Житие мое - Ирина Сыромятникова

А Четвертушка?

– Слышь, Рон, а как там наш патент? – поинтересовался я у приятеля.

– Отлично! Если папаня не перестанет жмотничать, я уступлю твое изобретение «Домгари-моторс». Старые перечники все еще думают, что студент – это что-то типа бесплатного раба. Не боись! Богатым будешь.

– Как думаешь, этот патент можно упомянуть в моем резюме?

– Разве ты собираешься стать алхимиком?

– Я всегда собирался быть алхимиком.

– Ты же вроде…

– Ну и что?

Четвертушка пожал плечами и тут же оживился:

– Ты заработать хочешь?

– Спрашиваешь!

– Тут у меня знакомые… – Четвертушка замялся. – Дело, короче, организовали.

– Им нужен чертежник?

– Им нужны мозги! Ну и чертежник тоже. У них крупный контракт – оптимизация работы газогенераторных установок.

– Дерьмовых бочек, что ли?

Рон хохотнул:

– Том, ты не представляешь, какие деньги крутятся в этом бизнесе! Знаешь, сколько дерьма выдает этот город за день?

Я фыркнул. Ничего себе начало карьеры! Хотя почему бы и нет?

– А какие условия?

– Тебе понравятся.

Конечно, по сравнению с доходом черного мага это были не деньги, но я определенно зажрался. С точки зрения студента, все выглядело чертовски привлекательно, а с точки зрения разыскиваемого преступника – было великолепной маскировкой. Не только Четвертушка считал, что инициированному черному нечего делать в алхимиках.

Да, именно разыскиваемого преступника! Сначала официальные лица НЗАМИПС намекали на вознаграждение, полагающееся мне за спасение людей (верю, верю!), потом громогласно предлагали за ним явиться (нашли идиота!), а после вознаграждение сулили уже за информацию обо мне (сходи гулей допроси). К мисс Фиберти приезжали гости, однако она была теткой с норовом и выгнала всех вон. Постепенно шум затих, но то, что черный маг, почти год практиковавший в округе, был из Редстона, было понятно даже журналистам.

Карьера Эдана Сатала в качестве старшего координатора региона начиналась с оглушительного провала и публичного унижения. То, что трех месяцев, имевшихся в его распоряжении, было слишком мало для того, чтобы овладеть ситуацией, утешало слабо. Попадись Саталу под горячую руку злополучный маг, и к грехам координатора добавились бы пытки и убийство. Но виновник громкого торжества благоразумно где-то затаился.

Забота о душевном здоровье ответственных лиц – прямая задача эмпата на государственной службе. Мисс Кевинахари была уверена, что, какие бы страсти ни кипели в душе черного мага, за две-три недели кропотливой работы она сможет переплавить их в сухой прагматизм. Если больше ничего не случится. Пока единственным побочным результатом скандала было перенесение регионального представительства НЗАМИПС из Герданы в пригород Редстона.

Доклад о расследовании в поместье Фицротенов мисс Кевинахари делала координатору лично:

– В этот раз нам в определенном смысле повезло – он чертил пентаграмму на земле. Но какая-то… собака ископала все вокруг, да еще и помочилась сверху. Покопавшись в… этом, наш лучший эксперт… Я даже слов-то таких не знаю! Короче, можно сказать одно: канал Силы у нашего фигуранта нестандартный. Всё.

– Может, мне самому стоит поговорить с экспертом?

– Ни-ни! Вы друг друга убьете. Насмерть.

Мистер Сатал молчал, и даже эмпатка не могла сказать, думает ли он над возникшей проблемой или лелеет собственное раздражение.

– Сообщить результаты капитану Беру? – нарушила молчание мисс Кевинахари.

– Нет! – встрепенулся координатор.

Эмпатка воздержалась от комментариев, но мистер Сатал что-то такое почувствовал (или это навыки командной работы у него улучшились), а потому счел необходимым объяснить:

– Тебя не удивило, что он сменил транспорт как раз тогда, когда мы устроили засаду на вокзале?

– Странно, – признала мисс Кевинахари. – До этого он пользовался поездами так часто, что проводники успели придумать ему прозвище. Но капитан Бер лоялен, это точно!

– Кто говорил про него? В его конторе работает куча народу. Я не хочу собственноручно создавать условия для утечки.

Эмпатка неохотно кивнула, признавая его правоту, и тут же оживилась:

– Вы думаете, у того мага есть общество поддержки?

– Скорее уж не поддержки, – скривился мистер Сатал. – В определенных кругах опять пошли разговоры об Искусниках, что означает – будут жертвы. Но я не Ларкес! Миндальничать ни с кем не буду. Высунутся – башку снесу!

Мисс Кевинахари примирительно покачала головой:

– Для возрождения общества нужен некий инкубационный период, если там вообще есть чему возрождаться. Или вы думаете, происшествие в поместье – их рук дело?

– Это ты про Грокка? – дернул бровью координатор. – Ерунда! Старый баран ломанулся в пасть гоулам, чтобы следы замести. За время, что он был на должности, в тех местах пропало семеро, и это только те, о ком мы знаем. Ему нужно было доказать всем, что феномен не так уж опасен.

Этот краткий анализ отлично дополнял образ разжиревшего и обнаглевшего черного мага, которого мисс Кевинахари застала на должности начальника отдела по устранению потусторонних феноменов.

– Думаю, мне стоит поработать со здешними белыми, – решилась эмпатка. – И надо познакомиться с информацией о редстонских Искусниках, если они тут были.

– Скажи секретарю, пусть составит представление, я подпишу… – Координатор внезапно запнулся. – И вот что еще, мисс Кевинахари…

– Рона, можно просто Рона, – улыбнулась эмпатка.

– Да?.. Здорово! Тогда… просто Дан.

Рона Кевинахари улыбнулась и покинула кабинет старшего координатора региона, временно расположенный в редстонском отделении НЗАМИПС.

Сегодня они прошли важный этап: переход к неформальному общению означал, что Сатал больше не воспринимает ее как подозрительную шпионку. Доверие установлено! Может оказаться для разнообразия, что руководство не промахнулось с новым координатором – этот черный умеет держать себя в руках, отходчив, готов приспосабливаться к работе в команде, а излишняя агрессивность в текущей ситуации скорее плюс, чем минус. Необходимо отразить это в отчете!

Мисс Кевинахари раскланялась в коридоре с капитаном Бером, попутно отметив, что шеф редстонского НЗАМИПС выглядит как-то особенно меланхолично (не иначе что-то скрывает), и заспешила к выходу – сегодня ее ожидал еще визит в университет и две обзорные лекции.

Паровоз проводил эмпатку бесцветным взглядом. Когда ему сказали, что региональное руководство оккупирует его офис, капитан сначала не поверил своим ушам. Мало им, что ли, комплекса зданий, отнятого у чистильщиков? Там такие помещения – хоть трамвай пускай. Увы! Пришлось перетряхивать и уплотнять подчиненных, потому что старший координатор изволил занять его, Бера, кабинет, а сам капитан был вынужден переехать в бухгалтерию. В каком-то смысле идея была неплоха – тетки-расчетчицы принялись энергично обхаживать холостого начальника, а среди них были такие крали, что о-го-го. Но просто обидно!