Кричащая лестница - Джонатан Страуд

Успокойся. Думай. Так… Есть ли в моей спальне оружие, которым я могла бы воспользоваться?

Нет. Мой рабочий пояс остался на кухонном столе, двумя этажами ниже. Два этажа! С таким же успехом этот пояс мог находиться сейчас в Китае. Свою рапиру я потеряла на Шин-роуд, она сгорела, расплавилась в огне пожара. Вся запасная экипировка хранится в цокольном этаже – это тремя этажами ниже, дальше чем Китай! Я оказалась совершенно беззащитной. Конечно, что-нибудь подходящее можно было бы найти и поближе, но для этого нужно выбежать из спальни, а эта тварь стоит столбом возле самой двери.

Ой, стоит ли? Воздух колыхнулся. По моей коже побежали мурашки.

Лежа, как сейчас, на животе, я не могла высоко поднять голову, не поддерживая ее руками. В таком положении я видела только ближайшую ко мне ножку кровати – серую и шершавую, полосы молочно-белого призрачного тумана и кусок стены. Моя спина оставалась неприкрытой – в любой момент призрак мог оказаться прямо над ней, а я об этом даже не узнала бы.

Темно в комнате или нет, но я должна немедленно осмотреться. Я собралась, готовясь подняться.

На улице снова включился свет. Я распрямила руки, вытянула голову вверх, бросила быстрый взгляд поверх края матраса…

И мое сердце едва не остановилось от ужаса. Призрак больше не стоял возле двери. Нет. Он двигался – медленно, тихо и висел сейчас уже над кроватью. Он наклонился, слепо начал шарить своими длинными темными пальцами, ощупывая теплое пятно на простыне – то место, где совсем недавно лежала я. По матрасу поплыли завитки плазмы.

Если бы призрак развел руки дальше в стороны, он смог бы прикоснуться ко мне.

Я нырнула под кровать.

Кровать мне досталась, прямо скажем, не самая удобная. Очевидно, на ней когда-то в детстве спал Локвуд. Она шаталась, а матрас походил на поверхность Луны – сплошные ямы и выпирающие пружины. Но зато, к счастью, под ней не было этих новомодных выдвижных бельевых ящиков, а значит, оставалось достаточно свободного места для завалившихся под нее скомканных носовых платков, книжек и тому подобного. И даже для моего маленького сундучка, в котором, уходя из дома, я прихватила кое-какие личные вещи.

А еще под кроватью было достаточно свободного пространства для быстро двигающейся девушки-подростка.

Я не помню, закатилась я под кровать или заползла. Не знаю, что я при этом себе ударила или сломала. По-моему, я хорошо приложилась головой и, должно быть, сорвала наклеенные на руке пластыри, потому что нашла их на ковре. Мне потребовалась секунда, ну, может, две, чтобы пролезть под кроватью и выскочить с ее другой стороны.

Едва я вылезла из-под кровати, как меня накрыло что-то нестерпимо холодное.

Большое и мягкое. На долю секунды меня охватила паника, но я тут же сообразила, что на меня всего лишь с кровати сползло одеяло. За моей спиной полыхнула вспышка грозного потустороннего света. Затем вновь навалилась тьма, и бледно светящаяся тонкая фигура с раскинутыми в стороны руками поплыла сквозь мрак следом за мной.

Я подскочила к двери, с грохотом распахнула ее, едва не сорвав с петель, и отчаянно бросилась бежать вниз по лестнице.

На площадке второго этажа я почувствовала коснувшиеся моей шеи струйки холодного воздуха и закричала:

– Локвуд! Джордж!

Дверь спальни Локвуда была слева. Из-под нее пробивалась тонкая полоска света. Дергая ручку, я оглянулась через плечо – вниз по лестнице медленно опускалось бледное сияние. Дверь не открывалась, она была заперта. Я вскинула кулак, чтобы ударить по двери.

Из-за поворота лестницы показались пальцы, затем светящаяся вытянутая рука…

Дверь распахнулась, меня на секунду ослепил мягкий желтый свет зажженной в спальне лампы.

Локвуд стоял на пороге в полосатой пижаме, поверх которой был накинут длинный темный халат.

– Люси?

Я рванула мимо него в спальню, крича:

– Призрак! В моей комнате! Он приближается!

Волосы у Локвуда были слегка растрепаны, лицо исцарапано, но в целом он был спокойный и уверенный, как всегда. Он не стал ничего спрашивать, просто отступил назад, оставаясь лицом к темному дверному проему. Рядом стоял комод. Локвуд не глядя выдвинул здоровой рукой верхний ящик и принялся шарить в нем. Я почувствовала облегчение, мне даже стало теплее. Слава Богу! Возможно, в комоде найдется соляная бомбочка или банка с железными опилками. Такие вещи всегда должны быть под рукой – ведь кто знает, что может произойти с нами в следующую минуту? Да все что угодно может случиться.

Локвуд вытащил из комода комок, состоящий из деревянной рукоятки, лесок и кусочков металла. Эти металлические кусочки были маленькими фигурками животных и птиц. Локвуд взялся за рукоятку и принялся распутывать лески.

– Это все, что у тебя есть? – спросила я.

– Моя рапира внизу.

– А это что еще за чертовщина?

– Игрушечный мобиль. Сохранился у меня с детства. Если держать вот так, фигурки будут свисать с вращающегося колеса. Потом начнут крутиться и издавать радостные звуки. Больше всех мне всегда нравился улыбающийся жираф.

– Да, все это очень мило, конечно, но… – я посмотрела в сторону открытой двери.

– Фигурки сделаны из железа, Люси. Но что с тобой? У тебя все коленки ободраны.

– Видение. Вначале темная аура, теперь появился потусторонний свет. Побочные эффекты в виде призрачного захвата, тумана и холода. Призрак только что гнался за мной по лестнице.

Локвуд закончил распутывать мобиль, поднял его вверх, тряхнул запястьем – и маленький, составленный из фигурок животных, круг свободно повернулся на своей оси.

– Выключи лампу на прикроватном столике, ладно?

Я сделала как он сказал. Теперь мы оказались во мраке. Темно было и на лестничной площадке – никакого призрачного свечения.

– Поверь мне, он там, – сказала я.

– Хорошо. Иди к двери. Будешь проходить мимо моей кровати, прихвати ботинок.

Мы притаились возле двери. Локвуд крутил мобиль, выставив его перед собой. Ни на площадке, ни на самой лестнице следов какого-либо видения не было.

– Ботинок взяла?

– Да.

– Швыряй его в дверь Джорджа.

Изо всех сил, что у меня еще оставались, я швырнула ботинок в темноту. Он сочно шмякнулся о расположенную напротив дверь. Мы стали ждать.

– Он гнался за мной вниз по лестнице, – сказала я.

– Я знаю. Ты говорила. Ну, давай же, Джордж…

– Думаешь, он проснулся? Шума я наделала достаточно?

– Вообще-то он спит как бревно. Но и бросок у тебя неплохой получился. А вот и он.

Наконец из своей спальни показался Джордж, мигая и щурясь, словно близорукая толстая мышь. На нем красовалась огромная обвисшая голубая пижама, которая была ему велика минимум размера на три. По голубому фону были разбросаны аляповатые космические корабли и самолеты.