Голем в оковах - Пирс Энтони

Волосатая лапища ухватила Гранди на лету.

Голем затрепыхался, испугавшись, что попал в руки ведьмы, и лишь потом понял, что его поймал Храповик.

– Ты спас меня! – изумленно воскликнул он.

– Я как раз лез за тобой наверх, – прохрапело подкроватное чудовище на своем языке.

Гранди умолк. Он чувствовал слабость – и огромное облегчение. Уже смирившись в мыслью о смерти, голем, тем не менее, был рад спасению. В конце концов, как-то неловко умирать, так и не завершив Поиск.

Храповик отнес Гранди к подножию башни, где в бледном свете луны дожидалась Рапунцель. Подкроватное чудовище на лунный свет не реагировало, – видимо, опасность заставила его забыть о своих страхах.

Рапунцель, увеличившаяся до человеческого роста, сидела в ведьминой лодке. Пришло время прилива, и башня превратилась в остров. Голем невольно задумался о том, какого роста была девица, когда Храповик спускал ее на землю по ее же «волосам. Если человеческого, то как подкроватному чудовищу удалось выдержать такую тяжесть? А если эльфийского, то почему не стали короче ее волосы? Но по большому счету все это не имело значения. Главное, что они выбрались из башни и у них есть лодка.

Однако косы оставались привязанными к стулу на вершине ведьминой твердыни. Рапунцель не могла двигаться дальше, если только… Девушка вытащила ножницы.

– Мне так не хочется делать это, – всхлипнула она, – но… – Она вручила ножницы Храповику:

– Давай ты.

Храповик зажал ножницы в волосатой лапе, а другой ухватил волосы в пригоршню, держа их подальше от головы. Раз – и дело сделано.

Шелковистые косы остались свисать с башни, а головка Рапунцель оказалась коротко остриженной.

– Как я выгляжу? – пролепетала девушка, робко прикасаясь к остаткам своей прически.

– Ужасно, – ляпнул, не подумав, Гранди.

Рапунцель ударилась в слезы.

– Мои прекрасные, мои чудесные волосы! – причитала она.

У голема сердце обливалось кровью, он не мог видеть столь очаровательное создание в таком горе. Головка Рапунцель и впрямь выглядела не лучшим образом, но в остальном девушка оставалась прекрасной.

– Я хотел… – начал Гранди, желая хоть как-то ее утешить.

– Знаю я, чего ты хотел! – крикнула Рапунцель, сердито топнув ножкой.

– Я просто хотел сказать, что восхищен твоей храбростью. Мало кто решился бы на такой поступок.

– Правда? – Лицо красавицы слегка просветлело.

– Эй, вы небось думаете, что смылись? – крикнула сверху ведьма. – Как бы не так! Я спускаюсь.

– Пора уносить ноги! – воскликнул Гранди. – Рапунцель, ты достаточно велика, чтобы управиться с веслами.

– Не смей! – заорала ведьма. – Сиди на месте и жди, когда я за тобой приду.

Рапунцель застыла.

– Мы должны бежать! – взволнованно вскричал Гранди. – Бери весла и греби.

– Я не могу, – пролепетала девушка, – матушка Сладость не велит.

– Эта твоя матушка Гадость всего-навсего хочет завладеть твоим телом.

– Знаю. Но все равно не могу ослушаться ее. Я никогда никого, кроме нее, не знала.

Гранди почувствовал, что Рапунцель прекрасна не только телом, но и душой. Даже зная страшную правду, она не могла ослушаться ту, которая заботилась о ней всю жизнь.

Ведьма вылезла в окошко и принялась спускаться по волосам. Она явно намеревалась забраться в лодку, вышвырнуть Гранди и Храповика за борт, а несчастную девушку вновь затащить в Башню из Слоновой Кости. Пленив девушку, старая колдунья сумеет доказать ей, что все случившееся не более, чем дурной сон, и со временем неминуемо завладеет ее телом.

Однако сам голем при всем желании не мог грести. Для этого он был слишком мал.

– Храповик, может, ты…

Но свет луны сделался заметно ярче, и подкроватное чудовище забилось под сиденье. Рассчитывать на Храповика не приходилось, во всяком случае, до тех пор, пока не стемнеет. Гранди огляделся и приметил высоко в небе тучу. Именно она только что отошла в сторону, позволив луне светить во всю силу. Случайно или нарочно?

Очертания тучи показались голему знакомыми.

Неужто ему снова довелось встретиться с тучной королевой? Впрочем, подумал Гранди, нет худа без добра. Эта летучая громыхалка норовом не уступит ведьме, а если использовать ее злость с толком…

– Эй, пшикалка небесная, – позвал он, – как тебя занесло так далеко от дома? Коли вздумала сдуру рыб дождиком помочить, то они и без того мокрые.

Туча раздраженно сгустилась. Это и впрямь была Грозовая Громовая.

Ведьма спускалась с удивительной прытью.

– Дурища туманная, – крикнул голем, – только и знаешь, что летать туда-сюда, а сама и ветерка устроить не можешь! Всю свою силу растратила еще над Провалом, куда уж тебе состряпать приличную бурю!

Туча обиженно громыхнула и метнула пробную молнию.

– Нечего меня пугать, дымная рожа, – продолжал Гранди. – Я-то знаю, что ты просто хлопушка. Одно и умеешь – надуваться да тарахтеть.

Бьюсь об заклад, тебе не попасть даже в эту башню.

Туча разбухла, дунула, и на башню обрушился настоящий шквал. Теперь разозлилась ведьма.

– Смотри, куда дуешь, пыхтелка несчастная! – злобно выкрикнула старуха. – У тебя что, мозги отсырели?

Внимание тучной королевы переключилось на морскую ведьму. Ветер усилился. Волосы раскачивались, и продвижение преодолевшей уже четверть пути старухи основательно замедлилось.

– Оставь в покое мою подругу! – крикнул голем с неожиданным воодушевлением.

Туча подлетела ближе и принялась поливать башню дождем.

– Убирайся! – завопила морская ведьма. – Чтоб тебе испариться!

– Давай-давай, – радостно подхватил Гранди, – делай, как велено. Ни на что другое ты все равно не годишься.

Тут уж тучная королева разозлилась по-настоящему. Она выросла втрое и наполнилась сверкающими молниями. Огненные стрелы целились в башню.

Поняв наконец, чем это пахнет, ведьма принялась торопливо взбираться вверх. Ей вовсе не хотелось, чтобы гроза застала ее на полпути между подножием и вершиной. Подниматься было труднее, потому что волосы намокли и стали скользкими, но старуха поспешала изо всех сил.

Она успела залезть в окно за миг до того, как в стену ударила молния. Башня из Слоновой Кости была сработана прочно и защищена от любого внешнего воздействия, но с надеждой догнать беглецов колдунье пришлось распроститься.

Вне себя от ярости, она высунулась из окошка и погрозила туче кулаком: