Ричард Длинные Руки - фюрст - Гай Юлий Орловский

— Что вы имеете в виду?

Он сказал тихонько:

— Северный материк уже совсем близко. У нас с ним, правда, нет никаких отношений… какие-то древние распри, но вам плыть от силы неделю, даже меньше.

Я подскочил, затем вроде бы опомнился и сел, весь из себя потрясенный, в ясных глазах идиота и гуманиста чистосердечный восторг и недоверие.

— Это правда?

Он кивнул:

— Абсолютная. Наши предки на таких кораблях, которые вас не впечатляют, преодолевали это расстояние и высаживались на их берег. Затем, мерзавцы, приживались там так, что не желали признавать наше старшинство. За это мы периодически опустошаем их берега, не давая выйти в море.

Я прошептал потрясенно:

— Господи, так близко… Нет, надо немедленно, просто немедленно… Побывать там везде, где удастся, занести на карту, составить описание городов и народов…

Он слушал с самым благодушным видом, это же как здорово, что залетный дурак собирается задержаться на континенте так долго. За это время здесь как раз успеют собрать могучий флот, пройти по нашему следу и обрушиться на остров, что гол как сокол в океане, помощи ждать неоткуда, зато знают секреты, как строить огромные корабли…

Женщины строили глазки и заигрывали настолько откровенно, что еще чуть, и начну краснеть, я же целомудренный гуманист, пока держусь, но вот-вот пойду в разгон во все тяжкие, такому соблазну нельзя противиться.

— Ваша Мощь, — проговорил я с трудом, все это время не отрывая взгляда от низкого выреза на платье одной из улыбающихся мне красоток, — я с вашего позволения… с вашего позволения… ага, пойду навещу своих людей…

Он быстро зыркнул на нее, на меня, понимающе кивнул:

— Конечно-конечно, дорогой сэр Ричард! Развлекайтесь. Здесь все в вашем распоряжении!..

— Спасибо, — сказал я и нетвердо поднялся, глупо улыбнулся и пошел к выходу.

Красотка, как я заметил боковым зрением, тоже поднялась, что не осталось не замеченным для короля, пошла вдоль стены к той же двери, что и я.

Я вышел первым, но не стал ее ждать, а быстренько шмыгнул в соседнюю, прошел торопливо через помещение, лавируя между слугами с подносами в руках, вышел еще в зал, спросил, где тут пируют пришельцы с моря, мне указали, и я через пару минут вошел в просторные покои, где шум и гам, а мои орлы пьют и веселятся с очень раскрепощенными женщинами.

— Ну-ну, — сказал я, — хороши.

Юрген вскочил, ответил с достоинством:

— Стараемся, ваша светлость. Пусть видят, что умеем не только топить корабли.

Он держал на руках девчонку с пышными формами, хотел пересадить Якову, но у того уже сидит одна, а две вряд ли поместятся, подумал и, опустив ножками на землю, шлепнул по заднице, отпуская на свободу.

— Что узнали, ваша светлость?

— Отойдем чуть, — предложил я. Юрген кивнул на балкон, мы вышли, и я сказал, понизив голос: — Пока немного, но много и не нужно. Стекъярл уверяет, что им вполне хватает и малых лодок, чтобы плавать между островами. Тут он прав, однако глазки что-то слишком уж блестят, когда расспрашивает, где наше королевство Я сказал, что оно в двух неделях пути и что размерами в десять раз мельче. А военной силы почти никакой.

Юрген спросил с недоверием:

— И он поверил?

— А как иначе, если у нас только один остров посреди безбрежного океана? И никто никогда не нападал извне…

Он кивнул:

— В общем, ловушку вы поставили знатную.

— Не ловушку, — возразил я. — Всего лишь приманку. А наша цель, как объяснил королю, доплыть до северного материка, составить карту берега, осмотреть там все, а это займет несколько месяцев, и вернуться с докладом о победном испытании кораблей!

Он посмотрел на меня с хитрым прищуром:

— То есть Его Мощь постарается поскорее вернуть вас… и нас тоже… обратно на корабль?

— Да. Иначе, если не вернемся, корабли в конце концов повернут обратно, а в нашей островной Армландии поднимется тревога. И внезапное вторжение будет… не таким внезапным.

В проеме появился Яков, уже без женщины, понизил голос, чтобы не услышали в зале:

— То-то лебезят. Хотят, чтобы мы продолжили наше плавание?

— Очень, — подтвердил я. — И подольше обследовали берега северного материка.

Пир длился всю ночь, я от своих развеселых орлов дважды возвращался за стол к стекъярлу и его окружению. К моему удивлению, красотка, что так и не отыскала меня, сияет всем назло, вид ее говорит всем соперницам, что вот уже дважды побывала в моих объятиях, и все было прекрасно, умопомрачительно и ново, не так, как у них на захолустных островах, где строят такие мелкие кораблики…

Стекъярл посмеивался, очень довольный, приятно знать, что и прибывшие из дальних мест как на ладони, что раскусил сразу же, но что делать, все попадаемся на женщинах, начиная с Самсона и кончая… нет, этот процесс нескончаем.

Наконец я сделал вид, что смертельно пьян, виновато улыбнулся стекъярлу:

— Ваше Вели… чество… Ваша Мощь… я того… удалюсь с вашего разрешения…

— Устали, сэр Ричард? — спросил он участливо и вместе с тем победно, все мы почему-то, умные и дураки, гордимся такой хренью, как вот я перепил всех, какой я орел…

— Ужасно, — признался я. — Но, надеюсь, добреду…

— Вас проводят, — сказал он, — и поддержат.

Красотка было поднялась из-за стола, готовая и поддержать, и проводить, но стекъярл сказал усмешливо:

— Когда на пути к намеченной цели встает женщина, это еще не помеха, но вот когда ложится…

Я ожидаемо загоготал, красотка вовсе не смутилась, здесь основы общественной морали закладывались на ином материале, чем на материке, но стекъярл добавил строго:

— Пусть малость отоспится. Я хочу, чтобы утром у нашего дорогого гостя была ясная голова.

Красотка опустилась обратно, вид недовольный, но что делать, слово короля — закон везде, кроме парламентских республик, а я потащился к дверям, где меня подхватили под руки двое дюжих, но крайне предупредительных слуг.

На этот раз нам отвели довольно приличные покои в соседнем корпусе, хотя, кроме меня, явился только Юрген, да и то через полчаса, остальные остались пировать до утра.

Он осмотрелся с одобрением.

— Значит, мы уже не пленные?

— Еще пленные, — уточнил я, — но уже почетные. Сейчас статус продолжает уточняться.

— Гм… Ну ладно, пусть уточняют. Лишь бы взад не повернули.

— Вряд ли, — сказал я. — Переговоры зело успешны. И в теплой дружественной обстановке.

Он посмотрел с подозрением:

— Значит, морды друг другу все-таки били?