Война ведьмы - Джеймс Клеменс

— Но Фардейл?..

— Он волк. Ночью он легко сумеет выбраться из города. Он знает, где Элена, и вернется к ней. Может, он уже сбежал, когда нас схватили.

Тол'чак положил руку с когтями на плечо Могвида.

— Я знаю, ты беспокоишься о брате, но Крал прав. Одинокий волк не привлечет внимания.

Могвид что-то мрачно проворчал и выскользнул из-под его руки, а потом махнул Кралу, чтобы тот шел дальше, но горец опять вернулся на дорогу. Он стоял, почесывая голову, явно не зная, какое направление выбрать.

Как раз в этот момент из-за угла появилась сгорбленная старуха с кривой палкой в руке, которая только чудом не налетела на широкую грудь Крала. Она отступила на шаг, убрала с лица несколько выбившихся седых прядей и искоса посмотрела на препятствие, преградившее ей путь.

Нахмурившись, она замахнулась на Крала палкой.

— Убирайся с дороги, олух!

Такой несерьезной угрозы Крал не испугался.

— Бабушка, — вежливо проговорил он, — я с радостью отойду в сторонку, если ты укажешь нам дорогу к южным воротам.

— Уходите из города, да? — Она склонила голову набок, точно испуганная птица, и принялась разглядывать Тол'чака и Могвида. Затем повернула налево и заковыляла вдоль улицы. — Я знаю короткую дорогу и покажу вам ее. Только одно условие: вы крепкие ребятишки и составите мне компанию. У меня дочь и зять живут аккурат возле южных ворот, а я все равно собиралась их навестить.

Крал посмотрел вслед медленно ковыляющей старухе.

— Послушай, нам нужно только узнать направление. Если бы ты…

Тол'чак тронул локоть горца.

— Если мы пойдем с ней, на нас не будут так сильно обращать внимание, — прошептал он. — Они не станут искать старуху и ее стражей.

Крал вздохнул, но пошел вслед за сгорбленной пожилой женщиной, которая медленно семенила по улице.

— Может, ты ее понесешь, — пробормотал он в бороду, обращаясь к Тол'чаку.

— Я все слышала! — хихикнула женщина, не оборачиваясь. — Если у меня на глазах, катаракта, это не значит, что я еще и глухая. А мои старые ноги носят меня уже почти целый век. И до ворот донесут.

Отряд медленно тащился дальше, ведомый тощей старухой, которая, насвистывая, пробиралась по задним улочкам и время от времени ухмылялась своим спутникам ртом, где осталось всего несколько зубов.

Тол'чак внимательно разглядывал женщину. Он подозревал, что ей совсем не нужна их защита; она была такой старой и оборванной, что даже самый ловкий разбойник в городе вряд ли сумел бы чем-нибудь у нее поживиться. Огр решил, что старухе просто нравится идти в компании, когда есть с кем поболтать и кому кивнуть время от времени, словно они давнишние друзья.

— Если вы любите болотные семечки в сахаре и каффи, — сказала она Могвиду, тащившемуся рядом с ней, — недалеко отсюда есть лавка. Можно зайти и передохнуть.

— Нет, спасибо, — ответил Могвид.

— Нам очень нужно поскорее добраться до ворот, — добавил Крал, на сдержанном лице которого начало появляться нетерпение.

— Но это не далеко, совсем не далеко, — пробормотала старуха и, продолжая насвистывать, завернула за следующий угол, углубившись в лабиринт узких улочек.

Здесь жалкие дома были выше и стояли ближе друг к другу. Ощущение замкнутого пространства усиливали фундаменты, настолько изъеденные временем и солью, что некоторые дома клонились вперед, словно пытались рассмотреть прохожих, а другие, будто подвыпившие гуляки, приникли к своим соседям. Крал тяжело вздохнул.

Старуха уже окончательно запутала их среди этих жалких строений, и Тол'чак подозревал, что горец давно потерял всякое представление о направлении.

— Ты знаешь дорогу отсюда до ворот? — шепотом спросил он у Крала.

— Я мог бы ее найти… рано или поздно.

Горец внимательно следил за дверными проемами и боковыми улочками, опасаясь, что их в любой момент может ждать засада.

Вскоре солнце уже стояло у них над головами, и утренний ветерок стих. Однако маленький отряд по-прежнему петлял в лабиринте боковых улиц. Крал продолжал сжимать в руке топор, сначала — в одной, потом — в другой. Наступившая жара и появившееся вместе с ней страшное зловоние напомнили им, что в Порт-Роуле все еще царит лето. Запах тухлой рыбы оспаривал первенство у вони человеческих отходов, словно с тех пор, как свежий воздух гулял по этим улицам, прошло немало зим.

— Хватит! — наконец рявкнул Крал, заставив всех остановиться.

Старуха повернулась и тяжело оперлась на свою палку.

— Что такое? — раздраженно спросила она.

— Мне показалось, ты сказала, что знаешь короткую дорогу до ворот?

Старая карга громко вздохнула.

— Если вы не хотите попасться на глаза страже, это самый короткий путь.

Кустистые брови Тол'чака поползли вверх. Эта женщина знала больше, чем говорила.

— Вы болтаетесь по городу в форме стражи, которая вам явно не по размеру, — продолжала она, прежде чем кто-нибудь успел что-то сказать, — но не знаете дорогу к воротам? Вы думаете, я полная дура? Я слышала про беспорядки в гарнизоне. Подозреваю, что вы приложили к ним руку.

— Послушай, старуха, если ты собираешься нас предать… — начал Крал, и доброта исчезла из его голоса.

— Предать вас? Да если бы не я, вас бы уже давно снова схватила стража. Город кишит теми, кто за медяк с радостью продаст вас вашим врагам. И что я имею за свои хлопоты? — Она окинула всех сердитым взглядом. — Угрозы и грубость.

Тол'чак выступил вперед.

— Извини нас. Мы твои должники и не хотели тебя обидеть. Просто нам нужно поскорее выбраться из города.

Услышав его слова, старуха фыркнула и отвернулась.

— Тогда идем, — сказала она и завернула за следующий угол.

Они последовали за ней. Когда Тол'чак обошел покосившееся здание с лавкой сапожника, он даже споткнулся от удивления. Высокая Болотная стена находилась всего лишь в броске камня, а ворота стояли открытыми.

— Мы пришли, — сказал Крал, который тоже был потрясен.

Старуха продолжала ковылять дальше, взмахом руки показывая, что они не должны останавливаться.

— Если хотите сбежать из города, перестаньте пялиться на ворота и не стойте на месте.

Они зашагали вслед за ней. Старуха, видимо, почувствовала их волнение, когда они увидели цель своего путешествия. Она первой подошла к воротам и кивнула стражу наверху. Паренек с соломенными волосами, стоявший около подъемного колеса, смотрел в сторону города и не обратил на нее особого внимания.

— Вы что-нибудь знаете? — спросил он, когда Крал подошел поближе, его глаза сверкали от возбуждения. — Что случилось в гарнизоне?