Война жреца. Том III. Финал - Александр Якубович

Это я понимал, как никто другой. Слишком хорошо я помнил сцену в небольшом святилище, когда откачивать меня по зову Калиты явились Геора, Пал и Соф.

— Тебе очень повезло, что я сначала думаю, а потом делаю, — сказал я. — Другой на моем месте просто снес бы тебе голову и пошел дальше, еще там, на рынке.

— Ни к кому другому в таком виде я бы и не сунулась, — ответила Энжи. — Но пойми, я хотела вытащить тебя из плена…

Я удивился.

— Вы же меня туда и засунули? Зачем потом вытаскивать?

— Геора считала, что если Единый получит тебя, он точно сунется в Соншу… Я не была с этим согласна.

— Она так торопилась? — спросил я.

Если Пантеон подставил меня под жрецов, то значит Матерь пыталась форсировать события. Для чего, зачем? Ответ мог быть только один.

— Он становится сильнее, так? — задал я риторический вопрос.

Энжи промолчала.

— Единый становится сильнее и уже сейчас Пантеон не уверен, что сможет справиться с ним. Ответь мне, это так? — спросил я еще раз.

— Да, с каждым днем он все сильнее.

— И как это понимать? У него же нет доступа к Источнику, а у вас есть, — я совершенно не понимал, как это могло случиться.

Энжи чуть поворочалась, собираясь с мыслями, после чего заговорила вновь, но совершенно не о том, о чем я ожидал:

— Антон, ты когда-нибудь задумывался, почему ты обладаешь магией разума? И почему ты стал Истинным жрецом Лу. И почему доспех Пала принял тебя и подчиняется тебе?

При упоминании перчатки я неосознанно шевельнул стальными пальцами, будто проверяя, на месте ли протез.

— Ну, по магии разума мы с Лу когда-то решили, что виной всему заклинание Георы, которое связывало нас. В физической форме Лу тоже обладала магией разума. Жрец… Ну тут все понятно, я хотел им стать, искренне хотел быть с ней… А вот про перчатку ты мне ответь. Я всегда считал, что это подарок Сиятельного, но он вроде как порвал со мной связи и теперь я привожу ее в движение силой жреца. Разве не так?

Все это было логично. У меня ушли годы на то, чтобы прийти именно к таким выводам, раз за разом отметая все прочие теории. Со мной соглашалась и Лу, которой хоть и не хватало знаний, но кое-что она смыслила.

— Знаешь, это очень стройные теории… Но совершенно неправильные, — ответила мне Седьмая. — Ты получил все это, потому что Источник Таллерии — чужой для тебя. И ты слишком к нему восприимчив, вот и все. Там, где в Таллерии рождается и живет обычный человек, ты становишься магом, причем не простым, а ментальным, человеком, способным выходить на изнанку мироздания. И перчатка твоя… Знаешь как я орала на Пала, когда он тебе ее послал?

— Почему же?

— Потому что этот дар мог убить тебя, и дело даже не в руне, которую нам с Фором пришлось вымарать. Обычного человека, да даже Истинного жреца любого из богов такой бы дар убил. Просто разорвал изнутри силой Первородного. А тебе — хоть бы что. Она мгновенно срослась с тобой, а потом ты еще годами пользовался силой Пала, будто своей собственной… Ты как губка, Антон. Там, где богам нужны молитвы, чтобы отфильтровать и трансформировать разлитую в пространстве дикую энергию Источника в то, что мы можем использовать, тебе достаточно просто не сопротивляться. Ты впитываешь ее сырой и дикой, как сухой песок впитывает воду.

Все, что сказала Энжи, выглядело логично и правильно. Ушло множество нестыковок, что мучили меня годами и на которые я так и не смог найти ответа. Впрочем, ее слова породили целый ряд новых вопросов, самый главный из которых я тут же озвучил:

— Ты хочешь сказать, что я стал или стану в итоге богом? — с небольшой дрожью в голосе спросил я.

На секунду Энжи притихла, будто ее и не было по ту сторону костра, после чего рассмеялась.

— Ох! Антон! Ответь мне, у тебя есть душа?

— Ну конечно, — ответил я.

— Ну вот и все. У богов нет души, Антон. Ты не бог. Ты просто то, что раньше считалось невозможным. Человек, способный управлять божественной силой. Силой Источника.

— Откуда ты знаешь, что у богов не может быть души? — уточнил я.

— А почему ты считаешь, что я всегда была богом? — вопросом на вопрос ответила Энжи. — Ладно, давай спать. Через пять часов рассвет.

Хоть последняя реплика Седьмой была не то, что чистой провокацией — информационной гранатой — и меня буквально разрывало от любопытства, я согласился с тем, что пора завязывать с беседами у огня. Нужно выспаться. Если мы на самом деле отправимся в Апахабас вместо того, чтобы как зайцы петлять вокруг Великих Гор, пытаясь подобраться к Сонше с севера, по земле, то времени на разговоры будет у нас еще очень и очень много.

Правда, новый маршрут тоже не выглядел приятным. Придется сделать крюк почти в половину континента, но другого пути в Соншу не было…

Следующие несколько дней были решающими. С одной стороны мы могли двинуться прямо на запад, к заливу, с другой — свернуть на север, к порту Кисин, который пусть и не был крупным торговым узлом, но служил перевалочной базой для купцов, что не желали подниматься вверх по течению Лотоши. Отсюда грузы расходились по центральным землям Шаринского Княжества или же направлялись в Альсефорд. Если мы зайдем слишком далеко на запад, то придется возвращаться. Но Энжи настаивала на том, что Вилс подкупил всех в радиусе минимум сотни лиг от Альсефорда, а также в нескольких пограничных городах Гонгорского Королевства, через которые я бы мог проходить на восток или юг. Так что соваться в Кисин было банально опасно.

Решение мы приняли, когда на четвертый день пути по петляющим проселкам вышли к небольшому поселению, еще недостойным называться городком, но уже и больше села. Тут был даже свой трактир, куда мы с Энжи и зашли — сдать местной прачке или хозяйке одежду на чистку, нормально поесть и дать отдых лошадям. Решили, что может и переночуем в этом месте, которое местные гордо называли Инфорд — что указывало на близость столицы.

— Хозяин, скажи, а далеко тут до Кисина? — спросил я у мужика, что держал этот кабак и сейчас принес нам горячей еды и свежего хлеба.

— Так это четыре дюжины лиг на север, значится, тут даже дорога есть, да. Телега даже пройдет, а конным — так точно! — ответил мужчина.

— Строго на север, да? — уточнила Энжи.

— Так точно, барышня, строго на север. Если уж дальше пройдете, то можно конечно выйти на большую дорогу на полпути к Фатсуну, но тама, значится, возвращаться на восток еще столько же придется, хоть и ехать сподручней.

Мы поблагодарили хозяина за справку, а я еще и накинул серебряную монетку, попросив хорошо вычистить, накормить и напоить наших лошадей. Мы с Энжи решили, что если кормят тут прилично, то останемся до утра. Запах свежего хлеба и хоть и небольшие, но весьма аппетитные кусочки мяса в похлебке говорили о том, что гостей тут любят.