посмела ослушаться.

— Но почему близнецы запретны?

— Только один может быть Зажигающим Пламя.

— Так значит, Зажигающий Пламя — один из нескольких близнецов?

— Моя прабабка говорит, что близнецы — рождаются для того, чтобы стать Зажигающими Пламя, и они всегда рыжеволосые. Обычно это мальчик и девочка; я всего один раз слышала о близнецах-девочках. Но близнецы неподходящая тема для учтивой беседы. В кланах считают, что они рождаются к несчастью.

Заметив, что на ее скулах снова проступили шрамы, Мегэн поняла, что не стоит расспрашивать эту странную девушку, которая, как две капли воды, походила на Изабо и все же была совершенно на нее непохожа.

— Пожалуйста, расскажи мне о себе, — попросила она. — Я знаю, что я тебе совсем чужая, но, видишь ли, я вырастила девушку, которая похожа на тебя, как родная сестра. Я думаю, твой рассказ поможет мне заполнить множество прорех в моем понимании.

Несколько секунд Хан’дерин изучала ее лицо, потом медленно кивнула.

— Это действительно странная история. Отдохни немного, матушка, а я буду рассказывать. — Девушка села на камень, скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх. Сделав несколько глубоких вдохов, она заговорила низким певучим голосом.

— Много лет назад, когда Драконья Звезда стояла в зените, Зажигающая Пламя из Клана Огненного Дракона нашла меня на склоне Проклятых Гор, — начала она.

— Прости, но я не знаю, что означают все эти названия, — прервала ее Мегэн. Хан’дерин пояснила, что Драконья Звезда — это комета, которая недавно пылала на небесах, и что Проклятые Горы — те самые вершины, рядом с которыми они сидят.

Мегэн кивнула, и Хан’дерин осведомилась:

— Я могу продолжать?

Лесная ведьма улыбнулась, и Хан’дерин начала заново:

— Много лет назад, когда Драконья Звезда стояла в зените, Зажигающая Пламя из Клана Огненного Дракона нашла меня на склоне Проклятых Гор. Ей приснился вещий сон. Она видела во сне две розы, белую и красную, растущие в Проклятой Долине, — они

оплетали талисман, который был то розой, то звездой. Проснувшись, она вспомнила свой сон и отправилась в Проклятую Долину. Там она нашла меня, полумертвую от голода и холода, при мне было кольцо с драконьим глазом и моя шейята . Зажигающая Пламя поняла, что я дочь ее внука, давным-давно ушедшего в страну колдунов.

— Откуда она это узнала? — спросила Мегэн. Тонкое лицо Хан’дерин гневно вспыхнуло. Некоторое время она молчала, потом неохотно проговорила: