Амея. Возвращение к истокам - Лиза Хок

– Прости, девочка, но я не нуждаюсь в работе – уж чего-чего, а этого мне хватает.

– Послушайте, я вам очень щедро заплачу! – Я не смогла показать ему камень, боясь, что тут его просто стащат.

– Деньги не имеют значения.

– То количество, которое получите вы, имеет значение – я говорю о миллионах!

– Зачем мне такие деньги… – явно растерявшись, спросил мужчина.

– Вы ведь лекарь, – нашлась я, – представьте, что у вас будет возможность открыть бесплатные клиники по всей стране! Скольких вы сумеете спасти!

– Клиники… – Нирав словно очнулся от своей эйфории и впервые посмотрел на меня ясным взором. – Откуда у тебя такие деньги? И за какую-такую работу ты будешь платить миллионы?

– У меня есть драгоценные камни, очень редкие, очень дорогие.

– Откуда?

– Это не важно, я могу доказать вам, только не здесь… – Я оглянулась на толпу, некоторые уже стали прислушиваться к нашему разговору.

– Допустим, – не веря, согласился маг. – За что такая плата?

– Это сложно объяснить… вы очень талантливы, за это и плата. Работа выездная, займет двадцать восемь дней.

– То есть ты хочешь, чтобы я пошел, не зная куда, делать то, не знаю что, за непонятно какие деньги?

– Выходит, что так, – согласилась я.

– Прости, дочка, – рассмеялся мужчина, – у меня нет времени на твои игры.

Заметив, что Нирав собирается уйти, Иван подскочил и перегородил ему дорогу. Лекарь непонимающе посмотрел на меня.

– Простите, – я сама несколько растерялась от быстрой реакции Ивана, – это действительно важно, вы можете помочь спасти тысячи жизней, целый мир!

– О чем ты вообще говоришь? Насмотрелась каких-то фильмов-катастроф? Я тебе не специальный агент ФБР, и мир не спасаю. Я помогаю беднякам, которые могут умереть от пореза просто потому, что у них денег нет на чистый бинт. И меня прямо сейчас ждут люди. Это не кино, дочка, тут все по-настоящему.

Нирав разозлил меня. Воспоминания эльфийского мира стремились наружу, я уже занесла над ним руку, готовая заколдовать, подчинить своей воле. Мою руку перехватил Иван.

– Амея, ты чего удумала, люди вокруг.

– Это что за язык такой? – вдруг спросил Нирав, переводя на меня взгляд. Злость и сила, переполняющие меня, еще не ушли, и Нирав отпрянул, словно от призрака.

Я перевела взгляд на Ивана.

– Давай-ка, милая, успокойся, – не растерялся тот, – тут целая толпа народу, ты сейчас своим убойным взглядом всех перепугаешь.

Я, наконец, поняла, насколько сильно переполнила меня ненависть, и постаралась успокоиться.

– Вот и умница, – похвалил меня Иван, – а теперь пойдемте отсюда, и так уже внимание привлекли.

Он взял меня под руку и жестом предложил Нираву идти вперед. Тот кивнул, все еще не в силах оторвать от меня испуганных глаз. То и дело оборачиваясь, он побрел вперед. Иван потащил меня следом.

Мы прошли оживленную улицу и свернули в какой-то закоулок. Тут стояло несколько переполненных баков с мусором и что-то похожее на собачью будку. Нирав остановился.

– Тут никого быть не должно, – наконец сказал он.

– Нирав, – начала я, стараясь сохранять спокойствие, – поверьте мне на слово, я могу вас заставить мне подчиняться щелчком пальцев… – От этой мысли на моем лице расплылась улыбка. Нирав вновь отпрянул, а Иван сжал мою руку, не давая забыть о реальности. – Но стараюсь держать себя в руках и не делать этого. Вот, – я протянула ему один из драгоценных камней, – это очень дорогой камень, один такой стоит миллионы, а вы получите намного больше, чем один. Мне нужно, чтобы вы прилетели в Исландию не позднее двадцать восьмого октября. Вот это место встречи, – я протянула ему заранее приготовленный листок со всеми координатами. – Иван, у тебя случайно нет местных денег?

– А то как же, – улыбнулся мужчина, протягивая мне пачку новых купюр.

– Здесь достаточно на билет и отель, если вы решите приехать пораньше, что было бы очень желательно, – я протянула Нираву деньги, но тот не торопился брать их.

– Что, если я откажусь? – нерешительно спросил он.

– Может погибнуть очень много людей и вы не получите денег на бесплатные клиники.

– Что за работа? – вновь спросил он.

– Не могу вам на это ответить, одно скажу: это на благо, поверьте.

Нирав уже кивнул и протянул было руки, чтобы взять деньги, когда меня сбило с ног сильным ударом из ниоткуда. Правая сторона моего тела, включая лицо, стала буквально плавиться. Я заорала, валясь на землю, не зная, с какой стороны враг и с кем мне нужно сражаться. Тело горело, кожа стала черного цвета, правый глаз перестал видеть.

– У нее ожог! – опешил Нирав. – Надо льда…

– Что? – не понял Иван.

– Амея, детка, заклинание есть?! – в панике закричал Иван.

Я хотела сказать ему, но мой рот поплыл, и я не могла произнести ни слова, кроме истеричных криков, которые пропадали где-то в районе горла. Боль была такой нестерпимой, что мое сознание не выдержало этого, и я отключилась.

Я пришла в себя, чувствуя облегчение и прилив сил. Надо мной стояли трое. Иван, перепуганный Нирав с перекошенным лицом, и Наоки, который закрывал ладонь с исходившей от нее зеленой дымкой. Как только я попыталась встать, меня вновь свалил сильный удар. Я прижала руку к животу и моя белая, обгоревшая с одного бока футболка тут же пропиталась кровью. Нирав бросился ко мне, зажимая рану.

– Глубокий порез! – крикнул он, но его никто не понял.

Наоки вновь занес надо мной руку, но не устоял на ногах и повалился на землю.

Иван тут же произнес заклинание, вылечивая меня зеленой дымкой. Боль ушла. Маг пошатнулся, но остался стоять на месте.

– Принесите им еды, скорее, – попросила я Нирава.

– Ты жива? – не понял он.

– Жива, жива, – затараторила я, – несите скорее еду!

Нирав помчался куда-то за угол. Я усадила Ивана, Наоки подполз к нам.

– Сейчас вы поедите, вам станет легче, – сказала я, и Иван кивнул. Я поняла, что Наоки не разобрал ни слова, и перевела ему. Нирав вернулся через пять минут с какими-то горячими лепешками, из которых вываливались жареные овощи. Мужчины похватали еду, накинувшись на нее, словно не ели уже неделю. Нирав стоял и смотрел на все, словно это фильм, не веря в происходящее.

– Спасибо за помощь, – обратилась я к нему.

– Что это сейчас было? – глядя на меня безумными глазами, спросил он.

– Это будет частью вашей работы, – улыбнулась я.

– Ты была вся обгоревшая, а потом все исчезло! – воскликнул он. – Я повидал на своем веку ожоги – ты должна была умереть или, по крайней мере, остаться с ужасным шрамом на пол тела.