Серый ферзь. Страсти по принцессе - Александр Бушков

— Просьбы, прошения, челобитные? Еще по пригоршнебрильянтов, быть может?

— У меня покорнейшая просьба, — сказала Делиясовершенно серьезно. — Нельзя ли отыскать ванную?

— Разумеется, принцесса, — сказал Сварог. —Их тут навалом. Вас проводят. До моря нам еще ехать и ехать, и посему объявляюгарнизону роскошный отдых со всеми излишествами.

Он сосредоточился, и тронный зал наполнился мелодичнымзвоном потревоженного золота — появились истуканы, с церемонными поклонамиуводившие его верных сподвижников, дабы вкусили заслуженного отдыха.

Сподвижники, успевшие освоиться со многими чудесами имолниеносными переменами в судьбе, шествовали без всякой робости. Только Мараосталась, сопровождая книжника, словно вторая тень. Некоторое время Свароготкровенно забавлялся, путешествуя мысленно по закоулкам дворца, наслаждаясьнезнакомым доселе чудом — он оставался на троне, чувствуя его всем телом, и вто же время словно бы бесплотным духом блуждал по коридорам, лестницам,анфиладам пышных покоев, обозревая древние статуи, золотых зверей, яшмовыестатуи, коллекции драгоценностей и оружия. Потом он наткнулся на раздевавшуюсяв ванной Делию, смущенно фыркнул и вернул зрение в тронный зал. Встал, прошелсявозле трона, за ним почтительно следовал мэтр Лагефель, за мэтром бдительноследовала Мара. Сварог резко остановился (отчего вся процессия сбилась сритма), обернулся:

— А теперь поговорим о серьезных вещах. Мэтр, что вамизвестно о маленьком народце из подземной пещеры?

— Только то, что они существуют и обитают там, —ответил тот. — Покойный король ими ничуть не интересовался, полагая ихполными ничтожествами, а сами они наверху никогда не появлялись. Насколько язнаю, они живут в пещере с незапамятных времен, возможно, обитали там еще доШторма, хотя с уверенностью сказать не берусь.

— Можно узнать о них побольше?

— Боюсь, нет. Вся магическая власть — да и любая прочая— короля Хелльстада имеет силу лишь на поверхности земли. В свое время корольне озаботился расширить свои возможности, а потом все устоялось, иные законыстали незыблемыми, иных установлений уже не изменить. Впрочем, попробуйтевпоследствии, вдруг и удастся придумать что-то… Знаете ли, у нас здесь обитают,если можно так выразиться, старые постояльцы. Гномы обитали под Хелльстадом, когдаон не был еще Хелльстадом, но позже ушли. Около тысячи лет назад. Иногда здесьпоявляются одиночки по каким-то своим делам, они не причиняют вреда, а интересане представляют. Есть и приблудившиеся позже, милостиво оставленные в покое —вроде тех полуразумных мохнатых тварей, Крошек-Огородников, вы их видели…

— Понятно, — сказал Сварог. — Потомразберемся. Теперь скажите: есть у нас реальная возможность отказать от домаперсоне, именуемой Князем Тьмы? Проще говоря, выставить его из Хелльстада ковсем чертям?

Мэтр то ли задумался, то ли откровенно мялся. Из-под арки,распростерши неподвижные крылья, вылетел огромный сокол цвета старой бронзы счерным, как ночь, клювом, бесшумно проплыл над головой Сварога, обдав легонькимдуновением, уселся на спинку трона рядом с золотой птицей-мажордомом, с тихимзвоном сложил крылья и застыл. Глаза из ограненных рубинов, подсвеченныеизнутри загадочным сиянием, уставились куда-то в пространство.

— Видите, даже ваш телохранитель встревожен, —тихо сказал мэтр Лагефель.

— Что-то он не тревожился, когда покойному хозяинупришлось туго, — буркнул Сварог.

— Потому что ничуть не встревожился сам хозяин. Это жемеханизм, он не мыслит — появляется на зов. Вы его не звали, но от вас, стоилозавести разговор о Князе Тьмы, помимо вашего желания исходила такая тревога,такое беспокойство, что сокол счел это за призыв…

— Я и не вру, будто спокоен, — сердито сказалСварог. — Вы не виляйте. Мне нужно знать точно, и не вынуждайте вы меня навсякие пошлости вроде классического монаршего гнева…

— Избавиться от Князя Тьмы не столь уж сложно, вашевеличество. Но персона эта, осмелюсь заметить, весьма могущественна, злопамятнаи крайне мстительна, следует трезво взвесить все последствия…

— Зарубите себе на носу, милейший мэтр, — сказалСварог. — Нам с ним вдвоем тесно! У меня в королевстве, на этой планете —и далее везде…