Сын епископа - Кэтрин Куртц

– Как насчет него? – переспросил Лорис. – Примас Гвинедда – я, а не Брейден. Вы согласитесь принять титул, который не столь претенциозен как титул епископа Меары, что сместить этих предателей епископов, которые узурпировали мою и Вашу должности?

Креода вопросительно наморщил лоб. – Какой титул Вы имеете в виду, Ваше Преосвященство?

– Епископ Ратаркина, – сказал Лорис. – Поскольку Меара, которую Вы знаете сегодня, это не та Меара, которая будет, когда мы выполним нашу задачу. Мы возвратим Меаре ее исконные земли, когда я поймаю еретика-Дерини Мак-Лейна – он не сможет появиться на своих землях, пока я дышу – а Вы, Креода, станете Патриархом нового государства Меары, – закончил он многозначительно. – Вас это устроит?

Креода зарделся от удовольствия. – Это будет повышением для всех нас, милорд. Конечно, меня это устроит. Мы присягнем законной королеве на троне Меары?

– Возможно, королеве гораздо большего чем только Меары, – сказал Лорис негромко. – Зараза Дерини проникла не только в епископат.

Креода побледнел. – Вы говорите о короле?

– Он – Дерини, не так ли?

Дугал, следивший за их беседой со все возрастающим ужасом, чуть не вскрикнул, осознав значение того, о чем они говорили. Ему пришлось собрать остаток сил, чтобы просто закрыть глаза и заставить свое тело не дрожать от ярости. Пока три священника продолжали в течение нескольких минут обсуждать мелкие детали налета на Ратаркин, Дугал лежал, оцепенев, и думал, что он может предпринять, чтобы остановить их. Сквозь их разговор, который он воспринимал как жужжание, вдруг раздался звон кубков, совсем рядом с ним, и он внезапно понял, что они смотрят на него.

– Кто это? – спросил Джудаель.

– Пленник, – сказал Лорис небрежно. – Лорд Трурилльский говорит, что он – Хозяин Транши, наследный предводитель клана Мак-Ардри. Вам будет нужна его поддержка, когда Транша воссоединится с Меарой.

Дугал почувствовал, что его лицо поднимают вверх, а удар по ребрам заставил его застонать и он на несколько секунд потерял сознание.

– …чтобы он засвидетельствовал посвящение Джудаеля, – сказал Креода, когда сознание вернулось к нему. – Он действительно тяжело ранен?

– Брайс? – позвал Лорис.

Барон Трурилльский оторвался от расстегивания своего доспеха и встал на колени, чтобы поднять Дугалу веко.

– Ему ничем не хуже, чем было, Ваше Преосвященство, – сказал барон-предатель, прижимая кончики пальцев к горлу Дугала, чтобы нащупать пульс. – У него сломано несколько ребер, и мы ничего не могли поделать с этим по дороге, и, похоже, сотрясение мозга, но главная проблема, как Вы видите – переутомление. Он – крепкий парень, так что выздоровеет.

– Ну, если он настолько крепок, то его лучше держать под охраной, не так ли? – сказал Креода. – Гендон, отнесите его в какую-нибудь камеру внизу и распорядитесь, чтобы кто-нибудь занялся им утром. Я не думаю, что у нас возникнут с ним проблемы. После этого можете заняться своими людьми. Ваше Преосвященство, если Вам и отцу Горони будет угодно проследовать за мной, я отведу вас в Ваши апартаменты, где вы будете избавлены от любопытных глаз, пока мы не будем готовы встретиться с епископом Истелином завтра утром. Я думаю, что Вам тоже надо отдохнуть.

Нескольких часов будет достаточно, – сказал Лорис, когда они направились к выходу. – Я хочу немного подождать перед тем, как объяснить Истелину, что он выбрал неправильный путь. Может быть, мы сможем…

От боли Дугал потерял нить речи Лориса, когда Гендон и один из трурилльских рыцарей подняли его и медленно повели к двери. Единственной мыслью, стучавшей у него в голове, пока он через затуманивающую разум боль пытался заставить свои ноги двигаться, было то, что Келсон должен узнать о том, что произошло здесь. Но он еще не знал, как он собирается это сделать.