Время - назад! - Алексей Калугин

Дон Хуан снова на трон сел, голову рукой подпер — призадумался. Конечно, плохо, что всех дел до конца не сделали. Но, ежели с другого боку взглянуть, так прежде в России и до половины дела доводить не умели.

– Где, — спрашивает Дон Хуан, — мой министр финансов?

– Нету, — отвечает Иван.

– Как так нету? — удивляется император.

– А вот так, — отвечает ему Иван. — Нету — и все тут. Был, говорят, да весь вышел.

Император брови недоуменно сводит.

– И куда ж это он вышел?

– А шут его знает, — безразлично пожимает плечами референт. — Может быть, в Швейцарию, а может быть, к Вам на родину, Ваше императорское величество, в Америку Латинскую, стало быть.

Последнее Иван сказал, понятное дело, только затем, чтобы императору польстить. Да только император на то внимания совсем не обратил.

– А где премьер-министр? — спрашивает.

– Тоже вышел, — с улыбкой отвечает референт. — Этот, по слухам, — в Бразилию лыжи навострил.

– Выходит, воры они! — возмущенно взмахнул скипетром император.

– Ну, отчего ж сразу воры? — Иван вроде как даже обиделся за соотечественников. — Просто работа у людей такая — все при деньгах да при деньгах. Тут, знаете ли, Ваше величество, у кого хошь крышу снесет. Рано или поздно, конечно.

Что и говорить, умел Иван-референт императора утешить.

– А Дума чем занимается? — спрашивает Дон Хуан.

А Иван про себя смекает: «Ну, раз уж про Думу речь завел, знать, точно присмирел».

– Дума, — отвечает референт, — как ей и полагается, думает.

– О чем? — спрашивает император.

– Про то, — разводит руками референт, — мне неведомо.

– Но сами-то думцы знают, о чем думают? — вновь начинает волноваться Криптозоев.

– Полагаю, что нет, — качает головой Иван, но не скорбно, а вроде как даже весело, чем вводит императора в полнейшее непонимание. — Сами поглядите, Ваше величество, — указывает Иван на телевизор, что как раз репортаж из Думы показывает. — Ежели б они знали, о чем думают, так давно бы все уже решили и по домам разбежались, чай семья да дети у каждого. А раз все еще сидят, выходит, думу думают.

– Логично, — подумав, согласился император. После чего с тревогой в голосе спросил: — А народ как?

Настроения в народе более всего беспокоили Дона Хана. Что, если народ не поймет причин, а потому и не одобрит задержку в ходе реформ?

– Народ безмолвствует, — успокоил императора референт.

Облегченно вздохнув, велел Криптозоев Ивану нового премьера подыскать, а заодно и министра финансов, да чтоб таких, у которых голова на плечах крепко сидит! — и принялся своим бессмертным приятелям названивать да мейлы раскидывать, чтобы, значит, дополнительные инвестиции присылали.

Бессмертные, само собой, по первому делу удивились. После орать принялись, да все насчет того, что лишних денег у них, мол, нет. Врали, конечно, — цену себе набивали. Но Криптозоев, поднаторев малость на императорской-то должности, конкретно заявил бессмертным, что коней на переправе не меняют и раз уж взялись за реформы, то нужно вести их до конца. Каким бы он ни был. Конец то есть. Бессмертные затылки плешивые поскребли и поняли, что, как тут ни крути, — прав Криптозоев. Деньги в развитие Российской империи вложены уже немалые, и, не доведя дело до конца — в смысле до логического конца, — назад их не воротишь.

И снова потекли в Россию инвестиции.

И снова сидел в своем императорском кресле Дон Хуан Криптозоев, счастливый и довольный, смотрел телевизор и радовался тому, как, точно розовый куст по весне, расцветает под его чуткой и любящей дланью Россия.

И снова пел песни да плясал для императора Иван-референт. До тех пор, пока не пришло время сообщить вседержителю, что инвестиции снова закончились.

– Быть того не может! — в ярости подскочил на месте император. — В прошлый раз ты говорил, что все дела наполовину сделаны. После чего мне инвесторы еще столько же денег дали, что и вначале. Значит, до конца хватить должно было!

Иван даже глазом не моргнул.

– Верно, — соглашается. — Да только с прошлого раза времени вдвое меньше прошло, нежели от начала работ до середины.

– И что с того? — не понял император.

– А то, — отвечает ему референт, заглядывая для блезиру в папочку. — Ежели те же деньги в два раза быстрее кончились, следовательно, и дел сделано вдвое меньше.

Такая логика была Дону Хуану не по зубам.

Спросил император на всякий случай про премьера с министром финансов и был ничуть не удивлен, узнав, что оба сгинули невесть куда.

А Дума, как ей и полагалось, думала.

А народ — безмолвствовал.

– Скажи мне честно, Иван, — жалобно посмотрел Дон Хуан на референта. — Какая часть намеченных работ выполнена и много ли еще осталось недоделок?

Пожалел Иван Криптозоева и с последней прямотой ему ответил:

– Ничего, Ваше императорское величество, не сделано. Дороги даже и не начинали ровнять. А дураки… — Референт улыбнулся — не то с сожалением, не то лукаво. — Что ж с ними сделаешь, Ваше величество, с дураками-то? Дурак, ведь он как солнце — всем светит.

Император вначале призадумался над словами референта, а после грустно вздохнул.

– Ну а мне-то теперь что делать? Ведь не дадут же мне жизни инвесторы бессмертные, чума их забери!

– Ну, Ваше величество, — с искренним подобострастием посмотрел на Дона Хуана Иван, — не волен я вам советы давать. Вы император — вам и решать. Но если бы меня кто спросил…

Сделав театральную паузу, референт уставился на мышь, что шебуршилась в дальнем углу императорских покоев.

От охватившего его возбуждения Криптозоев аж затрясся весь.

– Говори, Иван, говори!

– Видите ли, какое дело, Ваше величество, — рассудительно начал Иван, — у нас в России правители обычно плохо кончают. Особливо императоры. Кто на бомбе подорвется, кого свои же приближенные втихаря ночью придушат, а кого и пристрелят попросту. Нет, вначале их, понятное дело, все любят!..

Референт хотел еще что-то добавить к сказанному, но император его уже не слушал.

– Так что ж мне-то делать?! — взвопил благим матом Дон Хуан.

Прежде чем ответить, Иван вздохнул озабоченно и окинул императора оценивающим взглядом — как будто «мерс» подержанный покупал.

– Я так полагаю, Ваша величество, — неторопливо начал референт, — что для императора, так же, как и для спортсмена, главное — вовремя уйти.

– Куда? — в отчаянии заломил руки Криптозоев.

– Мир велик, — загадочно улыбнулся референт и, подойдя к занимавшей полстены карте мира, ткнул пальцем в один из тихоокеанских островов. — Сюда, к примеру. Чем плохое место?