Магия безумия - А. Г. Говард

– Предложив в обмен мою кровь, – догадывается Джеб.

Не важно, сколько раз он дрался дома; даже с армейским ножом у человека нет ни единого шанса против трехсоткилограммового морского чудища.

– Он не эльф! – кричу я из-за спины Джеба. – Он человек! Посмотри, какие у него уши!

Джеб стискивает мой палец, умоляя молчать.

– Это всё равно. Драгоценности и богатства ничего не значат для Мудрой. Но она отчаянно нуждается в твоей помощи, морская капустка. О да. Она много лет ждала, когда ты придешь.

Я постепенно начинаю соображать. Цветы сказали, что Мудрая – это Гусеница. Значит, я нужна ей? Может быть, именно Гусеница послала сперва бабочку, а затем и моего темного проводника, чтобы разыскать меня и привести сюда.

Щупальца осьминоржа извиваются вдоль бортов лодки, как гигантские питоны, и доски трещат.

– Взяв тебя в заложники, я могу поторговаться за флейту. Гусеница сама положит ее к моим ногам, чтобы ты осталась цела и невредима.

– Только через мой труп, – говорит Джеб.

Я дергаю его за руку, но он не обращает на это никакого внимания.

Осьминорж перебирает руками-ластами.

– А, верный друг. У меня тоже такой был, много лет назад. Плотник. Он украсил мои клыки резьбой и смастерил прекрасный сундук, чтобы я мог держать там запас устриц. Но потом я узнал, что он воровал мою добычу. Поэтому однажды ночью, когда он спал, я схватил его… – щупальца обвиваются вокруг лодки, в качестве наглядного примера, – запер в сундук с пустыми раковинами и бросил в море, чтобы заглушить крики. Плотник стал кормом для рыб.

Я прикусываю губу, чтобы удержать вопль.

Осьминорж смеется.

– Жутко, да? Сами понимаете, если я так жестоко обошелся с другом, что мешает мне убить вас? Я ведь должен насытиться.

Он проводит тонким остроконечным щупальцем по своему длинному, покрытому слизью клыку.

– Я получу девчонку!

Осьминорж выбрасывает щупальца и хватает Джеба поперек тела.

– Нет!

Я цепляюсь за него, но щупальца вырывают Джеба из моих рук и поднимают в воздух.

– Земля… слева! – кричит Джеб и борется с чудовищем, едва не напоровшись на смертоносный клык. Лодка качается.

Сдерживая крик, я хватаюсь за сиденье, чтобы не свалиться. Джеб прав. На горизонте что-то виднеется. Оно блестит, как черная бусина. Это вполне может быть остров, о котором говорили цветы.

– Плыви! – кричит Джеб. – Я задержу его, сколько смогу!

Он хватается за цепочку на шее у чудища и отпихивает несколько щупалец, чтобы я могла выпрыгнуть. Один из клыков рассекает ему штанину на колене. Треск рвущейся ткани напоминает мне про ужасную смерть устрицы. Я не позволю, чтобы это случилось с Джебом.

В воде мы не спасемся от осьминоржа. С ним бессмысленно драться. Никаких очевидных слабостей у него нет… только неутолимый голод.

– Подожди! – Я падаю перед чудищем на колени, повинуясь внезапной мысли и надеясь, что это сработает. – Пожалуйста, отпусти моего друга, и я охотно тебе помогу!

– Не надо! – орет Джеб.

– Дай слово, девчонка, – говорит осьминорж, пуская слюни и ухмыляясь. – Ты знаешь правила… подземец, дав клятву, не может ее нарушить, иначе он потеряет всю свою силу.

Понятия не имею, почему он считает меня обитательницей подземья, но мне это на руку.

– Клянусь, я тебе помогу.

– Этого мало, – говорит он и крепче стискивает щупальцами грудь Джеба, так что у того вырыватся стон. – Пообещай, как положено. Положи руку на сердце и поклянись своей жизненной магией. И поконкретнее.

Я бросаю взгляд на синеющие губы Джеба и кладу дрожащую руку на грудь.

– Я клянусь своей жизненной магией, что помогу тебе умерить аппетит.

Грозно пошевелив усами, осьминорж распускает щупальца и освобождает Джеба. Тот плюхается в лодку.

Я обнимаю его, покрытого слизью, а он помогает мне устоять на ногах. Сквозь кашель я едва могу разобрать слова:

– Надо было… бежать.

– Нет, – шепотом отвечаю я. – Мы неразлучны. Помнишь? – И поворачиваюсь к нашему недругу: – Мистер Осьминорж, я знаю, как наполнить ваше брюхо. Нужен пирожок.

Джеб, наконец отдышавшись, хмурится.

Чудовище снова устраивается на сложенных щупальцах, как в гнезде, фыркая и отдуваясь после борьбы.

– Ты хочешь сказать, что приготовишь мне какой-то там пирожок с устрицами?

– Нет. Это будет пирожок для устриц, – отвечаю я. – Чтобы вам хватило вашего запаса, пока мы не принесем флейту. У нас есть отличное средство, чтобы сделать устрицы размером с тарелку.

Я поворачиваюсь к Джебу и одними губами произношу: «Охотник становится добычей».

Он понимает меня – и светлеет. Джеб достает рюкзак. Просто невероятно, с каким хладнокровием он держится, несмотря на то, что совсем недавно его пытались проткнуть, раздавить и сожрать.

Чудовищный морж с любопытством смотрит на нас.

Джеб разворачивает бандану и вынимает пирожок, на котором изюминками выложена надпись «Съешь меня».

Осьминорж радостно ухает.

– Увеличивающий пирожок! Где вы его нашли? Я никогда не видел, как эта штука работает. После инцидента с Алисой такие пирожки запретили. Но не важно, не важно…

Он вновь открывает коробочку, которая висит у него на цепочке. Очередная устрица яростно сопротивляется.

– Давайте сюда пирожок, – приказывает осьминорж. – Если не получится, я выпущу твоему смертному другу кишки и скормлю их рыбам.

С его клыков стекает густая слюна, заполняя резьбу.

– Всё получится, – заверяет Джеб, придвигая к нему пирожок. – Жизнью ручаюсь.

– О да.

Морж-мутант с кряхтением нагибается за пирожком. Отломив крошку, он собирается засунуть ее между створок.

– Дай ей побольше, – советует Джеб, подбирая рюкзак и вместе со мной отодвигаясь к борту. – Впихни, сколько влезет.

– Да, да, я как раз про это подумал! Устрица размером с тарелку…

Не глядя на нас, осьминорж хихикает и отламывает кусочек побольше. Насильно раскрыв створки, он засовывает его внутрь и сжимает устрицу.

Проходит несколько секунд – и устрица начинает дрожать, а вместе с ней и вся лодка.

Джеб прыгает в воду, держа меня за руку.

Щупальца касаются моей ноги, но тут же теплая вода смыкается над нами. Мы погружаемся. Джеб по-собачьи плывет впереди, и его волосы змеятся, как водоросли. Он не выпускает моей руки. Я вместе с ним рвусь на поверхность, но сапоги и одежда в воде тяжелеют, плыть неудобно.

Мы выныриваем, глубоко дышим и перебираем руками на месте, чтобы посмотреть, что происходит в лодке. Устрица растет – она уже размером не с ручное зеркальце, а с мусорный бак. На удивление изящно мелькают плавники и щупальца, когда осьминорж, осознав свою ошибку, пытается перевалиться за борт.