Пламя в твоих руках - Марина Эльденберт

— Легко? Ты ее унизил! В моем присутствии, из-за чего я чувствую себя отвратительно.

— Достаточно. Слышать об этой женщине я больше не желаю.

Местра Халлоран вздохнула. Судорожно, точно ей не хватало воздуха.

— Об… этой женщине?! Твой отец был в чудесных отношениях с этой семьей! Ирргалия — сильнейшая из алых. Ты хоть понимаешь, что на предстоящих выборах Стоунвилл может поддержать Шахррейна? У них древний род и сильная кровь, к тому же Деверик с радостью объединит их семьи.

— Я отправлю им подарок. А тебе советую помнить, что Леона моя гостья, и относиться к ней соответственно.

— Соответственно? — Светлые глаза яростно сверкнули. — Что ж, соответственно — с удовольствием. Особенно если вспомнить, как ты отнесся к моей.

Развернувшись, местра Халлоран показала нам идеальную спину, обтянутую приталенным жакетом, и скрылась за дверями. Они мягко клацнули, точно выражая ей свое сочувствие, а нам — возмущение.

— Пойдем. — Рэйнар увлек меня следом.

Так просто, как будто ничего не произошло.

Возможно, для него действительно ничего не произошло.

— Для нее это тоже был сюрприз? — решила уточнить.

— Мама раздосадована скорым отъездом Ирргалии.

М-да. Вот не хотела я поднимать эту тему, но, похоже, спросить все-таки придется.

— Она уехала по своей воле?

— Нет.

Упс.

— То есть ты попросил ее уехать?

— Можно и так сказать.

Ну теперь-то понятно, что теплого приема ждать не приходится.

— А если сказать точнее?

Рэйнар внимательно на меня посмотрел.

— Если сказать точнее, Ирргалии закрыт въезд в Мэйстон.

Ой.

— Дальнейшее наказание остается на усмотрение местра Стоунвилла.

Актуально, если учесть, что Ирргалия его дочь.

— Потому что он тоже правящий?

— Потому что он правящий Флангстона. У иртханов существуют свои законы.

Да, в один я уже вляпалась. Когда чуть не подставила Рингисхарра.

— Живи она здесь, я бы мог наказать ее гораздо более сурово. Но она из другого города.

Мы как раз вошли и очутились во дворце. Под ногами сверкал натертый до блеска мрамор. Ковры на несколько оттенков темнее были разбросаны тут и там. На одном из таких устроился круглый столик аккурат напротив лифтов. Впервые в жизни я видела двухэтажный холл: с одной стороны расположился импровизированный камин, вокруг которого примостились диванчики. Лестница уводила на второй этаж к балкону, откуда тоже можно было попасть в лифт.

Люстре могла позавидовать Мэйстонская опера. Честное слово, будь я Мэйстонской оперой, я бы позавидовала. Тысячи хрустальных капель в десятки ярусов переливались на свету, что струился сквозь огромное, в два этажа, окно. Под люстрой, окруженный узором на полу, был небольшой каменный фонтан с рожками-подсветками. В центре гордо восседала дева, чьи волосы стекали вниз по чашам. По волосам струился водопад.

— Если честно, не представлял, что Стоунвилл вообще об этом заикнется.

— Из-за этого могут возникнуть сложности?

Рэйнар помолчал.

— Не думаю.

— Но?

— Нет никаких но, Леона.

Надеюсь. Потому что мне как-то совсем не улыбалось стать причиной неприятностей Рэйнара.

— Что было бы, если бы ты позвонил Аррингсхану?

— Стоунвилл обязан был бы наказать дочь официально.

Официально — это как? На площади выпороть, что ли?

Решила не уточнять.

А то еще окажется, что да.

— Я рада, что ты этого не сделал.

Рэйнар пристально посмотрел на меня, но ничего не сказал.

А я вернулась к созерцанию холла. Что самое интересное, охраны не заметила. Хотя, возможно они скрывались в многочисленных задрапированных нишах. То, что камер здесь понатыкано, как на стадионе, и так понятно. А еще в холле было много напольных ваз и живых цветов. Правда много. Но и самого холла тоже было много. Вот очень.

Капсула лифта подкинула нас на нужный этаж столь стремительно, что у меня закружилась голова. Вполне вероятно, голова кружилась после телепорта, просто раньше я этого не заметила, оглушенная окружающей меня роскошью. А как иначе сказать? Язык при всем желании не поворачивался назвать это просто богатством. Нет, каждый камушек панно, каждая плиточка были настолько идеальны, безупречны и на своем месте, что начинало казаться, будто люди здесь лишние.

— Можно мне план со стрелочками? — поинтересовалась абсолютно серьезно.

— Здесь на каждом этаже навигаторы. — Рэйнар указал на стенд, который попался нам в нише между дверями. Ну да, не спросишь — не почувствуешь себя дурочкой. — У тебя в гостиной будет такой же, только поменьше.

— У меня где?

— В личной гостиной. Через него вызовешь горничную, если потребуется.

Зачем мне горничная?

А личная гостиная?

— Угу.

В широких коридорах можно было устраивать спринтерские забеги и матчи по гратхэнду — если дорожки правильно расчертить. С одной стороны окна, с другой — двери, дневной свет заливал все пространство, по которому хотелось бегать и кричать: «Уи-и-и!!!» Подавив недостойное «серьезной старшей сестры» желание, уткнулась взглядом в абстрактную голографическую картину. Она действительно была абстрактной насколько это возможно: линии сходились над расплавленным небоскребом, изогнувшимся буквой «зю». Рядом с ним так же изогнулся второй, в витиеватую арку проплывал аэроэкспресс, на котором сидел дракон. В небе над городом парило что-то отдаленно напоминающее свернутую жгутом простыню.

Вот ничего я не смыслю в высоком искусстве.

— Мой кабинет.

Кабинет оказался ощутимо больше того, что в квартире. Он вмещал стеллажи с книгами, огромную плазменную панель и длинный вытянутый стол — словом, для совещаний подходил идеально. Тут не хватало только наград, которые стояли в Лаувайе, да стального блеска стен, от которого становилось холодно. За счет пастельных оттенков этот был намного теплее.

— Садись. — Мне отодвинули стул.

— Ты серьезно? Хочешь проверять мою безэмоциональность сейчас?

— Я не обещал, что будет легко.

Иртхан выглядел серьезным, сосредоточенным и деловым: режим «строгий препод» активирован. Вот за что, спрашивается?

— Ты не обещал, что мне в наставники достанется тиран, — буркнула я и ткнула в сторону окна. — Там водопад. И твоя мама. То есть они по отдельности.

— Радует, что по отдельности. — Рэйнар устроился за столом и спокойно посмотрел на меня. — Начнем с теории. Что означает термин «остудить голос»?