Там, где нас не ждут - Юрий Москаленко

Бобик, как и утром, лежал на алтаре, положив голову на передние лапы, и выглядел безмятежно спокойным, умиротворенным. Я разложил перед псом вещи из заплечного мешка, уселся с правой стороны от него, пододвинул к себе тазик с кусками жареной рыбы и положил левую руку барбосу на голову. Интересно было наблюдать за переходом собачки из каменного состояния в живое. Вот пес зевнул, встал, потянулся, выгибаясь всем телом, даже голову закинул назад; еще раз зевнул и с упреком сказал:

«Мог бы и пораньше поднять, у меня сейчас самостоятельно не получается, стихия не отвечает».

— И тебе привет, лохматый; ты вчера, а вернее — сегодня об этом не просил, — кивнул я ему. — Кстати, все забываю спросить, как тебя зовут.

«Мое истинное имя тебе знать не по рангу и весьма небезопасно. Мало ли сколько желающих найдется запытать тебя на дыбе за это знание — тебе это надо?»

— Нет, конечно, но и называть тебя как-нибудь хотелось бы при обращении.

«Ты ведь как-то называл меня до этого момента в своих мыслях?»

— Да как только я тебя не называл! — усмехнулся я.

«Вот и назови меня как-нибудь, а я послушаю».

— Тогда… будешь Тузиком. Миленькой, доброй собачкой.

«Да пожалуйста, лишь бы тебе было приятно и удобно!» — расшаркался передо мной теперь уже Тузик.

— Я тут нам рыбки поджарил, а тебе еще «семечек» принес, много принес, на всю ночь хватит.

«Ты, я смотрю, и спать тут собрался, раз одеяло притащил; может, ты еще что из мебели притащишь?»

— А ты что, против? И… послушай, а откуда ты знаешь такие житейские названия, чисто человеческие — «одеяло», «мебель»?

«Не знаю, как людские, но воспринимаю я сейчас себя канном Ралом Долгожителем, уроженцем селения Хорет, что находится в провинции Ражит, на юге Империи, у ее границы с королевством темных эльфов. Прожил я до вчерашнего дня триста пятьдесят четыре года, пережив даже праправнуков. Но желание возвыситься в клане привело меня сюда в компании с вождем племени галлов и его племянником — лучших воинов, моих данников. И нужно мне было всего лишь зарядить камни Хаоса, магию школы которого я предпочитал. Тебе для информации — магия Хаоса является полной противоположностью магии школы Порядка. И ты представляешь… — в голосе прорвался лай Тузика, — он смог преобразовать ману!»

Я сидел, открыв рот, с куском рыбы в руке.

— Чего преобразовать?.. — переспросил я.

«Ты чем слушаешь, когда тебе говорят?»

— Я не слушаю, и ты не говоришь, а сразу без спроса в голову лезешь! — огрызнулся я.

«Я опять не так выразился… но тебе все же надо быть внимательнее и запоминать все, что тебе рассказывают. Это нужно для твоего выживания: сам понимаешь, я не всегда буду рядом, чтобы помочь…»

— Ладно, извини, погорячился.

«Я тебе уже говорил, что я охраняю колодец маны, энергия которой наиболее подходит для магии Порядка. Чтобы преобразовать ее в энергию, пригодную для всех, надо знать руну преобразования, созданную на основе магии школы Порядка и школы Жизни. Слияние рун позволяет использовать колодец практически с максимальной эффективностью. Но до чего додумался Рал — он вместо руны Порядка использовал руну изменения из магии школы Хаоса. А это, я тебе скажу, пятый уровень. Понимаешь, пятый!»

— Честно скажу — не понимаю; мне что второй, что пятый — все едино. Понятно, что больше, чем первый, но остальное — темный лес…

«Извини, упустил… Понимаешь, канны физически не способны использовать заклинания высших порядков. Они не могут освоить… по-другому сказать, выучить порядок составления заклинания или начертания рун. Они не дураки, не тупые, они просто не в состоянии это сделать, не в состоянии этому научиться. Они не развивают навык интеллекта и навык мудрости, так как те очень плохо усваиваются ими. А именно эти навыки позволяют изучать заклинания. Но зато им легко дается накопительный навык. А те, кто обручены с дакком, кроме этого могут до бесконечности развивать навык прилагаемой силы, и если у такого мага собственный колодец обладает огромным запасом маны или имеется накопитель большой емкости, то и заклинания первого, максимум второго уровня по эффективности могут превосходить заклинания пятого и шестого уровней, используемые обычными стихийными магами. Например: щит первого уровня выдерживает удар руны заклинания второго уровня, повторный удар его сметет. Заклинаниями первого уровня пробить щит первого уровня практически невозможно. Если сталкиваются в бою маги равных уровней и магических способностей, то победа зависит от количества маны в колодце и возможности мага в увеличении прилагаемой силы. Такую возможность дает дакк, увеличивая силу, в зависимости от опыта мага, от нескольких раз до нескольких сотен раз. Так вот, опытный маг первого уровня с большим личным энергетическим колодцем и вживленным дакком в состоянии при определенных условиях одолеть мага пятого уровня с развитыми способностями. А согласно тому, что я вытянул из этого канна, оказывается, в данный момент во всем мире лишь несколько магов в состоянии использовать руны шестого уровня, про остальные три уровня молчу. Искусство деградировало. Маги редко достигают десятого уровня развития. Разумных делят на одаренных и всех остальных. Маги не приучены к ведению боя холодным оружием без применения магии, они его просто не изучают, забыв, что сила духа и сила тела неразрывны; маги возомнили себя богами. Смешно… что бы на это сказали древние?»

— Но постой, как же тогда этот пигмей смог использовать руны пятого уровня, а? — не понял я.

«А вот тут начинается самое интересное, в будущем касающееся и тебя. В детстве маленький Рал попал в рабство к начинающему сильному, очень способному магу Разума, который на своих рабах ставил жуткие опыты, и, зная, что канны непригодны для обучения, пытался привить маленькому Ралу и нескольким другим рабам из числа каннов навык быстрого изучения. Это очень редкий навык школы Разума, требующий затрат многих сил, с внутренней подпиткой от личного колодца, то есть принудительное самообучение: подсмотрел что-нибудь и — если сил и терпения хватило — изучил. Из подопытных остался в живых только Рал. Что там случилось дальше с магом, неясно, но вскоре Рал освободился и на протяжении оставшейся жизни, участвуя в многочисленных войнах и поединках, изучал заклинания, которые успевал увидеть. Некоторые, в конце концов, он изучил хорошо, некоторые хуже, но и это не главное. За свою долгую жизнь он правдами и неправдами достал и вживил в себя — внимание, — три дакка. Три! И остался жив. И дакки эти — школы Огня, школы Хаоса и школы Жизни. Он долгое время изучал магию, отдавая предпочтение заклинаниям именно этих школ. Потом ему захотелось стать верховным вождем каннов Империи, и для этого ему надо было прикончить других претендентов, а также их протеже. Побоялся, что не хватит маны, прикупил камней Хаоса по дешевке — и к нам, предварительно разработав собственное плетение. Вот, в принципе, и вся его история».

— То есть он не хотел тебя убивать?

«Нет, не хотел. Лишь подзарядить камни, и все; а потом, когда понадобится, опять наведаться. Но он сделал бы из меня раба. Я даже сейчас не могу устранить действие его плетений, и в этом мне потребуется твоя помощь, о чем я тебе уже говорил. Но проблема в том, что кроме его знаний и навыков, которые я тебе передам, и своего пакета, боюсь, нам понадобится помощь дакков по этим школам».