Милые обманщицы. Убийственные - Сара Шепард

Светофор переключился. Спенсер обогнула женщину, которая выгуливала мопса, одетого в белый вязаный свитер.

– Мои родители знали, кто ты такая?

Оливия покачала головой.

– Я видела их документы, но мы никогда не встречались. Я сама хотела, чтобы все прошло анонимно, они тоже не возражали. Я рыдала, когда подписала отказ от тебя, хотя понимала, что поступаю правильно. – Она грустно улыбнулась, потом дотронулась до руки Спенсер. – Я понимаю, что не смогу наверстать шестнадцать лет за одну встречу, но поверь, думала о тебе всю твою жизнь. – Оливия подняла глаза. – Ох, прости. Это звучит ужасно пошло, да?

Глаза Спенсер наполнились слезами.

– Нет! – поспешно выпалила она. – Нисколько!

Как долго она ждала, чтобы кто-нибудь сказал ей такие слова!

На углу Шестой авеню и 12-й улицы Оливия вдруг остановилась.

– А вот здесь моя новая квартира, – она указала куда-то на верхние этажи роскошного жилого дома. Внизу приютились лавочка деликатесов и магазинчик домашней утвари. У входа остановился лимузин, дама в норковом манто вышла из него и скользнула в дом через вращающуюся дверь.

– Можно зайти внутрь? – возбужденно пискнула Спенсер. Дом выглядел просто сказочным, даже снаружи.

Оливия взглянула на «Ролекс», свободно болтавшийся на ее запястье.

– Я заказала для нас столик в ресторане, боюсь, мы не успеем. Давай в следующий раз? Обещаю!

Спенсер попыталась скрыть свое разочарование, ей не хотелось, чтобы Оливия подумала, будто она капризная. Оливия привела Спенсер в маленький уютный ресторанчик в нескольких кварталах от дома. В зале, пахнущем чесноком, шафраном и мидиями, было полно народа. Спенсер и Оливия сели за столик, свет свечей заиграл на их лицах. Оливия сразу заказала бутылку вина и попросила официанта налить немного в бокал Спенсер.

– Тост! – сказала она, салютуя Спенсер своим бокалом. – За то, чтобы было много встреч, подобно этой!

Спенсер просияла и огляделась по сторонам. Молодой парень, чем-то похожий на Ноэля Кана – разве что не такой инфантильный с виду, – сидел у стойки бара. Девушка в джинсах, заправленных в коричневые сапоги, сидела рядом с ним и смеялась. Рядом расположилась пожилая парочка – женщина в серебристом пончо и мужчина в костюме в полоску. Из динамиков негромко лилась французская песенка. Все в Нью-Йорке казалось в миллион раз более стильным, чем в Роузвуде.

– Как бы я хотела здесь жить! – прошептала Спенсер.

Оливия склонила голову, ее глаза вспыхнули.

– Я тебя понимаю. Поверь, я сама об этом мечтаю. Но, наверное, в Пенсильвании замечательно. Там так просторно и воздух чистый. – Она нежно дотронулась до руки Спенсер.

– Роузвуд чудесный, – Спенсер покрутила вино в своем бокале, тщательно взвешивая каждое свое слово. – Но вот моя семья… о ней я так не могу сказать.

Оливия приоткрыла рот, ее лицо сделалось озабоченным.

– Моей семье нет до меня никакого дела, – пояснила Спенсер. – Я бы отдала все на свете, чтобы уехать оттуда. Они только рады будут.

В носу у нее засвербило, как бывало всегда перед тем, как польются слезы. Спенсер упрямо опустила взгляд на свои колени, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

Оливия погладила ее по руке.

– Я отдала бы все, чтобы ты сюда переехала, – твердо сказала она. – Но я должна тебе кое в чем признаться. Морган не слишком доверяет людям, в прошлом очень близкие друзья обманули его с деньгами, поэтому он с большой опаской относится к тем, кого не знает. Я еще не рассказывала ему о тебе – ему известно, что у меня в юности был ребенок, но он не знает, что я тебя разыскивала. Понимаешь, я хотела сначала убедиться наверняка.

Спенсер кивнула. Она прекрасно понимала, почему Оливия не рассказала своему Моргану об этой встрече – она тоже никому ничего не сказала.

– Я расскажу ему о тебе в Париже, – добавила Оливия. – Я уверена, что он полюбит тебя, как только увидит!

Спенсер отломила корочку хлеба, взвешивая свои возможности.

– Если я сюда перееду, то мне даже не нужно будет жить с вами, – вслух сказала она. – Я смогу снять жилье.

Оливия с надеждой заглянула ей в лицо.

– Ты сможешь жить самостоятельно?

Спенсер пожала плечами.

– Конечно!

В последнее время ее родители постоянно где-то пропадали, можно сказать, что она уже жила самостоятельно!

– Ах, я была бы счастлива, если бы ты жила рядом! – воскликнула Оливия, ее глаза горели. – Нет, ты только представь – ты могла бы поселиться рядом с нами, в квартирке с одной спальней. Уверена, что Майкл, наш риелтор, подберет тебе что-нибудь особенное!

– Я могла бы поступить в колледж в следующем году, на год раньше, – с возрастающим возбуждением мечтала Спенсер. – Я и так об этом думала!

Когда Спенсер тайно встречалась с Реном, парнем Мелиссы, она действительно подумывала пораньше подать заявление в Пенсильванский университет, чтобы уехать из дома и поселиться с ним. Она даже разговаривала в администрации роузвудской школы насчет того, чтобы закончить на год раньше. Учитывая все ее баллы за программы повышенной трудности, это было более чем реально.

Оливия набрала в грудь воздух, словно хотела что-то сказать, но потом передумала, отпила глоток вина и подняла ладони, как будто говоря: «Нет-нет, подожди».

– Прости, я не должна была давать волю чувствам, – сказала она. – Мне следует быть рассудительной. Ты должна остаться с семьей, Спенсер. Давай пока ограничимся встречами, хорошо? – Она потрепала Спенсер по руке, поймав ее огорченный взгляд. – Не волнуйся, милая. Я только нашла тебя и больше уже никогда не потеряю!

Прикончив бутылку вина и две порции пасты путанеска, они неторопливо прогулялись до вертолетной площадки над Гудзоном, держась скорее как две подруги, чем как мать с дочерью. Когда Спенсер увидела вертолет, ждущий Оливию, она схватила ее за руку.

– Я буду скучать!

Нижняя губа Оливии задрожала.

– Я скоро вернусь. А пока давай подумаем, чем займемся в следующий раз. Может, осуществим налет на магазины Мэдисон авеню? Спорим, ты упадешь в обморок от бутика «Лабутен»?

– Заметано, – Спенсер крепко обняла Оливию. От нее пахло «Нарциссом» от Нарцисо Родригеса, любимым ароматом Спенсер.

Оливия послала ей воздушный поцелуй и забралась в свой вертолет. Когда лопасти начали вращаться, Спенсер отвернулась и посмотрела на город. Вереница такси ползла вверх по Вест-Сайд Хайвей. Толпы людей шли по тротуару Вест-Сайд, несмотря на то, что было уже десять часов вечера. В окнах квартир мерцали огни. Прогулочный кораблик проплыл по Гудзону, на палубе толпились люди в вечерних платьях и элегантных костюмах.

Спенсер отдала бы полжизни за то, чтобы жить здесь. Теперь у нее были на это все основания.