Источник магии - Пирс Энтони

– Великаны бывают очень разные, как и все прочие существа, – подал голос Хамфри. – По-моему, этот настроен вполне дружелюбно.

– Дружелюбно? – удивился Бинк.

– Для великана, разумеется. Пожалуй, лучше будет войти.

– Из тех, кто смел, я супчик ел! – сообщил великан через голема.

Но грифон уже входил в дом, и хозяин неохотно посторонился.

Внутри было тесно и угрюмо, как всегда и бывает в жилище монстра. Яркий свет, бивший поначалу в дверь, теперь погас – по всей видимости, хозяин, по случаю появления гостей, зажег новый факел, но тот уже успел сгореть. Пол устилала подгнившая солома, вдоль стен располагались груды поленьев веревочного дерева, а над ярким пламенем очага в центре комнаты грязевым вулканом булькал хотел. Ко всеобщему облегчению, никто не заметил обглоданных костей, и это немного ободряло. Бинку никогда не доводилось слышать о великанах-вегетарианцах, но демон Бьюрегард, без сомнения, знал что говорит.

Поняв, что обмен оскорблениями и угрозами был в основном блефом, Бинк ощутил себя слегка уязвленным: вот, пожалуйста, его смог одурачить и этот добродушный монстр.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Ты жрать, потом спать. – Великан, конечно же, не понял его.

– Я – Бинк, а ты?

– Вкусный суп – спасибо, Хруп.

Великан сунул грязную волосатую пятерню в кипящий хотел, пошарил в нем, зачерпнул горсть варева, плюхнул в щербатую деревянную миску и протянул Бинку.

– Ешь, Бинк.

– Да ведь он же хотел сказать, что его зовут Хруп, – догадался Честер. – Он предлагает тебе поесть. И у него, надо полагать, нет различия между обедом и ужином. Вся еда для него – «жрать».

– Ах, вот оно что... Э-э... спасибо, Хруп! – Благодарность, увы, получилась неуклюжей. «Вкусный суп – спасибо. Хруп» – теперь все понятно. Одновременно: предложение еды и ответ на вопрос об имени, а вовсе никакая не угроза. Итак, Хруп...

Бинк взял миску с похлебкой. Великан тем же способом угостил и остальных. Казалось, его огромная лапа совсем не чувствительна к жару.

Бинк с сомнением рассматривал свою порцию. Варево было слишком густым, чтобы его пить, и слишком жидким, чтобы черпать ладонью. К тому же, хотя и почти кипящее, оно не производило впечатления хорошо проваренного. Оно было темно-пурпурного цвета с зелеными вкраплениями, но пахло довольно приятно, и это обстоятельство примиряло даже с тем, что в миске плавала ошпаренная муха.

Честер оценивающе принюхался.

– Так это же пурпурный буиллон с зеленым ореховым деревом – феноменальный деликатес![1]Но чтобы извлечь буиллоновый сок, необходим магический процесс. А уж ореховое дерево может добыть только сумасшедший зеленый эльф. Как ты смог с этим справиться!?

Великан улыбнулся. Эффект – даже в полумраке – оказался потрясающим.

– У меня есть эльф, он работает здесь, – зачастил голем.

Затем великан взял из поленницы полено, поднял его над котлом и стал выкручивать, как мокрое полотенце. В котел потекла тонкая струйка пурпурной жидкости. Выжав полено досуха, великан небрежно разделил его на волокна, из которых оно состояло, и швырнул их в огонь – они тут же вспыхнули.

Никогда Бинку не доводилось видеть столь откровенную демонстрацию грубой силы. Не желая обсуждать это, он выудил из миски муху, сунул пальцы в остывающую массу, достал похожий на крем шарик и осторожно положил его в рот. Он оказался изумительным на вкус!

– Никогда ничего лучшего не ел! – не удержался от восторженного восклицания Бинк.

– Бинк думал, что воняет. Теперь он запах знает! – прогрохотал польщенный Хруп.

Кромби отведал из своей миски и удовлетворенно каркнул.

– Можешь вонять сколько угодно – похлебка отменная! – перевел Гранди.

Хруп, весьма довольный после двойного комплимента, зачерпнул горсть кипящего варева и отправил прямо в огромный рот. Он облизал пальцы, съел еще несколько горстей. Когда гости очистили миски, великан снова их наполнил, и никто не стал возражать. В конце концов, какие магические микробы способны уцелеть при такой температуре?

После ужина компания расположилась на соломе. Все как будто были удовлетворены и собирались заснуть, но Бинка что-то упорно продолжало тревожить. И вскоре он понял причину.

– Хруп, у нашего племени принято оказывать услугу за гостеприимство. Что мы можем сделать, чтобы хоть как-то отплатить за ужин и ночлег?

– Совершенно верно! – поддержал Честер. – Может, тебе дров наколоть? Или что-нибудь другое сработать?

– Не надо слов, хватает дров, – пророкотал великан. И тут же шарахнул ребром ладони по полену, отчего оно разлетелось на щепки. Да, тут ему помощь явно не требовалась.

Кромби благодарно каркнул.

– Птичий клюв говорит, что может показать направление на что угодно. Чего ты хочешь, каменное лицо?

– Спать хочу, оттого молчу, – отозвался Хруп.

– Подожди, сперва мы что-то должны для тебя сделать! – настаивал Бинк.

– Ничего не надо, ваш хороший сон – награда!

Хруп захватил пригоршню соломы, стиснул ее в кулаке, а когда разжал пальцы, солома оказалась спрессованной – получился длинный прут, которым великан принялся ковырять в зубах.

– Мы не сможем ему ничего навязать, если он не хочет, – подытожил Честер.

– А может, он и сам не знает, чего хочет! – возразил Бинк. – Надо все же соблюсти обычай.

– Ты несомненно умная деревенщина, – сказал Гранди, выступая на сей раз от собственного имени. – К чему нарываться на неприятности?

– Тут дело принципа, – неуверенно произнес Бинк. – Кромби, ты можешь указать, где находится то, чего хотелось бы нашему хозяину?

Грифон утвердительно каркнул, завертелся, разворошив солому, и вытянул крыло. Оно указывало точно на Доброго Волшебника Хамфри, прикорнувшего в углу на охапке соломы.

– Забудь об этом, – сонно пробормотал старик. – Меня есть не разрешается.

– Но он же вегетарианец! – напомнил Бинк. – Он не может хотеть съесть тебя. Очевидно, он хотел бы задать тебе Вопрос!

– Но я не стану отвечать всего лишь за ночлег на соломе! Ему придется отслужить у меня год.

– У меня Вопроса нет, и не нужен мне Ответ, – буркнул великан.

– Кажется, мы вынуждаем нашего хозяина совершать нечто для него нежелательное, – на удивление дипломатично заметил Честер. Выкручивание полена, превращение его в щепки и изготовление зубочистки из соломы определенно произвели на кентавра глубокое впечатление. Что ж – такого сильного существа путники еще не встречали.