Жена изгоя - Татьяна Зинина

В полицию я отправилась вместе с отцом. Он хотел отправить меня под охраной в особняк, но я отказалась наотрез. Мне было необходимо убедиться, что Ская выпустят, и что они с Эриком не успели друг друга прибить.

А вот домой ехать не хотелось совершенно. Как ни странно, но теперь в общежитии я чувствовала себя в большей безопасности, чем там. Ведь если нас с братом подловили у самого особняка Норвитов, то и к нашему могут пробраться? А в ДАМе, по словам наших преподавателей, усилили защиту настолько, что мошка не проскочит незамеченной.

Одного звонка папы начальнику городской полиции хватило, чтобы у отделения нас встретили со всеми почестями и без вопросов проводили прямиком к камере, где держали брата. На этом настоял отец. Он хотел лично забрать Эрикера из заточения. Возможно, надеялся тем самым устыдить сына, впервые попавшего в полицию.

Я тоже никогда не бывала в подобных местах. По сторонам смотрела со смесью брезгливости и любопытства. Но коридор, куда нас привели, выглядел не страшнее общажного, если даже не краше. Из-за дверей не доносились крики или стоны, да и пахло тут вполне обычно. Странно, что в фильмах изолятор показывают жутким местом.

Первым из камеры вышел Скай. Он выглядел совершенно обычно, и даже едва заметно улыбался.

Я хотела шагнуть к нему, поздравить со столь скорым освобождением. Но вдруг он изменился в лице. Мигом побледнел, напрягся, сжал кулаки, а его глаза стали ещё светлее. Более того, мне показалось, что в них зажглись голубоватые искорки.

Он встал, как вкопанный, и смотрел на отца с таким видом, будто видел призрак. Но если поначалу я подумала, что Скайден просто стушевался перед премьер-министром, то быстро поняла, насколько не права. Нет, смущения в его взгляде не было. А вот ненависть плескалась через край.

Отец тоже стоял неподвижно. Ничего не говорил, хотя точно видел, как Скай на него смотрит. Напряжение между ними становилось всё сильнее, и это уже начинало пугать.

Я почти решила вмешаться, отвлечь папу на себя, но именно в этот момент из камеры вышел Эрик. Он обогнул Скайдена и остановился перед отцом.

- Привет, пап, - проговорил брат с чуть виноватой улыбкой. - Прости, что тебе пришлось тут появиться.

Его слова будто бы вернули всех нас в реальность. Словно до этого момента кто -то незримый просто замедлил время, растягивая момент встречи моего мужа и отца.

- Надеюсь, это было в первый и последний раз, - ответил папа, одарив сына строгим взглядом. - Идёмте.

И, развернувшись, первым направился к выходу.

Когда мы вышли в небольшой холл первого этажа, другой полицейский дрожащими руками протянул Эрику и Скаю изъятые при аресте вещи, извинился и поспешил распрощаться. Его коллега, всё так же сопровождающий нас, сообщил, что завтра в двенадцать нам нужно явиться сюда для дачи показаний. Конечно же, исключительно как пострадавшим. И никто ни в коем случае не собирается кого-то из нас в чём-то обвинять.

Выслушав его, Скай забрал свою куртку и молча отправился к двери. Ни на меня, ни на Эрика он даже не посмотрел, а в сторону отца вообще старался не поворачиваться.

- Вайд! - крикнул ему в спину мой брат, но тот сделал вид, будто не слышит. - Скайден! Эй! Мы не договорили.

- Договорим потом, - сухим тоном ответил тот.

Но Эрик не собирался так просто его отпускать. Правда, догнал того уже на улице. Поймал за руку...

- Подожди.

- Что тебе ещё от меня нужно? - сухим тоном бросил обернувшийся Скайден.

- Куда ты несёшься? Мы тебя подкинем до общаги.

- Сам доберусь, - ответил мой супруг и попытался освободиться от хватки Эрика. - Отпусти.

- Да что ты заладил?!

- Эрик, - Вайд сказал это с угрозой и так посмотрел, что мой братец всё-таки вернул ему свободу. А потом Скайден просто ушёл, больше ничего не сказав.

Мы втроём проводили его взглядами. Мне было совершенно не ясно, что вообще сейчас случилось? Почему он так себя повёл? Со мной и вовсе ни единым словечком не перекинулся.

Или это присутствие отца так на него подействовало? Но откуда столько ненависти?

- Прости, папа, - виновато сказал брат. - Вайд, конечно, со своими странностями, но спасать нас всё равно полез. Я вообще думаю, что он неплохой парень.

Отец всё ещё смотрел туда, где за углом скрылся Скай, а потом странно тряхнул головой, будто прогоняя неуместные мысли.

- Эрикер, расскажешь мне всё, что знаешь об этом парне, - вдруг сказал требовательным тоном. - Кто, откуда, чем живёт, как учится, какой имеет дар. Всё, что тебе известно.

- Зачем?! - искренне удивился брат.

- Такая ненависть на пустом месте не рождается, - после минутной паузы всё же ответил папа. - Но я выясню. А вам настоятельно рекомендую держаться от него подальше. Сдаётся мне, он всё-таки не просто так оказался сегодня на месте аварии. Но это уже дело полиции.

Огорошив нас такими выводами, лорд Ремеоди направился к большому чёрному мобилю, у которого нас ожидали водитель и охрана. Мы с Эриком переглянулись и пошли следом.

Пока летели к академии, Эрикер с хмурым видом выкладывал папе всё, что ему было известно о Скайдене Вайде. Я тоже слушала очень внимательно, ведь сама о собственном супруге не знала вообще ничего.

Оказалось, что он родом из Карфитского Королевства. По крайней мере, там живёт его семья, и туда он уезжает при каждом удобном случае. Ещё у него есть младшая сестра, но сколько ей лет, Эрикер не в курсе. В республике у Вайда нет никакой родни. И поговаривали, будто он приехал сюда лет так в пятнадцать-шестнадцать.

Кто за ним присматривал, где он жил, неизвестно. А в академию поступил позже других, в девятнадцать лет. Сейчас ему двадцать четыре.

- Его пытались исключить уже раз десять, не меньше, - проговорил брат.

- За что? - ровным тоном уточнил папа.

- То за прогулы, то за неоплату, то за поведение. Однажды он вообще на сессию не явился.

- И почему же его до сих пор не отчислили? - спросил отец.

- Потому что он гений, - на полном серьёзе ответил мой брат. - Самый талантливый из всех студентов факультета защиты. Ещё на втором курсе Вайд придумал новую охранную сеть, работающую по принципам, которые никогда раньше не использовались. Хотел запатентовать, но... как раз в то время наш парламент принял закон о запрете принятия патентов от лиц, не имеющих дипломов. Кажется, именно после того Вайд стал относиться к учёбе. как бы сказать помягче? Спустя рукава.

Отец кивнул, молча принимая информацию к сведению. И тогда Эрик задал вопрос сам:

- Чем он так тебя заинтересовал? Пап, я ведь знаю, что у тебя много врагов. И ненависть к премьер-министру испытывает немало народа. Что такого именно в Вайде?

Если честно, я думала, что он не ответит. Отец молчал, задумчиво глядя в окно, будто и не услышал вопроса Эрика. И лишь когда мы приземлились на стоянке у ворот академии, папа снова посмотрел на Эрикера и ответил: