Раб из нашего времени. Книга 7. Возвращение - Юрий Иванович

– Не-а! Только зайцы пасутся да… размножаются!

И давай обе хохотать. И, уходя, я бросил обещание:

– Ничего, скоро и у вас появится возможность размножаться как следует. Вот только домой попадёте…

На кухне зайчатины хватало, как свежей, так и маринованной. А вот жареной – ни одного кусочка. Но я не гордый, как говорится, «Голод – не тётка, а мать родна. Заставит шевелиться любого лентяя, коль приспичит!» Да и плита раскалённая была готова, возиться с дровами не пришлось. А сам процесс жарки – простейшее дело! Маленькие кусочки быстро прожариваются и съедаются с пылу с жару, а большие уже с лепёшкой идут – только успевай переворачивать да старайся, чтобы жир горячий на руки не брызнул.

За этим интенсивным творческим процессом меня застал Неждан, принесший очередную гору товаров от Длани. Разгрузился на большой стол и поспешил ко мне. При этом глаза не прятал, но некое смущение в его словах всё-таки ощущалось:

– Командир, ты на нас не обижаешься?

– Ни капельки! По уставу у нас на подобное отделение каждый имеет право.

– Ну а если чисто по-товарищески?

– Ещё лучше! – не кривил я душой. – Это ж мне теперь насколько меньше времени придётся терять на добычу груанов! Лепота! Так что работай себе и ни в чём не сомневайся!

– Ну, ежели так… Но в случае нужды ты нам сразу говори, что угодно сделаем, поможем и повоюем.

– Спасибо, учту.

На том мы и расстались. Неожиданно появился Чамби. То ли меня по следу нашёл, то ли и без меня прекрасно знал, где кухня находится. Ему я тут же плеснул маринада на пол, а потом прикосновением с чипом устроил контакт:

«Чем занимаются мои супруги?»

«Спят», – последовал лаконичный ответ, полностью меня устраивающий. Но так как следующей моей целью были подвалы и тамошние окна в сторону Иярты, то наличие серпанса возле себя я воспринял с оптимизмом: вдруг что-нибудь при поиске выходов, слуховых щелей или неких пультов управления подскажет.

Полчаса интенсивной жарки утолили мой голод, а жар от плиты, наоборот, разморил, вгоняя в сон и вялость. Захотелось отправиться в спальню да завалиться досыпать между манящими женскими телами. Пришлось себя самому к порядку призывать:

«Если спать хочется, то можно. А вот если опять здание трясти – то не фиг. Иначе таким, как Неждан, стану и в этом замке до самой пенсии застряну! Работать!»

Прихватил в бидоне немного маринада, поманил за собой Чамби, да и отправился на поиски запасных выходов на ту сторону. Сразу же из первого смотрового окна рассмотрел усилившееся сияние купола над Ияртой, но значения этому не придал и уж тем более не связал с моими личными страстными излишествами в новой спальне. Решил, что под утро купол светится сильней, а раз всадников на дороге не видно, то все когуяры дисциплинированно отсыпаются.

То есть огорчился от того факта, что ничего с той стороны не услышу, даже если и наткнусь на слуховые щели. Но искать оные приступил с необходимым рвением и сноровкой. При этом руководствовался здравыми рассуждениями того, откуда лучше всего подслушивать и подсматривать. Но тотчас допустил ошибку: думал с позиции нормального человека.

По этой причине потерял напрасно полчаса. И только заметив некие просмотровые щели на высоте пяти метров, задумался:

«Великаны здесь жить не могли, кровати и вся остальная мебель – нормальные. А почему же так высоко? Лестницы? Нет их, и неудобно… Боевые серпансы? Уже горячо… Всё-таки здесь царит культ «наездников» даже среди Меченых. Не удивлюсь, если некоторые на этих громадных привидениях чуть в туалет не ездили. Пока вроде верно рассуждаю… Мало того, здесь в подвалах могли эти скакуны и храниться на любой повседневный или пожарный случай. Надо, сел на него, приподнялся на пять метров и, в полном удобстве восседая, смотришь на дорогу; надо – дальше по той же дороге… О! А ведь это мысль! Однозначно и выход удобнее всего, надёжнее делать как раз на том уровне! Привидение-то пройдёт сквозь любую стенку, а человека пронесёт при этом только лишь сквозь специально рассчитанное и открытое на тот момент отверстие. Значит, что? Значит, надо мчаться за своим Росинантом!»

С этим я мигом управился. И вскоре, уже восседая на боевом серпансе, присматривался к каждой щели и прислушивался к каждой дырочке. Причём заметил, что в город в одиночку, парами, а то и небольшими группами когуяры продолжают возвращаться. То ли разъезды какие-то шлялись, то ли разведчики, то ли посыльные. Но все они, как только выезжали из Третьего ущелья и город попадал в пределы прямой видимости, замирали в явном удивлении. Было с кем – интенсивно переговаривались и, резко стартуя с места, устремлялись в сторону мегаполиса. То есть нечто, а похоже, излишнее сияние, их явно удивляло.

А потом мне повезло: отыскал-таки слуховые отверстия! При этом сместился уже порядочно по внутреннему фронту самого дворца, зайдя влево немного за отметку самого поворота дороги. И там замер, усилив свой уникальный после приживления груана во мне слух.

Первая пара когуяров обменивалась репликами ещё перед поворотом.

– Чего это там так светится? – озадачился первый.

– Наверное, дозорные костры жгут… – меланхолично предположил второй.

– Костры? С какой стати? Или они, идиоты, хотят нарваться на суровую кару от кардиналов? – но когда рассмотрели купол над городом, остановили своих серпансов в изумлении: – Ничего себе! С чего это такая яркость?!

Меланхолик тоже удивился:

– Такое только в легендах рассказывают… Неужели Меченые возвращаются?

– Не говори глупостей! – первый нервно оглянулся по сторонам и, понизив голос, зашипел на товарища: – Или забыл, как за подобную ересь шаманы карают слишком болтливых? Ускоряемся!

– Может, дождёмся остальных?

– С какой стати? Или боишься, что твоя Чайшан заблудится с кем-то другим в кустиках плегетты? Ха-ха!

Сомневающийся меланхолик промолчал, и оба умчались в Иярту. А я задумался над услышанным. Вроде ничего не значащий разговор, а информации много. И про отношение воинов к легендам, и про опасливое отношение к шаманам и кардиналам, и про подспудное желание верить в сказку и дождаться тех, кто построил народу-беженцу этот роскошный мегаполис. К тому же, как я понял, следом ещё кто-то движется, и решил не продолжать поиски выхода, а оставаться на месте.

И не прогадал! Через четверть часа показался более многочисленный отряд когуяров. Четверо возвышались верхом, а ещё две пары ехали на боевых серпансах, которые двигались в режиме «большой багаж», не стоя, а лёжа. То есть в горизонтальном положении везли на себе по одному раненому и одному сопровождающему, которые поддерживали пострадавших. Один раненый лежал вроде как без сознания, а второй перемежал свои высказывания порой стонами боли, а порой ругался. Благодаря своему усиленному слуху я их начал хорошо слушать ещё метров за сто от поворота:

– …Всё равно надоело! Тем более что лично я не вижу никакого смысла в этой затянувшейся осаде. Люди просто хотели уйти, и воевать с нами никто не собирался!..