Четвертый оруженосец - Эрин Хантер

Напившись, они снова двинулись в путь. Белогрудка то и дело останавливалась и просила кого-нибудь из воинов запрыгнуть на берег и оглядеться. Когда настала очередь Львиносвета, тот заметил оленей, легкой поступью пробегавших под деревьями.

«У нас, в Грозовом племени, их не часто увидишь, — подумал он. — Зато тут их, похоже, много. Вся глина возле воды истоптана отпечатками копыт, а мох на деревьях обглодан как раз на такой высоте, до которой могут дотянуться олени!»

— Я видел оленей, — доложил он Белогрудке, снова спрыгнув в пересохший ручей.

— Они нам не помешают, — кивнула воительница.

Вновь пустившись в путь, Львиносвет вдруг с удивлением понял, что путешествие начинает ему нравиться. Очевидно, его спутники чувствовали то же самое. Воздух под деревьями был влажен и прохладен, коты наелись и напились досыта. Они шагали в блаженной тишине, нарушаемой лишь шелестом листвы да шлепаньем лап по грязи. Что и говорить, все располагало к тому, чтобы позабыть об опасностях, подстерегавших путников на каждом шагу!

Внезапно Голубчика остановилась, подняв шерсть на загривке. Когда она обернулась к Львиносвету, тот сразу понял, что случилось нечто серьезное.

— Собаки! — прошептала ученица. — Бегут оттуда, — она махнула хвостом куда-то вбок,

Львиносвет принюхался, но ничего не почувствовал. В лесу было по-прежнему тихо, не доносилось ни лая, ни топота лап. Однако это еще не означало, Голубичка ошиблась. Опасность была слишком серьезна — коты не могли убежать от собак на открытом пространстве, тем более на незнакомой территории, когда им ни в коем случае нельзя было потерять из виду ручей.

— Собаки! — заорал Львиносвет, оборачиваясь к идущим сзади котам. — Быстро! На деревья!

Коты растерянно заметались, натыкаясь друг на друга в узком русле.

— Что? Где?

— Я ничего не чую!

— Откуда ты знаешь? — в недоумении спросил Чешуи ник.

— Сейчас не время для объяснений, — крикнул Львиносвет, перекрикивая всеобщий гомон. — Лезьте на деревья, быстрее!

К счастью, Жабник и Когтегрив не стали препираться и, вскарабкавшись на берег, взлетели на ближайшее дерево.

Но Речные коты и воины Ветра не трогались с места. Они продолжали стоять, неловко переглядываясь и переминаясь с лапы на лапу.

— Мы не умеем лазить по деревьям, — призналась Белогрудка.

— О, великое Звездное племя! — взвыл Львиносвет. Не тратя времени на споры, он с помощью Голубки вытолкал четверых котов на берег и погнал их к дереву. — Лезьте, я вам сказал!

Осока развернулась и помчалась к низкорослому кривому дереву с изогнутыми ветками, на которые можно было без труда запрыгнуть с земли.

— Я заберусь сюда! — крикнула она.

— Нет! Немедленно возвращайся! — закричал Львиносвет. — Отсюда тебя собаки мигом стащат! Я покажу, как это делается. Хватайся когтями за кору, — объяснил он, когда кошка послушно вернулась. — А потом отталкивайся задними лапами от ствола. Это просто, вот увидишь.

Но коты перепугались и отчаялись.

— Я никогда не влезу! — дрожа всем телом, пролепетала Осока. — Прячьтесь сами, а я как-нибудь позабочусь о себе.

— Не болтай глупости! — взорвался Львиносвет.

— Мы тебя не бросим, — поддержала его Голубичка.

Львиносвет с трудом подавил страх и досаду. Теперь он уже слышал собачий лай — пока еще далекий, но с каждым мгновением неумолимо приближающийся.

Попробуй сюда! — воскликнула Голубичка, бросаясь к другому дереву. — Вот так! — она птицей взобралась по стволу на самую низкую ветку и снова спрыгнула на землю. — Теперь ты.

К счастью, Жабник и Когтегрив спрыгнули со своего дерева и тоже прибежали на помощь растерявшимся воинам.

— Давайте разделимся, и пусть каждый возьмет по одному коту, — бросил Жабник, подбегая к Лепестянке.

— Отличная мысль! — Львиносвет поманил хвостом Осоку. — Когтегрив поможет Чешуйнку, а Голубичка — Белогрудке.

Он решил, что пожилая воительница Ветра будет вести себя более покладисто, и Голубичке не составит труда с ней справиться. Отбросив сомнения, Львиносвет повел насмерть перепуганную Осоку к дереву.

— Ставь передние лапы на ствол, — приказал он, — и постарайся упереться задними лапами в выступы коры. Все поняла? Давай!

Осока в точности выполнила его инструкции и застыла, впившись в кору когтями всех четырех лап.

— Все пропало! — прохрипела она. — Я не могу пошевелиться!

— Все ты можешь, — прикрикнул Львиносвет. — А если даже упадешь, то приземлишься на все четыре лапы. Ты же кошка, а не барсук! Ну, давай, ставь эту лапу вот в эту трешинку…

Постепенно, шажок за шажком, Осока вскарабкалась на дерево вместе с Львиносветом. Собаки были уже совсем рядом: они с оглушительным лаем неслись сквозь чахлую траву. Отвратительный запах хлынул на поляну, и Львиносвет постарался дышать как можно реже, чтобы не чувствовать вони,

Не всякое дерево годиться для того, чтобы спрятаться на нем от собак. На низкие ветки и кривой ствол может вспрыгнуть даже неуклюжий пес, поэтому коты выбрали самые прямые стволы, и неопытным воинам пришлось очень нелегко. Оглядевшись по сторонам, Львиносвет с облегчением убедился, что Голубичка и Белогрудка уже сидят на высокой ветке, а Когтегрив втаскивает Чешуйника в развилку между ветвями. Жабник все еще тащил беспомощную Лепестянку по стволу.

— У тебя отлично получается, — пыхтел воин Теней, — только ради Звездного племени, не смотри вниз, поняла?

В тот самый миг, когда Осока, наконец, в изнеможении влезла на ветку, на поляну вылетели собаки. Их было всего две, желтая и черная, обе гладкие, сытые и лоснящиеся. Промчавшись через поляну, они прыгнули в пересохшее русло ручья, вылезли обратно и принялись обнюхивать корни деревьев.

— Слава Звездному племени, они охотятся не за нами, — прошептал Львиносвет, устраиваясь на ветке рядом с Осокой. — Тупые создания даже не догадываются, что мы тут!

И тут, как назло, одна из собак учуяла их запах. С оглушительным лаем она бросилась к дереву и подпрыгнула, царапнув кору передними лапами. Увидев котов, псина зашлась в захлебывающемся лае, широко открывая пасть с болтающимся розовым языком.

При виде такого ужаса Осока со сдавленным воплем пошатнулась и оступилась, беспомощно взмахнув лапами. Львиносвет бросился вперед, изо всех сил впился задними лапами в ветку и поймал Осоку передними. Но он не успел как следует ухватить ее. Холодея от страха, Львиносвет почувствовал, как Осока выскальзывает из его когтей. Собака тоже почуяла близкую добычу и залилась радостным лаем. Осока разинула пасть в беззвучном вопле, ее глаза закатились от ужаса, так что показались белки.

Но когда Львиносвет уже потерял надежду удержать ее, Жабник спрыгнул с соседнего дерева, бросив обезумевшую от ужаса Лепестянку, которая впилась в ветку обеими передними лапами и зажмурила глаза.